Цветок для короля (СИ) - Моран Маша

— Как это? Кажется, что он дорогой для вас человек.

Неожиданно я почувствовал, что больше не могу держать эти ядовитые чувства в себе. Я не хотел ни с кем делиться ими, но слова сами собой вырвались из-под контроля.

— Он для меня – да. Но не я для него.

От странного лекарства в ране началось жжение, охватившее все тело. В голове вдруг поплыл туман, и голос Баи теперь доносился словно издалека. Я обещал себе, что больше ничего не расскажу о Рэйдене, но даже мысли о нем доставляли мучение, которое невозможно было терпеть.

— Он для вас… больше, чем друг. Верно?

— Почему тебя это так интересует?

Баи вновь пожал плечами:

— Потому что вы мне любопытны. Я никогда раньше не встречал наследных принцев.

— Меня никогда и не объявляли наследным принцем.

— Но все же, вы – принц. И очень необычный. Вы нашли нашу обитель, смогли выстоять в схватке с тремя мастерами и приручили василиска. Я впервые встречаю кого-то столь… необыкновенного. Оттого вдвойне любопытно, кто мог посметь отказать вам в дружбе?

— У правителей не может быть друзей. Лишь слуги и подданные. – Истина, вбитая в меня матерью. Даже лишенный трона, я был обречен на одиночество.

— Я бы хотел стать вашим другом. – Закончив протирать мои раны, Баи принялся накладывать на них терпко пахнущую мазь. В нос ударил запах дымка от костра и влажного леса. Мертвого леса. С его ссохшимися деревьями, лошадиными черепами и неведомыми растениями. Я будто снова оказался в крепости. Вот только вместо Рэйдена совсем другой человек. Баи наносил мазь длинной тонкой палочкой, иногда умудряясь задевать мою кожу пальцами.

Почему на его прикосновения внутри ничего не отзывается? Почему я остаюсь равнодушен к тому, кто открыто предлагает дружбу и выражает свою симпатию?

Баи привлекателен и искусен в медицине. Красивый лекарь. Разве не этими же словами можно описать Рэйдена?

Так почему к одному я не чувствую ничего, а при мысли о втором начинаю заживо гореть? Наверное, я зря переживал, что мне нравятся мужчины. Но и к женщинам я теперь равнодушен.

Просто тот, к кому я начну что-то чувствовать, должен быть Рэйденом.

— Такое долгое молчание… – Баи заглянул мне в глаза, неумело пытаясь скрыть блуждающую по лицу печаль. – Он настолько хорош?

— Он невероятен.

Баи разочарованно отодвинулся:

— Я наверняка ему во многом уступаю, но не так уж и плох.

С трудом, но мне удалось сесть и спустить ноги с кровати. Обычно жизнерадостный Баи сейчас и впрямь выглядел, как увядший цветок. Что вообще происходит?

— Ты искусный лекарь. Вам бы было о чем поговорить. И я буду рад, если ты станешь моим другом. Только другом.

— Но его вы хотели бы назвать иным словом, верно?

— К чему все эти расспросы?

Баи отвернулся и встал. Он возился со своими склянками, будто забыв о моем существовании, но напряженная спина выдавала его.

Затянув пояс на нижнем халате я подошел к Баи и сжал его плечо.

Он опередил меня, тихо попросив:

— Расскажите о нем. Хочу знать все.

Я устал держать в себе эти чувства и страхи. Устал считать себя ненормальным из-за того, что меня тянет к мужчине. Я хотел заявить всем, что мне нравится голубоглазый целитель. Что он мой. Я хотел открыто взять его за руку и прогуляться по уличному рынку. Хотел вместе с ним отправиться на городской праздник. Хотел при всех обнимать и целовать.

Но вместе с тем меня ломало от мысли, что о Рэйдене кто-то узнает. Он был только моим. Не хотел, чтобы другие даже имя его произносили. Все с ним связанное принадлежало мне.

Но сейчас нас с ним разделяли тысячи ли. Он в окружении тех, кто с легкостью мог отобрать его у меня. И плевать, что до нашей встречи у него была своя жизнь.

Теперь его жизнь связана с моей. У нас одна судьба на двоих. Сейчас я не знаю, чем он занят, все ли у него хорошо. А что если на крепость нападут черные монахи? Или он опять в одиночку отправится в Мертвый лес?

