Буря и ярость - Дженнифер Ли Арментроут

захотелось ударить его сейчас. Но эта улыбка померкла, когда он провёл пальцами по моим влажным волосам.

— Вчера вечером ты заперла дверь.

Я замерла.

Зейн отпустил мои волосы.

— Я… хотел я, чтобы ты это не сделала.

Воздух застрял у меня в горле.

— Но, наверное, это была умная мысль.

Зейн пытался прийти ко мне прошлой ночью. То ли потому, что он не мог заснуть, или же он слышал, как я ворочалась всю ночь.

Но он всё равно попытался прийти ко мне после всего, и я не знала, что и думать об этом, кроме того, что Зейн, скорее всего, был прав.

Наверно, хорошо, что я заперла ту дверь.

* * *

Медленно выдохнув, я оторвала взгляд от густых зарослей вязов. Наступили сумерки, и мы направлялись к дому сенатора Фишера, который находился недалеко от Бетесды.

Мы уже миновали несколько домов, таких больших, что я даже смогла их разглядеть, но на протяжении последней мили я видела только деревья.

У Зейна зазвонил телефон, и он потянулся к бедру за ним.

— Это Рот, — сказал он мне, и ответил на звонок. — Что случилось?

Я наблюдала за ним, и заметила, как на его подбородке дрогнул мускул, вероятно, в ответ на что-то сказанное Ротом.

— Ну конечно. Увидимся через несколько минут, — закончив разговор, он положил телефон в выемку в двери машины. — Мы съедим и припаркуемся в стороне, и немного пройдём пешком. Рот и Лейла уже почти на месте.

Я кивнула.

— Звучит как план.

Зейн припарковался, съехав на обочину старой гравийной дороги. Деревья скрывали машину от всех на дороге и, выйдя из неё, я была благодарна, что надела рубашку свободного кроя, когда влага ударила мне в лицо.

Зейн обошёл «Импалу» спереди и присоединился ко мне.

— Мы идём на запад, через лес, так мы должны выйти к воротам, по словам Гидеона. Там нас встретят Рот и Лейла.

Я кивнула, чувствуя тяжесть кинжалов, пристегнутых к моим бёдрам, когда я сошла с гравия и скользнула вниз по небольшой насыпи. Я осмотрела лесополосу. С наступлением сумерек, быстро переходящих в ночь, это было не очень весело.

— Ты в порядке? — спросил Зейн, опережая меня на несколько шагов.

Я начала говорить «да», потому что не хотела быть обузой, но я дерьмово видела и местность была совершенно незнакомой.

— Я… я почти ничего не вижу.

Зейн остановился впереди и повернулся ко мне. Через секунду он уже был рядом со мной. Не говоря ни слова, он взял меня за руку, и я покраснела.

— Тут походу… каменистая земля. И к тому же, много упавших деревьев и веток.

— Хорошо, — прошептала я, немного смущённая и немного благодарная. — Обычно это не так сложно. Дома я могу бегать по лесу, как ни в чём не бывало, потому что знакома с местностью. Прости…

— Не извиняйся, — он сжал мою руку. — Ничего страшного в этом нет.

— Ты должен держать меня за руку, — сказала я, когда он повёл меня в обход чего-то большого на земле… валуна или ветки.

— Я не должен. Я хочу, — он поймал низко свисающую ветку и приподнял её с нашего пути. Мы нырнули под неё. — И помни, я говорил тебе, что буду твоим горгульей-поводырём всякий раз, когда ты будешь нуждаться во мне.

Покачав головой, я рассмеялась.

— Хорошо, сейчас ты очень хорошо справляешься.

— Ох, я планирую преуспеть в этом.

Я сжала губы, не зная, как принять его лёгкий, дразнящий тон. Я решила, что смогу подумать об этом позже, потому что шаги Зейна замедлились.

Мы были у забора.

Высвободив руку, я уставилась на освещённые цементные колонны и закрытые ворота. Я глубоко вздохнула, пробуя на вкус свежий воздух, смешанный с хрустящей зимней мятой Зейна, и…

— Это странно, — сказала я.

— Что? — Зейн наклонился ко мне всем телом.

— Я не чувствую никаких демонов. Единственный раз, когда я не чувствовала демонов, был когда мы находились на территории твоего клана… и здесь, — я посмотрела на ворота. — Полагаю, я ожидала почувствовать их здесь.

— Должно быть, тебе тяжело приходится в таком городе как Вашингтон, чувствовать так много демонов.

— Я начинаю привыкать к разным степеням, — подняв руку, я провела ладонью по лбу. — Но если сенатор связан с Баэлем, разве здесь не должно быть демонов?

— На самом деле, это ничего не значит, — ответил он, и я взглянула на него. Прошло несколько долгих минут, и всё вокруг нас погрузилось в тень. — Трин, я…

И тогда я почувствовала их.

И Зейн тоже.

Горячее дыхание на затылке и внезапная тяжесть в воздухе вокруг нас. Мы оба повернулись к воротам как раз в тот момент, когда из тени, по другую сторону, появилась фигура.

— Рот, — сказал Зейн, делая шаг вперёд.

Принц-демон остановился, и я прищурилась, увидев кого-то ещё позади него. Я предположила, что это была Лейла.

— Сначала мы осмотрим дом. Кажется, там никого нет.

— Дерьмо, — пробормотала я.

— Неплохие новости, — вмешалась Лейла. — Мы можем войти и осмотреться, может, найдём что-нибудь.

Она была права.

— И вероятно, появится сегодня вечером дома в какой-то момент, — сказал Зейн, и я кивнула. — Ну, давайте перейдём к взлому и проникновению, — положив руки на середину ворот, он повернулся. Металл заскрежетал, а затем поддался. Ворота раздвинулись, распахнувшись настежь. Он отступил в сторону. — После тебя.

— Показушник, — пробормотала я.

Он усмехнулся.

— Что? Ты так не можешь?

— Я сильная, — я кивнула в сторону Рота и Лейлы. — Но не настолько.

— В доме была сигнализация, но мы её отключили перед тем, как явились сюда, — сказала Лейла, и мне стало интересно, как это удалось сделать, не вызвав подозрения у охранной компании. Я решила, что это было благодаря Роту. — Мы ещё не входили.

— Хорошо, — сказала я, пока мы шли по ровной подъездной дорожке.

Зейн шёл рядом со мной. Лейла спросила:

— Вы проверили этого сенатора? Мы сделали это сегодня, и он, вероятно, последний человек, на которого вы могли бы подумать, что он будет вовлечён во что-то демоническое.

— Или первый человек, если хотите знать моё мнение, — вмешался Рот. — Прославленный сенатор участвует во множестве благотворительных организаций, которые приносят пользу молодёжи из групп риска. Ходит в церковь каждое воскресенье. Происходит из длинной линии баптистских пасторов. Женат был один раз, причем на своей школьной возлюбленной, которая умерла от рака груди два года назад. С тех пор он также участвует в реформе здравоохранения и женских услугах.

Уголки моих губ опустились вниз.

— Почему ты считаешь, что он будет первым человеком?

— Потому что, по моему опыту,