Ань-Гаррэн: Белая ворона в мире магии - Мишель Фашах

поправилась и окончательно плюнула на все возможные диеты и физические занятия. Впрочем, моего мужа все устраивало, а регулярные набеги на сайт знакомств для дам "в теле" тешили самолюбие. Вообще, как сказал мне один из врачей: «Вам милочка надо было ребенка рожать лет в пятнадцать, а теперь уже поздно», так я и жила. Поэтому все, что предлагал мне принц, казалось не просто нежеланным, а противоестественным. Я смотрела на него широко распахнутыми глазами и нутром чуяла: все эти дары — неспроста. Меня одаривают, одевают, холят и лелеют, чтобы в будущем превратить в инкубатор для его потомства.

— А когда будет свадьба? — наиболее отстраненным тоном спросила я. Следовало бы изобразить хоть подобие радости, но даже фальшивая улыбка застыла каменной маской на лице.

— Как Эриантен сочтет тебя готовой, он ведь исцеляет тебя, чтобы ты смогла выносить здоровых детей, — с ангельской невинностью пропел мой нареченный.

— Хорошо, — машинально пробормотала я, подхватывая коробки с подарками и направляясь в свою комнату. В голове уже лихорадочно роились планы побега. Необходимо в кратчайшие сроки освоить азы местного языка, досконально изучить географию, подружиться с лошадью, научиться седлать ее… и еще тысяча мелочей, от которых зависела моя свобода. А еще мне нужен был самый злобный и нелюдимый эльф, и кандидат на эту роль у меня уже имелся. Резко развернувшись, я едва не столкнулась с принцем, шедшим следом. Это был второй или третий раз, когда он провожал меня до покоев, словно матримониальные узы внезапно стали ощутимо крепче.

— Я хочу наличные деньги, — заявила я безапелляционно.

— Зачем? — искренне удивился принц.

— Буду покупать специи и готовить еду. И еще я хочу сама ходить на базар. И выучить язык, на котором говорят торговцы.

— Ты снова будешь есть мясо? — в голосе принца прозвучал неподдельный ужас.

— Готовить и есть, — зловеще усмехнулась я.

— Хорошо. Эриантен говорил, что такое возможно, и тебе нельзя отказывать. Но готовить мясо во дворце немыслимо, я поговорю с отцом, и мы найдем решение.

Я лишь безмолвно кивнула, поспешно скрываясь за дверью своей комнаты. Приглашать принца не входило в мои планы. Выждав томительные десять минут, я сорвалась с места, намереваясь добраться до библиотеки, но по пути завернула в королевскую конюшню.

— Что любят есть звери? — махнула я рукой в сторону лошадок, название которых вылетело у меня из головы.

— Простите? — отшатнулся от меня жертва моей агрессии.

Я, не церемонясь, схватила его за рукав и потащила в обычную конюшню, указала на лошадей, попутно заучивая их названия, и вновь задала свой вопрос:

— Что любят есть лошадки?

— Вот это, — он указал на корзину с желтоватыми продолговатыми плодами и сухими красными стручками.

Память вдруг заработала с бешеной скоростью, и, легко запомнив названия предложенного угощения, я вихрем вылетела из конюшни. В библиотеке не оказалось ни души, и узнать названия нужных мне книг, а тем более отыскать их, представлялось невозможным. Моя глупая голова, видимо, совсем не соображала, когда несла мои ноги сюда. Хотя нет, план насчёт чтения книг у меня был: я собиралась заставить читать их мне свою учительницу или принца. Вместо заучивания странноватых выражений пусть лучше просвещают меня полезной информацией. Но как выбрать книги, не умея читать? И кто вообще разбирается в этой библиотечной сокровищнице?

Наглея с каждой минутой всё больше и больше, я ворвалась на кухню и, вытребовала пару фруктов и овощей, предназначенных для лошадиной взятки. С добычей в руках я вернулась в свою комнату и затем направилась штурмовать королевское крыло. Устроив целое представление, я всё же добилась внимания самого царя Лимонада.

— Мне принц сказал, что я стану вашей… дочерью, — хищно улыбнулась я.

Лимонад смотрел на меня, и ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Я хочу взять полезные книги из вашей библиотеки, чтобы меня по ним обучали. Историю, про мир, где что находится, как кто живёт, — выкручивалась я, не зная таких слов, как «география» и «политика».

— Бери, какие тебе приглянутся, — кивнул Лимонад, собираясь удалиться в свои покои.

— Там никого нет, — чуть не взвизгнула я, затем потупила взгляд и добавила: — Я читать пока не умею, да и вы лучше знаете, что именно мне следует прочитать.

Лимонад молча развернулся и, через мгновение, вернулся, застёгивая на ходу сюртук.

— Что ты ещё хочешь узнать?

— О том, как вы готовите пищу, вернее, как вам её готовят, — смутилась я, подозревая, что король и сам об этом знает немного.

До библиотеки мы добрались каким-то необычайно коротким и, видимо, прямым путём. Лимонад нагрузил меня стопкой книг и ушёл в обратном направлении. Я же, с тяжёлой ношей на руках и с тревогой в сердце, принялась планировать свой дальнейший побег.

Уснуть я не могла почти до самого утра. Служанка, пришедшая меня подготовить к завтраку, была выставлена за дверь. Моё взъерошенное отражение в зеркале недвусмысленно намекало, что синяки под глазами — далеко не лучшее украшение для королевского завтрака. Больше всего на свете я ждала встречи с Атенчиком, чтобы узнать отведённое мне время на подготовку к побегу. Кое-как приведя себя в порядок, я решила прилечь, но проснулась лишь тогда, когда пришла моя учительница. Принца, слава богам, сегодня не было, и на мою просьбу начать читать мне книгу по географии она отреагировала с готовностью.

После Второй Межрасовой войны эльфийское государство обрело свои окончательные очертания, назвавшись Эльфирой — в память о древней богине, отдавшей жизнь за свой народ. Контекст ее самопожертвования остался для меня туманным, но имя ее стало символом нации. Эльфира уютно расположилась у подножия горного массива, словно укрытая его каменными склонами, как меховым воротником. В долине, обделенной водными артериями, эльфы довольствовались лишь ручьями, бегущими с гор, и родниками, пробивающимися из-под земли. На выходе из этого природного "воротника" начинался лес, формально считавшийся эльфийским, но покинутый своими обитателями. Лишь одна дорога пролегала сквозь него, связывая Эльфиру с южными людскими государствами.

Тёмные эльфы обосновались южнее и восточнее, в глубине горного массива, в обширных пещерах, где царила своя, отличная от внешней, атмосфера, а недра источали тепло. Путь к их обители лежал через небольшой, кишащий бандитами лесной участок, затем пролегал сквозь топи болот, за которыми простиралась бескрайняя степь, населенная кочевыми племенами орков. Дальше на восток и юг, вдоль побережья, располагались юго-восточные людские страны, предпочитавшие морские пути, дабы избежать встречи с орками.

На юго-западе ближайшими соседями были маленькая Фарготия, южным краем упирающаяся в море и словно разделенная надвое, и Облентия, занимавшая внушительную часть карты. А на севере, над Облентией, там,