Океанская Жемчужина - Лия Виата

Поющий не слышал меня. Песня вошла в свою напряженную кульминацию. Всё моё тело содрогнулось от пронзившей меня душевной боли. По щекам покатились слезы. Я стала задыхаться.

— Мама! — выкрикнула я и резко открыла глаза.

Передо мной предстала моя собственная комната. Я, видимо, заснула на руках у отца, и он уложил меня спать. Давно же этот кошмар мне не снился. Обхватила себя руками в попытке унять дрожь, но ничего не получилось.

Я до сих пор не знала действительно ли эта песня принадлежала маме, но снилась она мне не в первый раз. Мама умерла в наводном мире, но из-за чего или кого конкретно никто не знал. Мне тоже мало что об этом было известно, но как и сказал Кайтен, некоторые винили меня в её смерти. Я же не помнила ничего о событиях того прилива. Раньше я думала, что воспоминания рано или поздно вернуться, но этого так и не произошло.

— Почему же ты вышла в наводный мир? — тихо спросила я у темноты.

Мне, естественно, никто не ответил. Сон как рукой сняло. Я провалялась в кровати ровно до того момента, как клан Дельфинов не настроил отражатели и свет с поверхности не проник ко мне в комнату. Сразу после этого внутрь ворвалась стайка служанок, и снова началась мучительная подготовка моего внешнего вида, но теперь к коронации.

Вчера эти процедуры показались мне довольно неприятными, но сегодня они стали совсем уж невыносимыми. Я успела трижды проклясть своего братца пока мне собирали волосы в сложную прическу. В итоге из меня сделали кого-то совершенно не похожего на себя обычную. Из зеркальной ракушки в пол на меня смотрела идеальная дочь Императора — красивая, холодная и совершенно недосягаемая для обычный смертных.

Мой взгляд упал на пакет на столике. Я крепко задумалась, но всё же вспомнила о своей последней покупке на торговой улице. Я потянулась к пакету, взяла его в руки, расплела иголки и вытащила наружу изящное небольшое украшение из жемчуга в форме русалки, сидящей на камне. Такая простота мало подходила Океанской Жемчужине, чем привлекла меня больше дорогих украшений. Дождавшись, когда служанки отвлекутся, я быстро застегнула украшение на шее и спрятала его под переливающейся перламутром нателкой. Это небольшое бунтарство улучшило мне настроение и дало сил вытерпеть остаток подготовки. Немного подумав, я положила в карман каменное кольцо меняющее внешность. Вряд ли оно мне сегодня понадобится на коронации, но ограничивать себя в желании сбежать с праздничного банкета я не собиралась.

Когда мне разрешили выплыть из покоев, на главной площади уже собралась приличная толпа зрителей. Коронация традиционно проводилась под взором всех желающих. Для многих она являлась единственной возможностью лично увидеть Императора. Это означало только одно — народу будет так много, что песчинке некуда будет упасть.

Русалки и русалы из ответственного и интеллектуального клана Дельфинов сновали туда — сюда, настраивая освещение, поправляя декорации и контролируя всё вокруг. Даже из замка я видела их встревоженные и взволнованные метания. Ох, Нептун, позволь мне сегодня так достойно выдержать это испытание, чтобы даже Кайтену не к чему было бы придраться.

Я тяжело вздохнула и посмотрела в сад. Он обычно пустовал в это время, но сейчас я заметила там того, кого совершенно не хотелось видеть. Кармен укрылась в тени рифа рядом с главой нашей стражи. На лицах обоих блистали ослепительные улыбки. Я поморщилась. Может, стоит разрушить их идиллию? У нас тут коронация на носу, а они не пойми чем занимаются.

— Приветствую единственную Океанскую Жемчужину. Вы выглядите превосходно, — вдруг раздался голос, заставивший меня обернуться.

Ниер смущенно улыбнулся, поняв, что испугал меня. Его украшения на убранных волосах, желтой нателке и сером нахвостнике ослепительно сверкнули на свету. Я заметила у него на груди знак принадлежности к королевскому дому Западного моря. Он обычно не одевался настолько официально, но сегодня стал походить на настоящего принца, коим и являлся.

— Приветствую принца Западного моря и благодарю его за комплимент, — заученно отозвалась я и протянула ему ладонь.

Он поклонился и поцеловал мою руку. У меня от этого мурашки по спине побежали. Данное представление требовал наш имперский этикет, но я его терпеть не могла.

— Позволите сопроводить вас на место коронации? — с мягкой улыбкой спросил он и подставил локоть.

— Будьте так любезны. — Я приняла его руку и позволила вывести себя из дворца на душную площадь.

Едва завидев нас, русалки и русалы расплылись в разные стороны и сгибались в поклоне. Я расправила плечи и подняла подбородок, стараясь выглядеть как можно грациознее, чувствуя при этом нервозность.

Мы проплыли к помосту, где уже почти собрались самые важные гости. Короли четырех морей с семьями поприветствовали меня легким поклоном, Милли дружелюбно помахала рукой, Зара попыталась слиться с ярко-красными кораллами, делая вид, что меня не заметила, а Мэй неловко улыбнулась. Мой взгляд упал на Урину. Нынешнюю сирену желаний не просто недолюбливали, а откровенно ненавидели. Я тешила себя надеждой, что сегодня совет над ней сжалится, но просчиталась. Руки моей подруги сковали ограничивающими наручами, а на лицо ей надели черное полотно. Я неосознанно прикусила губу, подавляя желание подплыть к ней и поддержать хотя бы взглядом. Пусть я и считала её своей подругой и в любой другой день обязательно бы за неё заступилась, но сегодня всё внимание окружающих принадлежало Кайтену. Мне явно не стоило сейчас разводить скандал. Однако завтра я обязательно выскажу брату несколько «хороших» слов о его отношении к Ури.

Ниер помог мне сесть на подготовленное место и уместился рядом. Время потянулось непозволительно медленно. Трубачи готовились к приветствию брата и отца. Народа стало так много, что клану Дельфинов пришлось установить ограничение на их подъем наверх, чтобы никто случайно свет не перегородил. Краем глаза я заметила Кармен. Она шустро заплыла на своё место и что-то шепнула на ухо Заре. Та в ответ серьезно кивнула.

Я раздраженно хмыкнула и устремила свой взгляд на помост. Заиграла музыка, разноцветное полотно отъехало, и всю площадь залил синий свет. Народ восхищенно ахнул. Я улыбнулась. «Сердце океана» из дворца выносили только в самых исключительных случаях и оно всегда производило неизгладимое впечатление на всех вокруг.

По разные стороны от артефакта размером с голову расположились Император и Красный Риф в соответствующих одеяниях. Отца по обычаю одели в простую белую нателку без каких-либо украшений, а брата в красный расписанный узорами из ракушек балахон. Отец легонько прикоснулся к «Сердцу океана», и от него распространилась волна, заставившая всех