Беттина Белитц - Раздвоенное сердце

Ты не имеешь понятия, думала я про себя. Но был крошечный шанс, что Колин не будет нам мстить.

Только ради этого шанса я проглотила всё то, что с удовольствием бы доверила кому-нибудь в эти утренние часы.

- Почему ты вообще захотел показать родео именно мне? - спросила я Тильмана, чтобы отвлечь себя от своих фантазий об убийствах. Я пододвинулась к нему немного поближе. Он успокаивающе пах табаком и мокрой травой. Сбитый с толку, он посмотрел на меня со стороны.

- Не потому, что ты мне нравишься или что-то такое, - сказал он спокойно. - Ты не в моём вкусе. Мне нравятся леди.

- Э? - сказала я в недоумении. Что происходит в его затуманенной башке?

- Ну, ты придвигаешься всё ближе и спрашиваешь меня, почему я взял тебя с собой. Недоразумения нужно сразу же предотвращать.

Костёр почти догорел. Угли озаряли Тильмана красным светом. Его глаза блестели, как рубины.

- Я не это имела в виду, - ответила я дерзко. Ещё шесть недель назад я с удовольствием причисляла себя  к леди. Хотя я не оплакивала больше те усилия, которые прилагала, чтобы стать леди  - это было в прошлом, но моё тщеславие было задето. Если уж сегодня ночью я должна буду умереть здесь, то мне хотелось при этом быть желанной. Тем не менее, я сдержала целый ряд ядовитых комментариев. Было не особо мудро ругаться с единственным человеком, который мог отвести меня обратно домой.

- Не волнуйся, я ничего от тебя не хочу. Но почему же тогда?

- Ну, для этого есть несколько причин. Прежде всего, с тобой можно отлично поговорить, - сказал он серьёзно. О да, и он всегда это делал обстоятельно. Я покачала, улыбаясь, головой и в тот же момент пожалела об этом. Моя шея была твёрдой, как доска.

Мы молча ждали, пока постепенно стало светлее, а лесные птицы начали свой утренний концерт. Тильман встал и основательно потянулся, пока его суставы не захрустели. Потом он выбрал узкое дерево и вскарабкался на несколько метров вверх.

Я даже не пыталась остановить его. Если хочет, пусть ломает себе шею. Несколько секунд спустя он спрыгнул и приземлился благополучно на обе ноги.

- Окей, я думаю, я знаю, где мы находимся. Идём, - сказал он после того, как тщательно затоптал костёр и покрыл его камнями.

Лихо он шёл впереди. Через несколько метров стали подниматься по крутой горе. Здесь, значит, мы сорвались вниз. Мы могли бы и погибнуть. За последним подъёмом мы натолкнулись на узкую тропу. Под нами распростёрся лес, справа от нас находилось недавно скошенное поле. Заяц сидел в одной из борозд и смотрел на нас одно мгновение неподвижно, прежде чем начать улепётывать, так что мелькали одни лишь задние ноги. Кроваво-красное солнце показалось над горизонтом.

На некоторое время мы остановились, чтобы передохнуть. Воздух был чистым и пах великолепно. Я никак не могла надышаться. Я быстро проверила свою внешность, но мало что можно было исправить. Я была покрыта царапинами сверху до низу, а мои джинсы прилипли к моим ногам.

В то время как мы сидели у костра, выпала утренняя роса и превратила мелкую пыль на нашей одежде в твёрдую глину, к которой приклеились ветки и листья. Мы выглядели как два лесных духа. Я огляделась. Теперь я тоже знала, где мы были - всего в нескольких сотнях метров от установки Кнайппа на ручье. Я, должно быть, сделала гигантский круг при побеге.

- Хорошо, Эли, - сказал Тильман. - Мне надо вернуться домой прежде, чем проснётся моя мать. Не то будет стресс. - Он протянул мне свою руку. - Чао. Было приятно.

Автоматически я протянула ему свою, хотя это прощание показалось мне немного формальным. Другие люди сейчас бы бросились друг другу на шею и поклялись бы в вечной дружбе. Но мы, пожалуй, оба были не как другие люди.

- Мне тоже, - ответила я смущённо. Приятно, вообще-то, было очень неуместным выражением для того, что со мной случилось в эту ночь. Но я знала, что он имел в виду.

- И спасибо за спрей. Кстати, для девушки ты слишком много ругаешься.

Усмехаясь, он развернулся и пошёл быстрыми шагами в сторону шоссе. Я даже не знала, где он живёт. Дома я всё встретила без изменений. Было прямо-таки устрашающе тихо. Только часы в гостиной тихо тикали. После пятого тоста с вареньем и двух чашек кофе мои мысли снова, сами по себе обратились к Колину.

Значит, он позволил нам уйти. Может быть, он просто был сыт - так же сыт как Тесса, после того, как она напала на него, а он использовал её лень для побега. Но Колин заметил нас. И это было не хорошо.

Я подумала о его письме, об этом тревожном предложении в конце. "Меня преследуют". Если он имел в виду Тильмана - а это было вполне возможно, потому что, по-видимому, он не в первые следовал за Колином -, тогда я теперь в его глазах объединилась с преследователем, вместо того, чтобы, как он посоветовал, держаться от него подальше. Не совсем внушающее доверие действие.

Мысль о том, что Колин мне больше не доверяет, может быть, даже видел во мне врага, была угнетающей. Снова и снова на меня накатывал озноб из-за страха, как сегодня ночью. Действительно ли он насытился? Или слияние наших мыслей, то, как я увидела его улов сна, сделало его ещё только более голодным, и он теперь с наслаждением поджидал подходящий момент, чтобы удовлетворить свой голод? Мной?

А если он всё-таки смог достаточно выпить - как долго он будет оставаться сытым благодаря такому монстру-быку? Его сны были дикими и сильными. Я почувствовала это.

Я поднялась на верх, села на край ванны и открыла воду. Мой пуловер и джинсы приземлились на пол - больше я не смогу их надеть снова. Пыль добралась вплоть до моих бёдер и плеч.

Мечтательно я наблюдала, как комочки грязи, прилипшие к моему телу, растворялись в мыльной пене и расплывались маленькими, серыми облачками.

- Колин мне очень жаль, - прошептала я. Две, три горячие слезы скатились с моей грязной щеки и упали в дымящуюся воду. Я была такой усталой, что думала не смогу никогда больше подняться.

Но после того как я только что выжила ночью, я не хотела на следующее утро жалко утонуть в ванне. Когда мои руки и ноги стали уже морщинистыми я снова выбралась, застонав, из ванны - боль в мышцах вернулась - завернулась в полотенце и легла в кровать.

Напрасно я ждала, что раздастся шёпот или будет какой-нибудь другой знак, показывающий, что Колин простил меня. Мистер Икс так же не появился. Я уснула одна, в то время, как жара рябила перед закрытыми жалюзи, а страх, скрыто и невинно, только того и ждал, чтобы наконец-то стало темно.

Глава 31

Ночная вахта

Колышущиеся отрывки ткани ширмы коснулись моего разгоряченного от сна лица. Встревожено я вскочила с кровати и начала захлопывать окна. Небо было чёрным, как смоль, и дождь лил как из ведра. Он тяжело и сердито барабанил в окна.