Я Не игрушка для тебя (СИ) - Ольга Рог

знал — мелькает догадка. Поэтому изводил Ритку и называл ее мать шлюхой. Знала ли сама Рита? — сложно сказать. Читать ее параноидальный бред в дневнике мне не хотелось.

— Надеюсь, ты рад? — хмыкаю.

— Я просто счастлив! — выходит с сумкой в коридор.

В дверях обернулся:

— Не вздумай попадаться на моем пути! Закопаю, поняла? — в глазах бешенство.

Какое страстное обещание! — падаю на диван, улыбаясь. Это надо отметить! Наследие прошлой жизни — Шато Латур было припрятано на кухне.

— Ну, за это! — замахнула бокал сразу и закусила кусочком сыра.

Надо же! Смотрю, кого послать по телефону в эротическое путешествие. Незнакомый номер не унимается.

— Але!

— Рита, ты чего трубку не берешь? — писклявый голос старосты Синицыной.

— Светка, ты мешаешь мне напиваться! — ворчу.

— Королева! Ты плакат обещала! Срок тебе — до утра! — отвожу телефон подальше и морщусь, что звук не убавить.

— Будет тебе плакат! — наливаю второй бокал и даю отбой.

— Рита, это что такое?! — заикается староста и глаз ее начинает дергаться.

— Плакат! — дыхнула на нее вчерашним "праздником".

Ну а че? Очень даже креативно! — рассматриваю свое творчество.

Посредине надпись: "Одиннадцать лет — не срок!" и "Покажи домашку!".Нарисована наша Матильда в секси-ковбойском прикиде, с пистолетом.

Класс сгрудился, оценивая сие произведение. Я запивала сушняк из бутылки с водой.

— Держи! — Воронцов предлагает мятную жвачку.

Не отказываюсь. Найдутся "добрые люди", готовые сдать меня с потрохами. А еще один залет… Сломив сопротивление Синицыной, мы повесили "поздравительное". Одноклассники были за любой кипишь, если за него не отвечать. Мое пофигисткое поведение принесло бонусы среди элиты класса.

— Рисковая ты! — шепчет мне Шатрова.

Наблюдаем за лицом нашей классухи. Матильда зависла на несколько минут.

— Спасибо, ребята, за поздравление! — теребит сертификат в "Л.Этуаль"(сеть косметики) и сворачивает голову на свой портрет. — Очень тронута.

После уроков шумной толпой завалились в клуб. Мне уже хватило вчерашнего и я тянула только фруктовый коктейль.

— Смотри! это же твой брат, — толкает меня Танька.

— Народ, меня надо прикрыть! — набираю сообщников, падая под стол.

— Ритка, сиди тихо! Он идет в нашу сторону! — Стас хватает под столом мою руку и сжимает.

— Где она? — рычит братец на притихших ребят.

Вот честно! Думала сдрефят и сдадут с потрохами. Я знала, каким может быть Матвей в гневе.

— Где твоя подружка? Я ее видел! Говори! — наехал на Таньку.

— Она не с нами! — пискнула Шатрова.

— Ритка не ходит в клуб!

— Она с нами не пошла!

— Показалось, наверное? — отмазывают одноклассники.

Понимаю, что еще немного и он меня обнаружит. Достанется всем, без исключения. Начинаю ползти у ног, чертыхаясь, в сторону прохода. Успела перекатиться за диванную зону.

— Я что, слепой? — орет и переворачивает стол, скидывая все, что на нем стояло.

Крики, визг девчонок, звук бьющихся стаканов.

— Охрана! — орет кто-то.

Если выйду — мне конец! Не выйду — пострадают ребята. Уже хотела встать, но почувствовала руку на своей голове. "Нет!" — Воронцов мотает головой еле заметно. Потом все стихло.

— Ритка, выползай! Его увели! — заглядывает Танька.

— Ребят, спасибо! — не знаю как благодарить, переводя взгляд с одного на другого

— Своих не сдаем! — поднял бровь Стас

19

На следующий день, в школе, было энергетически комфортно. Мы собирались на переменах, вспоминали вчерашнее и ржали, как кони. Ситуация сплотила нас. Я не уставала говорить, какие они классные… Как мало нужно, чтобы на душе стало чуточку теплей. Люди повернулись ко мне светлой стороной — я платила им тем же.

— Рит, можно я тебя провожу? — догоняет у раздевалки Стас.

— Давай! — наблюдаю, как от ответа парень расцвел.

— Подожди! Зайду в кофейню, ты ведь капучино любишь?! — Стас свернул в дверь "Кофемании".

Втыкала в телефон и ждала парня. Завтра выходной… красота! Сегодня, хоть загуляйся. Подняла голову на звон колокольчика у двери. Искренне улыбалась Воронцову, который в двух руках нес стаканчики. Стас будто запнулся, глядя поверх меня. Выражение лица такое — привидение увидел… или у меня рога выросли? Поворачиваю голову и меня откидывает штормом серых глаз.

— Попалась! — братан хватает за шиворот и подтаскивает к себе, как котенка.

Я зашипела и попыталась высвободится. Какое там!

— Отпусти, сказала! Что ты пристал ко мне? — пытаюсь лягнуть, но мои действия предугадывают.

Брат держит меня на расстоянии вытянутой руки, чтобы не смогла ему рожу расцарапать.

— Ты снова с этим пиз… парнем? — тряхнул так, что волосы в разные стороны.

— Не твое дело! Это мой друг! — задираю подбородок.

Стас от этих слов очнулся и подошел ближе.

— Слушай, я понимаю, ты ее брат и все такое…, - начал.

— Нихера ты не понимаешь, щенок! Это с виду только ангел…, - заявляет Матвей.

— Что я тебе сделала? М? В кружку твою плюнула или мышь дохлую подкинула? Что за детские обиды? — удается все-таки выскользнуть и отскочить ближе к Стасу.

— У тебя амнезия, детка? Напомнить? — от его слов становится холодно.

Рита, твою мать! Я что теперь, всю жизнь должна за тебя расхлебывать? — прикусываю губу и пытаюсь хоть что-то понять.

— Стас, извини, мне нужно с братом поговорить. Спасибо за кофе, — забираю один стакан.

Поворачиваюсь к Матвею.

— Давай все выясним и разойдемся, — шагаю в сторону дома, зная что он за мной идет.

20-21. Ты — заложница!

Зашвырнула рюкзак в коридор, скинула ботинки и пошла на кухню. Налив стакан воды, выпила залпом. Не хорошее чувство катило вслед за приходом брата.

— Говори! — сажусь на стул.

— За тобой должок, мелкая… пора отдавать, — колючий взгляд цепляет за нутро.

— Какой должок? — скрестила руки и ноги в знак защиты.

— Забыла, как всех моих подружек изводила? — поднял бровь.

Рите 14 лет.

Брат привел брюнетку. Сосутся на диване, в гостиной. Стонут, как раненые. Мурашки по телу. Хочу это прекратить. Бегу на кухню, хватаю лимонад со льдом и выливаю все на парочку. Визг. Мат. Мчусь в свою комнату, чтобы закрыться.

Рите 16 лет.

Подожгла волосы этой рыжей. Она спит, брат в душе. Неделю боялась выйти из своей комнаты.

Рите 17 лет.