Меж двух королей - Линдси Штрауб

class="p">Она подняла взгляд на Аполлона.

Его глаза были широко раскрыты, прикованные к кольцу, и отблеск его света бесконечно отражался в чёрных зрачках. Тэмми никогда не видела его таким — даже тогда, когда стояла перед ним на коленях. Было ли это то же чувство, что испытал Каспен, когда сделал коготь для неё? Тэмми вспомнила, каким он был, когда она впервые ввела его в себя. Это было почти то же самое выражение — голодное, нетерпеливое, граничащее с жадностью.

Она подалась ближе.

Аполлон резко втянул воздух.

Сердце Тэмми ускорилось от предвкушения, когда она надела кольцо на головку его члена и медленно повела его вверх по стволу. Оно село идеально — так, как она и думала. Острое чувство обладания пронзило её, когда Аполлон издал низкий, почти экстатический стон. Его удовольствие было очевидным: и без того твёрдый член стал ещё твёрже, напрягся, упираясь в границы кольца.

Тэмми вспыхнула от одного вида. Она ещё даже ничего не сделала — а он уже был у неё во власти.

Ты можешь сделать его туже. Если захочешь.

Ты этого хочешь?

Аполлон не ответил.

Теперь сопротивлялся он.

Но Тэмми не собиралась позволить ему уйти от этого. Почему она должна быть единственной уязвимой? Почему она должна обнажаться перед ним, если он отказывается сделать то же самое?

Крошечная, почти незаметная доля власти вернулась к ней, когда она сказала:

Скажи мне.

Мышца дёрнулась на его челюсти.

Сделай его туже, Темперанс.

Она сделала.

Это оказалось удивительно просто — достаточно было одного намерения. Тэмми смотрела, как кольцо стягивается у основания его члена. Руки Аполлона сжали её бёдра так сильно, что стало больно.

Почему бы не пойти дальше?

Тэмми знала — был ещё один шаг, который мог окончательно лишить его контроля. Она сосредоточилась на кольце, на связи между ними — и послала Аполлону импульс, точно такой же, какие Каспен посылал ей.

Реакция была мгновенной.

По его телу прошла дрожь, и он застонал.

Где ты этому научилась?

Каспен научил меня.

Кора… — выдохнул он.

Почти против своей воли Аполлон наклонился и поцеловал её в шею. Как только его губы коснулись кожи, Тэмми прикусила губу, сдерживая стон.

Он тут же отстранился.

Прекрати.

Что прекратить?

Скрывать своё удовольствие.

Но скрываться от Аполлона было для неё инстинктом. Она не хотела, чтобы он видел её удовольствие. Возможно, потому что считала, что он не заслуживает этого. А может — потому что ей было стыдно за то, что он способен вызывать в ней такое.

Какова бы ни была причина, Тэмми пряталась.

Я не могу.

Можешь. Ты сопротивляешься мне.

По крайней мере, в этом он был прав. Тэмми действительно сопротивлялась ему — хотя это сопротивление с каждой секундой становилось всё более бесполезным.

Позволь мне позаботиться о тебе.

Тэмми не могла представить Аполлона заботящимся о ней хоть в каком-то виде.

Сомневаюсь, что ты на это способен.

Уверяю тебя — способен.

И всё же она сопротивлялась.

Твоя осторожность очаровательна.

А твоя самоуверенность бесит.

Не притворяйся, что тебе это не нравится.

Мне не нравится.

Мысль далась с трудом — ложь отозвалась неприятным напряжением.

Ложь — это грех, Темперанс.

Не читай мне лекции о грехах.

Тогда, быть может, предпочла бы, чтобы я их совершал?

Ответом, конечно, было «да». Но она не осмелилась произнести его вслух.

Аполлон протянул руку к её ладони. Инстинктивно Тэмми дёрнулась назад, и он приподнял брови — удивлённо, с лёгкой тревогой. Она не собиралась этого делать — это была просто рефлекторная реакция, укоренившаяся глубже разума. И всё же… после всего, что между ними уже произошло, этот жест казался странным. Как будто то, что должно было случиться дальше, было интимнее всего прежнего. Словно они стояли на грани невидимой черты, которую Тэмми ещё не была готова переступить.

Аполлон ничего не сказал. Не попытался надавить.

Вместо этого он медленно наклонился и оставил один — мягкий, почти невесомый — поцелуй на её щеке.

Внутри Тэмми что-то распустилось.

Этот жест был напоминанием. Он говорил ей: ты в безопасности. Она знала это… и всё же с трудом верила. Его губы скользнули вдоль её линии челюсти, ниже — к шее. Тэмми чувствовала его разум: открытый, незащищённый, наполненный вниманием и осторожной заботой. На миг она задумалась, не притворство ли это. Опускает ли Аполлон свои щиты только тогда, когда ему что-то нужно?

В конце концов, она решила, что это неважно.

Этой ночью он заслужил её доверие.

А потом его губы оказались на её губах.

И после этого время перестало существовать.

Руки Аполлона легли на её бёдра, направляя её движения вдоль его члена. Он не входил в неё — она ещё не была готова. Вместо этого Тэмми ласкала себя о его ствол, прижимаясь самым чувствительным местом, дразня себя так же, как дразнила его. Это было первобытно, просто — и невероятно хорошо. Каждый раз, когда она доходила до основания, коготь и кольцо соприкасались, создавая ощущение, которое невозможно было описать. Тэмми двигалась всё настойчивее, отчаянно желая получить как можно больше.

Аполлон был возбуждён сильнее, чем она.

Его присутствие заполнило её разум целиком, окружая со всех сторон, удерживая её — и телом, и сознанием. Он снова прижался губами к её горлу.

Как ты можешь быть такой… когда я даже не внутри тебя?

Ты тоже хорош.

Зубы Аполлона сомкнулись на её мочке уха. Тэмми дёрнулась — и он лишь крепче прижал её к себе.

Кончи для меня.

Она бы смогла.

Но не сейчас.

Тэмми замедлила движения, скользя по его стволу мучительно медленно, прежде чем остановиться у самой головки, оставив между ними всю длину его члена. Она подняла взгляд и встретилась с его глазами.

Скажи «пожалуйста».

Приказ.

Тэмми не привыкла приказывать Аполлону — не привыкла заставлять его просить. Но сегодня ей хотелось проверить границы.

Пожалуйста.

Тэмми улыбнулась.

Его наградой было одно короткое движение её бёдер.

И снова пауза.

Аполлон зарычал от раздражения, но Тэмми не собиралась торопиться. Она смаковала это — его между своих ног, нарастающее напряжение, ощущение контроля.

Я хочу не спешить.

Вот как?

Да. И ты хочешь позволить мне.

Неужели? И почему же?

Потому что тебе это нравится. И потому что тебе нравлюсь я. И потому что ты хочешь смотреть, как я дойду до этого сама. Разве не так?

Они смотрели друг на друга в темноте, тяжело дыша.

Да. Именно так.

Грудь Аполлона блестела от пота. Тэмми наклонилась вперёд,