Альвина Волкова - Стальная: по пути пророчества (СИ)

  -- Знаешь, ты крайне любопытная боевая горгулья.

   "Ты поможешь ей"?

  -- А как ты думаешь, зачем я здесь?!

   Зайраис вернулась с трехлитровой бутылью подмышкой. Франчиас переглянулся с горгульей, и внутренне содрогнулся, ожидая экзекуции.

***

   Отогретый, накормленный и приведенный в божеский вид мужчина сидел за компьютером и внимательно всматривался в мерцающий экран. Колонки цифр мелькали перед глазами.

  -- Как давно, Станислас на Земле?

   Зина присела на краешек дивана.

  -- Четвертый месяц.

  -- Он уже встречался с Ниной? - щелчок клавишей, - Или только собирается?

  -- У них была встреча, но ей удалось уйти. Кто-то приклеил его ботинки к полу.

   "Так это был твой брат"?!! - изумленный восклик, заставил глирта поморщиться.

  -- Ты был с ней? - Франчиас нагнулся, чтобы посмотреть под стол, где расположилась горгулья, - Когда это было? Лассаиндиар знал?

   "До перехода. И, да, знал. Он не хотел отпускать ее, но хозяйка уперлась - пойду и все. Нина сразу почувствовала неладное, он рассказал ей, что Ма'Арийю убили и хотел забрать сундук".

  -- Клей, твоих лап дело?

   "Моих".

  -- Хорошая, горгулья.

   Глаза Лохматика превратились в две плошки. Ни Ма'Арийя, ни дракон, никогда не хвалили его, а это оказывается приятно.

  -- Почему он остался? - вопрос был адресован уже Зайраис.

  -- Он знал, что она вернется.

  -- Откуда?

  -- Пророчество.

   Франчиас отвлекся от поиска телефона и посмотрел на Зину, мнущую в руках платок.

  -- Какое пророчество?

  -- То самое, из-за которого убили моего отца.

   Глирт отодвинул стул.

  -- Никогда не увлекался пророчествами. Оно еще у тебя?

  -- Да. Полная версия.

  -- Ты давала ее Станисласу?

  -- Ни в коем случае, - всплеснула руками женщина, - иначе бы он не стал запугивать ее, а сразу бы убил.

  -- Неси, - приказал Франчиас, - Я должен его прочесть.

  -- Оно было написано спонтанно, - женщина настороженно посмотрела на Франчиаса, - и не такое красивое, каким его представили Великим.

  -- Мне все равно.

  -- У отца был ужасный почерк, - предупредила Зина.

  -- Не хуже, чем у моего шпиона с окраин Оргарда. Неси.

   После беглого прочтения нескольких страниц убористого неразборчивого текста, Франчиас откинулся на спинку стула и вымучено потер слезящиеся глаза.

  -- Дитя двух миров... Избранная... - желтые глаза вспыхнули, - Предначертано возродить клан стальных драконов и освободить тех, кто последует за ней.

   Лохматик вздрогнул и выскочил из-под стола.

  -- Именно, - подтвердила женщина, предположив, что глирт ждет ее мнения, - если бы Станислас знал об этом, он...

  -- Отправил бы ее к отцу, - качнул головой Франчиас, - Нина слишком ценный товар.

   "Товар"!! - горгулья возмущенно вздыбила шерсть.

   Один единственный пронизывающий взгляд и Лохматит поджал хвост.

  -- Есть ли уточнение, как Нина должна возродить клан?

  -- Я не знаю. Но возможно это как-то связано с Пещерой скорби. В тексте она упоминается дважды.

   Франчиас нашел нужную строчку и прочел ее вслух.

  -- В Пещере скорби, где мать оплакивает своих детей, на грани жизни и смерти, обретет и потеряет... Ты об этом?

  -- Да.

  -- ... живой огонь души .... Это я не совсем понял, то ли проникнет, то ли заполнит...Дальше тоже непонятно, что-то вроде: И явится на свет возрожденная. Какая возрожденная?

  -- Здесь имеется ввиду, что Избранная примет огонь души стального дракона и явится миру уже возрожденная. Так говорил мне отец.

   Франчиас минуты сидел, не моргая, затем бросил страницы с пророчеством на стол рядом с клавиатурой, запустил пальцы в свою всклоченную шевелюру и едва слышно застонал. Он, наконец, понял, о каком возрождении идет речь в пророчестве. Франчиас хорошо помнил тяжелый запах крови, витающий в пещере, когда они с Хросом и горгульей выпали из портала. Дракон. Нет, не правильно - драконница. Еще не прошедшая стадию первого оборотничества - почти младенец.

  -- А во второй раз говорится, что она обязательно должна вернуться в Пещеру скорби - иначе смерть.

   Глирт вздрогнул. Чтобы быть уверенным, что не ослышался, Франчиас уточнил.

  -- Кому смерть?

  -- Избранной.

   Внешне Франчиас не выказал никаких эмоций, но внутри у него все сжалось. Он сполз со стула, встав на колени напротив Лохматика и схватив того за уши, прошипел.

  -- Будет больно.

   В глазах горгульи мелькнула догадка, она непроизвольно дернулась, но потом встала изваянием, позволяя глирту проникнуть в свое сознание. Ради Нины, Матя готов был терпеть и не такое.

***

  -- И-и-и-и!!!

  -- Отбой. Ложная тревога, - с облегчением выдохнул папа, - И прекрати визжать. Уши закладывает.

  -- Ббу-удешь тут вви-изжать. Г-где тты л-л-лед д-дос-стал в-в т-таких к-колли-ччесствах?

  -- Места нужно знать.

  -- Нина, ты как?

  -- Х-ха-ррашшо.

  -- Оно и видно. Вылезай. Папа Владимир, выйдете. Да-да вместе с ведром. Жуть! Ты вся ледяная! Завернись в халат. Идти можешь? Да не трясись ты так. Я сейчас кофе принесу.

  -- С-спа-асс-сибо.

  -- Держи.

  -- Ппалльцы о-оннем-мели.

  -- Я поставлю на стол.

  -- Г-грелка...

  -- Помню. Сейчас принесу... Держи.

  -- Х-харрашо-т-то к-как.

  -- Ну. Может, вы мне все-таки объясните, что здесь происходит?

Глава 5

   Князь наблюдал за строительными работами с чувством глубокого удовлетворения. Он уважительно похлопал по плечу Хроса, которому не сразу - через сутки, но получилось уломать несговорчивого ящера помочь дружине в восстановлении им же разрушенных зданий.

  -- Молодец, - похвалил гвиорда Ваимир.

  -- Мне кажется, он отпирался исключительно из вредности.

  -- Не исключено.

   Князь повернул голову, чтобы видеть, как ящер одним точным движением рубит деревья, очищает их от веток и передает бревна воинам. Те кряхтят от натуги, но вида не подают.

  -- Есть новости от Франчиаса?

  -- Я не буду спрашивать, откуда ты знаешь, - недобро посмотрел князь, - но порошу попридержать язык за зубами.

  -- Зачем вы мучаете его? Он же не виноват, что у него не получилось.