Содержанка герцога - Ева Финова

– Ай!

Выкрикнула недовольно.

– Что? – лекарь удивлённо посмотрел в мою сторону. – Всё‑таки болит что‑то?

– Э… нет, нет, – поспешила заверить его я. – Я вас не задерживаю. Всё у меня отлично.

Врать я умела, причём без всякого зазрения совести (это если ложь во благо). Нет. Поначалу, муки совести снедали меня и доводили до неприятного состояния лёгкой паники, но со временем, приобретая так называемую взрослую мудрость, я поняла, что есть ситуации, в которых иначе не обойтись. Наверное. Во всяком случае искренне в это верила.

Доктор тем временем доковылял до белоснежной двери, украшенной золотистым орнаментом в центре и по бокам. Открыл и негромко позвал кого‑то.

– Скажи господину Сирейли, что его гостья проснулась.

Хм. А это имя мне было незнакомо.

Странно. Думала, он сейчас позовёт того самого, как его?

Ай, не важно.

Опустила взгляд вниз и с облегчением обнаружила, что была одета в льняную бежевую пижаму, простенькую на вид, плотную и непросвечивающую.

– Постойте, – остановила я доктора. – А кто меня одел?

– Служанка, конечно, – поспешил заверить меня старичок. – И я рад, что память ваша в порядке.

Выйдя в коридор, он махнул мне рукой, прежде чем молча закрыть за собой дверь.

Я осталась одна в просторной светлой комнате, где сквозь белоснежную кружевную тюль пробивались ранние солнечные лучики.

– Красота…

Вздохнула и, кряхтя, встала с кровати. Мышцы мои неприятно ныли, будто по мне прошёлся минимум слон, максимум целое стадо носорогов.

– Ах, да, карета же перевернулась, – припомнила я минувшее. Ушибы на коленях дали о себе знать.

Уф. Не раскисать!

Улыбнулась новому дню и поспешила подойти к окну, шлёпая босыми ногами по полу.

– Ага… Ну здравствуй, Мэнвуд. – С этими словами я выглянула в окно.

С вершины холма открывался прекрасный вид на город, расположенный в низине, на берегу моря. Оранжевая черепица на крышах невысоких домиков, выстроенных рядами‑улочками, поблёскивала под солнечными лучами, рождая интересные блики. Площади: одна, вторая и даже третья, были видны отсюда, как на ладони. Идущие туда‑сюда люди в цветастых нарядах казались такими крохотными, как муравьи. Женщины в длинных платьях наверняка для того и таскали за собой солнцезащитные зонтики, чтобы не изжариться под палящим зноем. А изрезанная кривая линия песчаного пляжа наводила на мысль – а не на курорт ли это?

Однако стоящие на рейде многопалубные деревянные корабли – галеоны, бриги, каравеллы, – не уверена, что правильно определила их виды, наводили на нерадостные мысли. Я не знаю, где очутилась. Абсолютно точно. В уме ни одной мысли, способной пролить свет на эту загадку. Но ясно точно: флешмоб – разыграй Анечку – явно затянулся.

– Как самочувствие?

Я отвлеклась от созерцания города и обернулась.

Ах, так его зовут Сирейли Праудмор?

Вот я и узнала его полное имя.

– Мм‑м?

Герцог из моего вчерашнего сна, бр‑р‑р, точнее нынешней действительности, вопросительно на меня уставился.

– Тело ноет, ушибы дают о себе знать, – честно призналась ему.

– Я надеюсь, ты не держишь на меня зла, что я тебя столь бесцеремонно усыпил ароматической солью.

– О!

Теперь я начала больше понимать произошедшее. Он подумал, будто я стукнулась головой, а мои сумбурные непонятные речи расценил как результат происшествия? Усыпил, вызвал доктора, позвал служанку, чтобы меня переодели.

Картина в общем‑то ясна. Осталось узнать про одну маленькую, но весьма существенную деталь…

– Но как?

– Ты наблюдала воочию уничтожение браслета – бесполезная безделушка, научное открытие разных свойств металлов, которое использовали таким вот чудовищным способом.

Хм.

Определённо, логика присутствовала в его словах, наверное. Если, конечно, отбросить мысли о том, что я не понимала принцип его действия. Однако сам факт – ощутимая боль от его воздействия – был неоспорим.

Ладно, допустим, он прав.

Какой из этого можно сделать вывод?

– Вижу, ты неважно себя чувствуешь. – Сирейли виновато опустил взгляд. – Это отчасти и моя вина. Я отправил на розыски своего человека, который увидел, как тебя втиснули в карету, и бросился на перерез улицы, чтобы не потерять. Кучер не ожидал подобного нападения, дёрнул поводьями. Кони заржали, карета накренилась, ось треснула и…

– И её бросило в фонтан, – подсказала я, припоминая минувшие события.

– Вижу, память твоя в порядке, – Праудмор улыбнулся, – это радует. Значит, ты помнишь об обещании?

– Я пообещала никому не рассказывать подробностей нашего разговора. Но согласия на подобную «подработку» не давала.

– Баш на баш.

Герцог бесцеремонно меня перебил.

– Что? – удивилась я.

– Я предлагаю взаимный обмен услугами. Ты – выполняешь мои поручения, а я оберегаю твою жизнь от кредиторов, поклонников, может быть, убийц, – он сделал многозначительную паузу. – Ведь кто знает, кому ещё ты перешла дорогу кроме жадной владелицы доходных домов Вабу Кованни.

– А если откажусь, меня вышвырнут на улицу? – задала риторический вопрос. А не получив ответа, вздохнула и обернулась к окну. Приятный и милый город. С виду и не скажешь о его тёмной стороне, лицезреть которую мне посчастливилось совсем недавно.

Впрочем, чувствую, это были лишь цветочки. А ягодки ещё впереди.

– Я согласна, но с условиями, – ответила не оборачивалась, сфокусировала взгляд на отражении стекла, где угадывались размытые контуры моего собеседника.

Герцог не перебивал, слушал внимательно и руки не распускал. Это радовало.

– За мою работу я буду получать, как и полагается, жалование, словно наёмный работник. В мои обязанности будет входить – поиск и получение информации определёнными методами, но без интима. Как и наши отношения должны быть исключительно рабочими без пересечения личных границ друг друга.

– А вот здесь смею не согласиться.

Сирейли всё‑таки возразил.

– Для виду наши отношения должны быть, простите за тривиальность, как у любовников или же влюблённых, дабы оправдать моё финансовое вложение хоть как‑то. Наши отношения должны выглядеть органично. В противном случае тебе будет крайне сложно заслужить доверие собеседников из числа прожжённых интриганов, хитрых и заносчивых аристократов.

– Но тогда ты промахнулся с моим званием.