Лирелии – цветы заката - Екатерина Евгеньевна Алешина

им. Между нами завязалась борьба. Я думала, что убью его. Ярость во мне вытеснила все чувства. Правда, я его не добила в нашей схватке. Пока бросилась искать среди всей этой суматохи свой потерянный кулон, который был мне дорог как память о семье, предатель Роальд регенерировал и попытался убить Эрика и его брата. Те прибыли в поселение раньше, чем мы предполагали. Я наблюдала издалека, как Роальд сначала расправился с Вальгардом, пока Эрик трепетно прощался с мучительно умирающей Ингерд. А потом Роальд принялся за Эрика.

«Вот сейчас Роальд убьет братьев, и тогда я убью его», – подумалось мне. Но… мне помешали. Каким-то образом о нападении узнал Совет потомков Фаэтона. Как им это удалось, я без понятия. Но, видимо, на то он и Совет, чтобы все знать о деяниях своих подопечных. Мы же с братом тогда вообще не знали о его существовании. Эдван убил своего создателя в первые же дни, и тот, видимо, не успел нам ничего сказать. А может, и не посчитал нужным, кто теперь ответит.

Узнав о нападении группы вампиров, Совет прислал за нами отряд Возмездия. Я поняла, что наш план захвата потерпел крах, и ударилась в бега. Роальда схватили и предали казни. Что там происходило дальше в усадьбе, я не рискнула наблюдать, поскольку там еще несколько дней отирались советники. Пришлось залечь на дно. Я боялась, что меня найдут, несмотря на то что меня никто из наших подельников не запомнил благодаря уникальному артефакту химер. Этот артефакт просто-напросто стирал все воспоминания обо мне у тех, кто видел меня впервые. Но мне повезло. И следы моей магии остались не обнаруженными. Моя магия меня спасла. Она была чужда этому миру, и увидеть ее оказалось невозможным для здешних магов. Так мне удалось избежать наказания. Но все равно я очень боялась быть обнаруженной Советом потомков Фаэтона и многие столетия вела тихий образ жизни, стараясь нигде не светиться.

Наблюдая за жителями Земли и их историей, я поняла любопытную вещь – во время вооруженных столкновений и войн в энергетическом пространстве этой планеты становилось невероятно много энергетики ненависти. Той самой, что питала мою магию. И я уже не ощущала себя обессиленной, связанной по рукам и ногам, вынужденной пришелицей с погибшей планеты. В конце концов, если очень сильно захотеть, то можно целый мир под себя изменить. Почему бы не сделать Землю подобной Химериуму? И к этому я была готова, даже если придется положить штабелями жизни миллионов. Были у меня разные мысли, идеи… Но они опять-таки упирались в необходимость поддержки. Мне нужны были жители Земли. Много жителей. И для всех готовилась своя роль.

Возможность осуществить свои планы представилась мне в сороковые годы двадцатого века. О, это было время великих надежд! Тогда я жила в Германии. Политические и идеологические процессы, происходившие тогда в той стране, вдохновляли меня и находили во мне отклик. И оказались крайне полезны для моих целей.

– Тьфу ты, еще одна почитательница фюрера нарисовалась, – прошептала я, возведя глаза к потолку.

– Мало нам было стервы Антарес, – поддержала меня Эми.

Химера продолжала свой рассказ:

– Мне было необходимо испытать на людях те идеи, на разработку которых ушли годы. Мое внимание привлек сам фюрер Германии – Адольф Гитлер. Я должна была втереться в его круг, но остаться при этом в тени. И это у меня с блеском получилось. Мы заключили с Адольфом договор. Он знал обо мне часть правды. Я помогала ему воплощать его захватнические амбиции, а он давал мне поле для деятельности и всестороннюю помощь.

– В чем заключалась ваша помощь и помощь фюрера Германии? – задал вопрос полковник Дартейли.

