Симбиоз. Моя чужая победа - Майя Фабер

металлолом. Я обняла себя, пряча половину лица в ворот свитера, и зашагала вдоль забора. Дождь прекратился, но под ногами все еще противно хлюпало.

У самого входа в космопорт я заметила галку, сидящую на кусте и старательно начищающую хвостовые перья. Птицы в неохраняемых зонах попадались теперь настолько редко, что я остановилась и несколько минут с интересом наблюдала за ней, раздумывая, не позвонить ли в службу охраны животных. Но дожидаться моего решения галка не стала: сначала наставила на меня круглый глаз, а потом и вовсе поспешила с недовольным криком убраться восвояси, словно подавая хороший пример.

Я вошла в здание космопорта, и там оказалось шумно и тесно. Настолько, что от самых дверей пришлось перешагивать через чьи-то ноги. Люди стояли, сидели, обложившись сумками, кто-то ел, читал, слушал музыку или просто спал. В моей памяти тут же всплыли иллюстрации из учебника по гражданской обороне к главе о вывозе беженцев. Только на этих самых беженцев обитатели огромного зала ожидания мало походили. Да и лица у них были вполне довольными. Присмотревшись, я поняла, что лежат они не хаотично, а представляя собой смутное подобие очереди к кассам у противоположной стены. С такого расстояния окошки казались закрытыми, а терминалы не светились. Я протолкалась вперед, извиняясь и стараясь ни на кого не наступить, но меня все равно сопровождали тычки и шипение.

Тусклая красная надпись над кассами гласила: «Билетов на станции нет». Я смотрела на нее, чувствуя, как разочарование нарастает тяжелым комом в груди. Я уже представляла, как расскажу Алексу, а он только обрадуется, что лететь просто не на чем. Меня захлестнуло раздражение и горечь. Станции были моей навязчивой мечтой, и теперь снова оказались за гранью досягаемости.

Толпа вокруг меня вдруг оживилась, как по команде поворачиваясь влево. У неприметной двери для персонала стоял парнишка лет двадцати в форменной рубашке сотрудника космопорта. В вытянутой вверх руке он держал пару синих конвертов. Посетители загалдели, со всех сторон послышались выкрики. Тут до меня наконец дошло: аукцион. К тому же явно нелегальный. Значит, билеты все-таки были!

Предлагаемая сумма быстро росла, парнишка безмолвствовал, мрачно окидывая взглядом собравшихся. Вскоре выкрики начали редеть, пока не сошли на нет, и ушлый продавец с непроницаемым лицом протянул протиснувшемуся к нему счастливчику переносной терминал для оплаты. Толпа расслабилась, рассаживаясь по местам, словно ничего и не произошло. Я невольно присвистнула, оценив последнюю услышанную цену. Столько денег средний уроженец восточного сектора мог копить годами, даже вкалывая на не самой поганой работе. Парнишка посмотрел на меня, слегка прищурившись, и поспешил скрыться за дверью, а покупатель со всей прытью уже продирался к выходу под взглядами менее удачливых участников аукциона, оценивающих свои возможности получить билеты силой.

— Дались вам всем эти станции, — тихо пробормотала я, направляясь к выходу, а единственная услышавшая это девушка презрительно на меня покосилась. Все они здесь искали развлечений, а мне… мне было важнее.

Я вышла из здания как раз в тот момент, когда из углублений на границе территории космопорта к небу устремились мерцающие синие и белые лазерные лучи, оставив лишь узкий проход наружу. Я залюбовалась тем, какими ровными и цельными они казались: ни единой пылинки не танцевало в их обманчиво притягательном свете. Такие системы защиты стояли не только здесь, но и вокруг всех важных зданий «Поддержания». Я сделала шаг ближе. Над головой резко щелкнуло, зашипело, и на землю с противоположной стороны светящейся ограды свалилась дымящаяся половина галки, моей недавней знакомой.

Я невольно отшатнулась и быстро отвернулась. По спине пробежал неприятный холодок. Видимо, птице не повезло пересечь границу именно в момент активации системы.

Постояв несколько секунд, восстанавливая дыхание, я быстро зашагала прочь. Настроение было испорчено окончательно.

Глава 12

Ввалившийся в квартиру в пятом часу утра Кайл с удовольствием обнаружил, что его — для разнообразия — ждут не в спящем состоянии. Трясущийся, сгорбленный и тощий Макс с полулежащим-полувисящим на плече аппаратом для ингаляций представлял собой такое жалкое зрелище, а в глаза заглядывал так неподдельно заискивающе, что даже в морду ему дать в момент расхотелось. Этот дурак сам себя успел наказать — падением с многострадального кресла-дивана.

Иногда Кайл искренне недоумевал, как этому странному человеку вообще удалось дожить до его гордого тридцатника. И дело было даже не в пестром наборе хронических заболеваний. У Макса практически полностью отсутствовало чувство самосохранения. Он как нарочно притягивал все возможные неприятности, а потом оказывался не в состоянии от них защититься, превращаясь в преданную сильному и смелому хозяину собачку. А уж умение раздражать, даже не замечая этого, было его настоящей суперсилой.

Для порядка сдвинув брови и злобно зыркнув на напарничка сверху вниз, Кайл сунул ему в руки добытый ключ-пропуск, не разуваясь прошел в комнату и плюхнулся в кресло. С блаженным видом закрыл глаза и вытянул ноги, задев очередную оставленную на полу кружку из-под кофе. Повозил пяткой, отодвигая находку подальше, но, судя по грохоту, лишь приблизил ее встречу с такой же забытой тарелкой.

Хорошо-то как!

Слева у стены копошился Макс, растянув перед собой виртокно и что-то там усердно набирая. Ключ весело подмигивал синим огоньком, оказавшись внутри бесформенного самодельного устройства с гнездом. Очередное изобретение напарника, которым он до смерти гордился. Как и всем остальным, что ему удавалось заставить функционировать.

«На этот раз хоть пользу приносит», — лениво подумал Кайл.

— Не пашет, — проскулил Макс из своего угла десятью минутами позже. Попыток подойти и показать он делать не стал. В прошлый раз ему за них и прилетело: одни слова и никакого результата.

Кайл подавил желание встать и с криками побегать по квартире, выдирая себе волосы. Не себе — тоже. Опять неудача, а время уже поджимает.

— Ты же клялся, что этот сработает? Говорил, что твои приборы видят его излучение? — вкрадчиво спросил он, приоткрыв глаза, но не меняя расслабленной позы, отчего Макс задышал ровнее.

— Видят! — Напарник принялся размахивать руками, не выдержал, закашлялся и присосался к ингалятору.

Кайл ждал ответ, мысленно отсчитывая секунды.

— Видели, — поправился Макс, кое-как вернувший себе способность нормально выражаться. — Но оно остаточное. Ключ слишком давно отключили. Мы опоздали. Совсем ненадолго. Может, пару дней назад он еще…

— Ты сейчас не делаешь лучше этими откровениями, — перебил его Кайл. — Значит, ты должен был навести меня на его след еще пару дней назад?

«Нет, пользу все-таки не приносит».

Макс икнул.