Сказки Королевства (СИ) - Елена Владимировна Добрынина

встрял в их диалог Эльден. — Откуда у Глейда такая штука? Да еще аккурат тогда, когда к нам прибыл И-Драг Гох. Может, это, конечно, просто совпадение, и он всех целителей подобными артефактами глушит, но что-то я в этом сомневаюсь.

— Давайте его завтра и спросим, — предложила Вира.

— Отбрешется, — махнул рукой Эльден.

— Нет, если с нами пойдет он! — Дея совершенно невоспитанно тыкнула пальцем в чужака. — Глейд его боится.

— А вы? — чуть ухмыляясь, прошелестел Ойхо. — Вы не боитесь?

— Ты хочешь причинить кому-то из нас вред? — с пристрастием вопросила Айра, глядя прямо в мягкую светящуюся тьму змеиных глаз. И вовсе они не страшные, непривычные — это да.

— Нет.

— Тогда не боимся. И вообще, надо же узнать правду…

Позже, когда они уже попрощались с Вирой и Эльденом и стояли на остановке в ожидании млопа, который отвезет их к Университету, Айра решилась-таки задать вопрос, который волновал ее больше всего.

— Слушай, — и когда они все успели перейти с ним на «ты»? — извини, если мой вопрос покажется тебе бестактным… — девушка замялась, — но… твой народ… в вас больше эльнийского или… животного?

— Мы эльны, Айра. Прежде всего эльны. Да, у нас быстрее реакция, мы более выдержаны, у нас выше болевой порог. Но это не делает нас зверями.

— Почему же тогда вас так боятся?

— Мы сильнее, быстрее, выносливее. И у нас есть луны — так мы называем свою животную ипостась. Но даже в ней мы практически всегда сохраняем свое эльнийское сознание. Я думаю, что луны так пугают вас, потому что напоминают о том, что вы сами создали их. Постоянный укор совести. Такое не прощают.

— А как же истории о вашей кровожадности? — вопросила Дея.

— Они небезосновательны. — Ойхо снова помолчал — У нас есть такая поговорка: «Лун всегда возьмет свою добычу». Оборот — очень сложное дело. После него все тело настолько истерзано, что нужна резкая и сильная подпитка.

— Кровь, — прошептала Айра.

— Да. В давние времена это реализовывалось естественным путем: лун набрасывался на своего врага. Сейчас мы не столь дики, — Ойхо усмехнулся. — Мы используем домашний скот или запасы добровольно отданной крови.

Обратно две девушки и один прежде-всего-эльн ехали молча. Будущим целительницам было что обдумать, а чужестранец невозмутимо обозревал окрестности.

На следующий день после четвертого урока вся компания вместе с Ойхо стояла в большом тренировочном зале, поджидая Глейда.

— Может не стоит вот так, при всех? — С сомнением произнесла Айра.

— Стоит-стоит. Над тобой он при всех потешался, вот пусть при всех и оправдывается, — Вира была неумолима.

— Эй, Глейд! — звонкий голос Деи прорезал мерный гул зала. Да вся она — маленькая, бойкая была похожа на зачинщицу в народном танце. — А ну-ка, расскажи нам, как ты смухлевал в споре с Айрой!

— Что ты городишь, Тиррэль?

— А то, что есть, — это уже Вира. — Айра, расскажи-ка всем!

Айра откинула голову назад и громко, чтобы слышал каждый в зале проговорила:

— Вчера на выставке в разделе теоретической магии я видела совершенно такой же замкнутый контур заклинаний, какой тебе показывала. А Ойхо… — девушка взмахнула рукой, предлагая последнему присоединиться к ним, и заметила, как вздрогнул при этом Глейд, — Ойхо вдруг вспомнил, что точно таким жестом активируется редкий амулет, нейтрализующий магию жизни. К чему бы это, правда?

— Сказки и свидетельство отродья — это все твои доказательства? — презрительно бросил Глейд, но только ленивый не заметил бы, что он побледнел и голос его срывается.

— Нет, — Айра стояла прямо, уперев руки в верхнюю часть бедер. — Если я вру, то тебе ничего не будет стоить повторить твой триумфальный прием. Контур тот же — его плетение десять раз записано в моей тетради — ну же, продави его!

— Вот еще! Смириcь, Мортиэль, возможности отыграться я тебе не предоставлю, — Глейд собрался пройти мимо, но тут Эльден закрыл ему дорогу.

— Отойдем-ка, разговор есть. Не рекомендую отказываться, иначе я прямо тут расскажу кое-что интересное о твоем дяде.

Глейд оскалился, но все-таки проследовал за заговорщиками в закуток коридора.

— Идиоты, — зашипел он, едва остальные обступили его, — вы не знаете, во что лезете!

— Не знаем, — согласилась Дейя, — но надеемся это от тебя услышать!

— Сначала пусть он, — кивок в сторону Эльдена, — скажет, что за намеки он бросал в сторону моей семьи.

— Ну что ж… — Эльден деловито перекатился с пятки на носок, и Айра вспомнила, что они с сестрой из семьи промышленных дельцов. — Вчера я беседовал с дедом и аккуратно поинтересовался, не знает ли он случайно, кто бы мог сейчас заниматься производством таких вот интересных артефактов. Дед ответил презабавную вещь: не далее, как пару месяцев назад лицензию на их производство за какие-то нереальные деньги выкупил твой дядя. На кой, Глейд, что вы задумали?

Глаза Задаваки забегали туда-сюда, на лбу заблестели бисеринки пота, видно было, что он лихорадочно пытается что-то придумать, но потом обмяк и тихо, быстро начал шептать:

— Слушайте, мой дядя — очень странный тип, жуткий какой-то… в последнее время просто помешался на неприязни к… этим вот, — Глейд взмахнул рукой, указывая на Ойхо. — Я ему задолжал кое-что, поэтому… не посмел отказать… Короче, я должен был каким-то образом спровоцировать отродье на переворот и применить артефакт.

— Зачем? — в ужасе вскричала Вира.

— Чтобы представить все так, будто это я проявил агрессию, — шелестящий и неуместно-спокойный голос Ойхо вызывал мурашки. — В агонии я мог разнести помещение, жертвы тоже были бы вполне вероятны. Что бы в таком случае решила общественность? — вопрос его и не требовал ответа.

— Да, — чуть помолчав, продолжил Глейд. — Он так и сказал: «Чтобы оседлать двух корриденов сразу: наглядно показать всему миру животную сущность И-Драйг Гох, и продемонстрировать заказчикам эффективность артефактов».

При последних словах Задаваки глаза Ойхо полыхнули тягучим темным пламенем. Хотя, возможно, Айре просто показалось.

— А ты что? — скрестив руки на груди, произнесла Дейя.

— Да я и так не особенно хотел связываться с отродьями. Но когда услышал про «заказчиков», то совсем прокис. А тут еще Мортиэль с ее контуром… Решил: помогай, Пресветлая, — потрачу артефакт на то, чтобы выиграть спор, а дяде скажу, что ерунда его артефакт… ничего не вышло. Ну, мало ли, бракованный или еще что.

Сообщники переглянулись.

— Пока не говори ничего, — решил Ойхо. — Тяни время.

Глейд опасливо взглянул на чужака. Слегка сверху вниз в силу своего роста, но смотрелось это так, словно ребенок заглядывает взрослому в глаза — сердится тот или нет. Но в сосредоточенных черных безднах он не нашел ни ненависти, ни угрозы и медленно кивнул.

— Уезжай к себе обратно. Жизни