Я Не игрушка для тебя (СИ) - Ольга Рог

Налила кетчупа в туфли всей честной компании.

— Это же шутки были, — перевожу на Матвея туманный взгляд.

— За все нужно платить, Риточка, — недобро ухмыляется.

— Не тяни кота за яйца! Что ты хочешь? — включаю чайник.

— Ты сейчас в залоге, до окончания школы, — выдает какую-то несуразицу.

Плюхаюсь на сидальное место, раскрыв рот.

— Помнишь драку, когда ты меня из ментовки забирала?

— Ну…, - киваю.

— Отмудохал я тогда сынка прокурора…, - сжал кулак, аж с хрустом.

— Мы же все замяли? Или…, - подаюсь вперед, не дыша.

Матвей бледен, прикрыл глаза и втянул воздух.

— Есть еще косяки, да? Был бы человек, а статья найдется, — говорю уже, больше для утверждения.

— Я здесь каким боком? — наливаю чай.

— Сестра за сестру…, - голос его звучит глухо. — Я пощупал его сестру, теперь он требует тебя. Пока ты школьница — есть отсрочка… Но я должен за тобой присматривать, чтобы ни с кем не была. Глянулась ты этому пижону… сильно понравилась, — сглатывает, дернув кадыком.

— Зашибись! — хохотнула.

— Ритка, меня посадят и надолго… выхода не оставили, понимаешь? — глаза покраснели, запустил руку в волосы.

— Поэтому, ты прикрываешься женщиной? Как это по-мужски!

Матвей выбил у меня из рук чашку, в которую я хотела еще подлить кипяток. Она отлетает в стену, осколки в разные стороны.

— Заткнись! Ты думаешь, мне легко? — рычит.

Толку, сейчас его обвинять? Выхода не было бы у Риты — восемнадцатилетней девочки… Я — не она! Маргариту Гранскую хрен прогнешь! Мне даже жаль этих мальчишек, которые вздумали письками меряться. Отгрызу по локоть!

— Как, говоришь, зовут прокурора? — достаю уже две новые чашки и ставлю на стол.

Дальше происходит фигня, которую я точно не ожидала. Матвей поднимается и рывком прижимает меня к себе, целует в лоб, гладит по голове.

— Храбрая моя девочка, — шепчет, опаляя дыханием в ухо.

— Все будет нормально, не переживай, — обняла его тоже, обхватив одной рукой и уткнувшись носом в грудь.

Брат ушел, а я улыбалась, как дура. Теплоотдача — вот, что было сейчас важно. Пусть, Матвей допустил эту ситуацию, но ему не все равно. Парень — не рептилия, как показалось раньше. Его переживания сейчас были искренними. Выбраться мы сможем только вместе. Набираю номер телефона своего друга-адвоката.

— Вов, привет! Подними мне все на прокурора Тихомирова. Я подъеду завтра, с утра, и все расскажу, — даю отбой.

Будет не скучно.

22. Сын прокурора

— Как в старые, добрые времена? — адвокат достает из ящика "макаров" и указательным пальцем гладит корпус.

— Вова! Хорош прикалываться! Вариантов с Тихомировым вагон и маленькая тележка!

— Страшная ты женщина, Марго, — друга передернуло. — Что придумала?

Пролистав еще раз папку с делом, что успел собрать Владимир, задумалась. Что-то здесь не вяжется никак. Образцовый семьянин, награды и благодарности за службу и вдруг, шантаж. Что касается детей: дочь Виолетта — 20 лет, студентка юридического; сын — Макар, 24 года. Стоять! Он учится на четвертом курсе, вместе с моим братцем. Такую ли правдоподобную версию мне выдал Матвей?

— Не доверяешь братишке? — ухмыляется адвокат.

— Если Матвей делает из меня дуру и там обычный спор… Он об этом пожалеет! — кидаю папку обратно на стол.

— Что делать будешь? — прячет обратно, со вздохом, пистолет.

— Встречусь с этим Макаром, — отпиваю кофе.

Закурить бы сейчас… и даю себе мысленно пощечину! Не чего молодой организм травить!

Где обитает прокурорский сынок, не трудно было догадаться по фоткам в инсте. Идти одной в клуб — такая себе затея! Строчу Шатровой в переписке.

Таньку колбасит и она шарахается от всего, как пугливая лань. Ну, вылитая Бемби! Большие карие глаза наполнены страхом.

— Рит, мы здесь одни, без помощи совсем, — начинает стонать.

— Два клубничных Мохито! — заказываю бармену слабоалкогольные коктейли.

У барной стойки оставаться нельзя! Это значит, что ты готова к съему, на вечер. Дав работнику клуба красную купюру, прошу найти нам столик и никого не подсаживать. Парень удивлен, что какие-то малолетки ведут себя вполне уверенно. Знал бы ты, мальчик, какие закидоны устраивала в клубах Маргоша…, - хохотнула.

Танюха, после коктейля, расслабилась и мы заказав по второму, пошли танцевать. Крути себе задницей под музыку и ни о чем не думай. Скакали, пока ноги не стали отпадывать. Несколько раз какие-то парни пытались к нам подкатить свои яйца, но мы шипели и посылали… бабочек ловить.

Что Матвея сегодня здесь не будет, я знала точно. У гоблина День рождение. Была мысль соорудить ему открыточку… но решила, что лучший подарок от меня — не мельтешить перед глазами.

— Это вам от той компании, — официант ставит еще коктейли.

Мы дружно поворачиваемся, с Танькой, в указанном направлении. Макар сальтует мне своим бокалом. Киваю, что приняла. Шатровой пить подарочек запрещаю, объясняя, что подобные подкаты пить нельзя — можно попасть на "юлу". Подсыплют тебе какую-то хрень и не вспомнишь завтра где была, и с кем.

— Рит, откуда ты все это знаешь? — удивляется подруга.

— Читала, — отмазываюсь.

Макар ничего такой, симпатичный — разглядываю парня. Худощавый блондин, синие глаза которого кажутся темными при таком освещении. Пару минут гипнотизируем друг друга. Тихомиров поднимается и идет к нам.

— Такие красавицы и без охраны, — не отрывает от меня глаз.

Есть в нем что-то настораживающее. Хищник вышел на охоту.

— Мы хотим пригласить вас к нашей скромной компании, — присел рядом на диване, закинув ногу на ногу.

Тон уверенный, такому видимо не отказывают. В любой другой ситуации послала бы. Шатрова начинает ерзать и поглядывать на меня вопросительно. В нашей паре — она ведомая.

— Только не долго, нам завтра на учебу, — расползаюсь в улыбке.

Дружки у Макара такие же мутные. Смотрят на нас, как-будто мы себя уже предложили и выражение лица такое: брать — не брать.

— Как тебя брат одну отпустил? — вот и раскрылся, что знает меня.

— Его кто-то спрашивает? — поднимаю бровь.

— Рит, давай уйдем? — Таня начинает нервничать и в голосе появляются истеричные нотки.

— Дай мне пять минут, — говорю ей прямо на ухо.

— Макар, что за история, с моим братом? Расскажешь?

— Такая красивая малышка, не должна забивать себе голову, — подвинулся ближе и захватив мой локон поднес в носу. — Пахнешь малиной, мне нравится.

Ясно-понятно. Ничего конкретного он не скажет. Зря пыталась. Беру сумочку и киваю Шатровой, что мы двигаем на выход.

— Мы еще увидимся, сладкая, — смех компании стоит в ушах…

Угу. Жди — даю мысленное обещание.