Меня нет рядом, чтобы защитить его. Чем дольше я нахожусь здесь, тем большей опасности он подвергается. И тем меньше у меня шансов его заполучить. Вокруг него всегда вьются женщины. Да и мужчины тоже. И только мне он недоступен.

Я притащу ему демонов Ночной Цветок и заставлю признаться в своих чувствах, чего бы мне это ни стоило.

Это сложно, но не невыполнимо.

В конце концов, более сильные и искусные противники меня не убили. Оставили в живых с какой-то целью. И явно не только для того, чтобы расспросить о Духе Ширм. Они с легкостью могли подвергнуть меня пыткам, а потом убить. Но я все еще жив. Меня даже лечат.

Ключ к ответам – Баи.

Я серьезно посмотрел на него:

— Мы можем прогуляться? Не могу здесь больше оставаться.

Баи кивнул и молча направился к дверям. Я последовал за ним, собирая по крупицам оставшиеся силы.

Он был тем, кто мог все здесь мне показать, рассказать о братстве и… стать тем самым цветком, который я привезу Рэйдену. Всего-то и нужно проявить к нему больше дружелюбия. Наверное, мне должно быть стыдно за то, что я использую чужие чувства. Но желание обладать Рэйденом пересиливало все.

Боги, в кого я превращаюсь?

Баи вывел меня из покоев. Дерево, камень и яркие краски росписей – это место построили будто вчера. Сотни зажженных свечей разбрасывали по стенам жуткие тени, похожие на черных монахов и зубастых демонов.

Каменные колонны с витиеватыми барельефами напомнили подземелье в поместье графа Виерна. Я даже остановился, пытаясь лучше рассмотреть убегающие в черную вышину фигуры. Из камня в Важнане строили только крепости.

— Это первый василиск… – Стоящий рядом Баи, как и я, задрал голову, рассматривая обвивающее колонну змеиное тело. – Отец всех змей.

Крылья василиска поддерживали потолок.

— Я уже видел подобное.

— Правда? – Грусть на лице Баи сменилась удивлением. – Где же?

— В поместье одного из придворных мой алхимик нашел подземелье. Только там вместо василиска были черные фениксы.

Глаза Баи расширились. Кажется, он прекрасно знал, о чем я говорю.

— Не могу поверить… Похоже, вы отыскали заброшенную крепость Ночных Цветов.

Я вскинул брови. Да сколько у этих «цветов» вообще крепостей?

Видя мою реакцию, Баи взял меня за руку и потянул в лабиринт коридоров. Запах влажной земли и сосновой смолы навевал мысли о кладбище. Я будто шел по обители мертвых. Даже Баи казался призраком. Да и я сам… жил ли когда-нибудь по-настоящему?

— Вот. – Баи забрал из подсвечника одну из свечей и вытянул руку вперед. Мы стояли в тупике длинного коридора. На стене висела небольшая карта. – Первая крепость. – Он коснулся пальцем схематично изображенного красной тушью здания, а потом провел линию до следующего. – Вторая крепость. И третья.

Все три крепости находились на одной линии. На карте не было никаких подписей, но по очертаниям я узнал Ванжан. Получается, что первая крепость располагалась в столице. Вторая – на границе, в Ëру. Ну а третья была той самой, где я сейчас находился.

— Вижу, вы поняли. – Баи поднял свечу выше и снова коснулся первого рисунка. – Три крепости должны были охранять Ванжан от врагов. Первыми в битву вступал клан Опавших Лепестков. Если у них не получалось сдержать неприятеля, – Баи передвинул палец ко второй крепости, – бой принимал клан Тысячелетних Воронов. Если и у них не получалось, то клан Ураганных Вееров должен был сделать все, чтобы не пустить зло к землям Короля Мертвых. Они были последним оплотом на пути туда. Они и остались.

Я никак не мог связать все услышанное воедино.

— Ты сказал, что главной целью было не пустить врагов к землям Короля Мертвых. Но… я никогда не встречал желающих попасть туда. Крепость в Ëру – место, куда ссылают приговоренных к смерти.

Баи улыбнулся:

— Вы сказали, что ищете Манускрипт Маледиктуса. Что вы о нем знаете?

Вопрос Баи удивил. Как Манускрипт связан с Ночными Цветами и пропавшей крепостью?

— Только сказки, которые рассказывала мать. И то, что сказал мастер Юн.