– Мне стало известно о том, что на стороне Красной армии сражаются бессмертные. И не только с Земли, но и с планеты под названием Эсфир. Тогда я впервые о ней услышала. Это обстоятельство сильно усложняло выполнение задач армии фюрера. Я знала, что их бессмертие относительно, и знала, как убить оборотня, вампира или мага. И для этого предложила использовать огнеметы. Верное средство. Но их потом применяли для всех. Так, на всякий случай, вдруг в толпе среди людей пропустили бессмертного. Не все ведь способны определить существо с нечеловеческой природой. Это могли сделать Одаренные. И для них у меня имелся особый бонус – замечательный артефакт с сердцевиной, хранящей сплетение моей родной магии и энергетики ненависти. Этот артефакт усиливал их сверхъестественные способности, данные природой. Недостаток его был лишь в том, что артефакт не вечен и требовал замены. Вся эта работа тянула из меня колоссальные силы, а учитывая, что Земля – планета безмагическая, то и восстановление было необходимо весьма часто и желательно быстро. Благо меня спасала все та же энергетика ненависти, которой в то время было хоть отбавляй. Осажденные города, концлагеря стали для меня идеальной кормушкой.

Еще я достаточно хорошо разбираюсь в астрологии, и фюрер всегда советовался со мной перед важными событиями, потому что доверял моим знаниям звездочтения. Так же меня допускали до всех секретных медицинских опытов, где я почерпнула немало новых знаний и поделилась своими.

Однажды, совершенно случайно, в сорок третьем году, оказавшись в Волхове, я просто кожей ощутила мощные потоки магии. Очень сильной магии! Ее и Одаренные чувствовали, но не могли увидеть. Туда меня и прислали, чтобы выяснить, что происходит. Задачка оказалась не из легких, но я с ней справилась. Причиной появления этих потоков оказался партизанский отряд, состоявший из бессмертных вперемешку с очень сильными Одаренными. Просто отборная магическая банда! Много они нам доставили хлопот! И венчало все это великолепие радужное сияние ауры одной из девушек. Уж больно это сияние напоминало мне кое-кого. И не зря.

Когда я увидела, кто эта девушка, сначала даже не поверила своим глазам. Тем не менее девчонка оказалась точь-в-точь копией Ингерд, и я подумала, что передо мной переродившийся человек. Я слышала, как командир отряда называл ее Шурой или Сашей. Какая ценная добыча попалась мне в руки! Отряд был уничтожен, а Шура сбежала, вмиг исчезнув с наших глаз. Но надолго ее не хватило, и как только она вновь стала для нас видимой, погоня продолжилась. Все опять повторялось. Пришлось побегать за ней, попетлять средь волховских елей. Мы поймали ее, загнав в кольцо. Но моя радость оказалась преждевременной. Девчонка, поняв, что оказалась в западне, достала наган и принялась угрожать. Один из солдат, боясь, что она точно кого-то застрелит, хотел ранить ее в руку, но промахнулся, дурень, и попал так, что эта дрянь прямо там сразу и померла. Увы, но операцию мы частично провалили. Да, мы уничтожили группу, но важные разведданные были уже переданы врагами куда нужно, а что-то навечно сгинуло с этой партизанкой. Этого солдата я убила. В назидание другим. Чтоб не ошибались.

Война для нас началась удачно, а потом… Все пошло наперекосяк. И все ведь шло хорошо! Мы так тщательно все спланировали! Ведь даже дата наступления на СССР не случайно была выбрана. Двадцать второе июня – день летнего солнцестояния, после которого постепенно солнечный день идет на убыль, уступая власть ночи и темным силам. Адольф боготворил эти силы, поклонялся им и верил, что если начать наступление в этот день, то темные силы будут властвовать вечно, а значит, черное солнце Третьего рейха не зайдет никогда. Но что-то пошло не так. В какой-то момент я осознала, что все летит к чертям, но как же больно было это принять! Столько моих усилий и трудов рассыпались прахом! Что такого оказалось в этих людях, что даже магия химер их не остановила? Сколько раз мне казалось, что наш триумф близок, но эти люди и бессмертные каждый раз доказывали мне, что я жестоко ошибаюсь. Да они готовы были собственную жизнь отдать, костями лечь, чтобы остановить нас! А знаете, может быть, поэтому они победили? Потому что