Отвергнутая. Хозяйка кофейного дома - Катрин Алисина

кармашке платья. С другой стороны, я могла найти и пустой кошелек. В котором разве что, к моему разочарованию, валялась одна лишь медная монетка.

В любом случае, кошель Рейны должен был прятаться в одном из платьев.

И это оказалось именно так. Я заглянула в коробки и чемоданы с одеждой Рейны. Было странно перебирать чужие вещи. Но я напоминала себе, что Рейна теперь — я.

А руки будто узнавали одежду. Подушечки пальцев касались замши и привычно нащупывали шнуровку. Гора оборок на одном из платьев вызвала у меня трепет, но руки сами нашли потайной кармашек.

Там я и обнаружила замшевый кошель. Рейна недавно заглядывала в магазин, купить Якобу подарок. И взяла несколько монет с собой, на случай, если захочет заглянуть в кофейню. Этот же кошель оказался при ней, когда Якоб вышвырнул девушку из дома.

Глава 21

Тут я замерла от удивления. Это были воспоминания Рейны! Я их буквально увидела, как свои. Почувствовала запах теплого летнего воздуха, прошлась по каменной мостовой.

Рейна покупала Якобу книгу. Но стоимость там была такая, что оплачивалось все через банк.

И из этого воспоминания я сделала сразу несколько важных выводов. Здесь были банки. Но книги стоили очень дорого. А значит, книгопечатание или еще не появилось или не обрело массовость.

Это жаль, я бы предпочла заглянуть в пару фолиантов по местной истории, ботанике и экономике. Так, чтобы быть в курсе.

А еще я поняла, что в этом мире было кофе! О, как же мне его не хватало! Я тут же вспомнила чарующий аромат любимого напитка. С молоком, корицей и звездочкой кардамона. А если без молока, то розмарин добавить можно!

Странное сочетание, знаю. Но если пить такой кофе со сладким бананом — очуметь!

Рейне по какой-то причине кофе тоже не досталось. Но вспомнить почему, я не смогла. Кажется, в этом каким-то странным образом был замешан… Якоб.

Ух, везде бывший поспел.

Жаль только Рейне денег не выделил. Кошель не был слишком уж увесистым. Я подхватила его и отправилась в сад.

Планировать доходы и расходы я решила в тени виноградных лоз на заднем дворе дома. Здесь оказалась очаровательная скамеечка, а дикий виноград увивал стены дома и позволял спрятаться от палящего солнца.

В замшевом мешочке оказалось не так много денег.

Я высыпала монеты на колени, чтобы оценить размер “капитала”. В глаза сразу бросился единственный золотой. Несколько серебряных и горсть медяков.

Когда я посчитала монетки, оказалось, что я не зря экономила. Денег катастрофически не хватало!

Ни Рейна, ни ее служанка не привыкли ограничивать себя в расходах. Урсула так и вовсе не вдавалась в подробности хозяйского кошелька. И, похоже, по старой привычке тратила не задумываясь.

На наше счастье, она не успела добраться до покупки постельного белья или чего еще, чья стоимость могла пошатнуть наше и без того плачевное финансовое состояние.

Урсула купила самое необходимое: молоко, яйца, серый крестьянский хлеб, мешок муки на первое время и брикет сливочного масла. Матрасы ей добрососедская женщина по имени Мадлен отдала в подарок, когда Урсула слезливо пожаловалась, что спать нам не на чем.

Ни мешковина, ни солома почти ничего не стоили, так что Мадлен явно мелочной не была.

И я была ей благодарна.

Но продолжать спать в таких условиях долго я не собиралась. Нам стоило минимум перестелить матрасы с листиками от насекомых. Идеально — заменить на пуховые. Но это пока в мечтах.

Сейчас… Сейчас я отметила про себя галочкой, что без постельного белья нам не обойтись. В который раз посетовала на отсутствие ручки и бумаги. Список покупок, записанный и посчитанный, значительно облегчил бы мне планирование.

Глава 22

На утро завтрашнего дня я уже поставила себе в мысленное расписание поход в город, приглядеться к местным ценам.

Так что сказать, на что мне хватит пока не могла. Но уже сейчас догадывалась — не на многое.

Экономия оставалась в приоритете.

На левой руке тускло поблескивал серебряный браслет. Тонкая цепочка, простое плетение. А на браслете совершенно не подходящий по стилю не то кулон, не то подвеска.

Напоминал кулон небольшую монетку. Чуть крупнее медяка. На одной стороне изображен пустой круг с незнакомыми значками и символами. На другой — буква “Р”. Быть может это первая буква имени Рейна?

Было даже ощущение, что эту штуку покупали или изготавливали на заказ. В любом случае — отдельно от браслета. И именно Рейна надела кулон вместе с ним. Соединив их в одно целое.

В крайнем случае я ведь могу его продать, — подумала я. — Если это серебро, то на еще одну серебряную монетку браслет тянет. Хотя бы по весу кулона.

Но от этой мысли стало как-то ужасно грустно. Причем чувство было не мое. Это тело Рейны отзывалось на что-то дорогое сердцу девушки.

Интересно, что он для Рейны значил?

Я попыталась покопаться в воспоминаниях, но те больше не отзывались. Я вздохнула. Браслет решила не трогать. Быть может, это память? Я подобные ощущения испытывала, только когда фотографии погибших родных видела.

Я сгребла деньги в кошелек. И спрятала его, забрав себе немного. На покупки.

А сейчас мой путь лежал к соседям. Я переоделась в самое аккуратное платье Рейны, мысленно стараясь свыкнуться, что теперь Рейна — это я.

С трудом справилась с желанием взять хоть что-то с собой в подарок. С пустыми руками идти было неуютно. Я не могла ни торт подарить, ни даже пирожных. А ведь шла попросить одолжение.

Пришлось взять себя в руки. Вздохнуть и смириться, что мне будет ужасно неудобно. Но делать нечего. Выбор у меня небольшой.

Даже если смириться с тратами, отправиться за покупкой прямо сейчас я не могла. Городок, где на окраине стоял дом Рейны, был крошечный. Магазины работали до полудня. Рынок и того быстрее закрывался. Все закупались поутру.

И я быстро поняла почему. Дневное солнце здесь было просто невероятное! Палило так, словно я оказалась на экваторе.

Оставалось только радоваться, что внутри дома было прохладно даже в такую жару. Да и до соседнего домика с садом идти недалеко.

Я накинула на голову платок — не хватало упасть в обморок от теплового удара. И направилась в гости.

Направление выбрала, сначала обсудив все с Урсулой. Служанка жила здесь в детстве, да и уже по приезду Рейны ходила к соседям. Так что могла дать несколько советов.

— Справа Мадлен живет, — обрадовалась возможности посплетничать