Седьмая звезда (СИ) - Риз Лаванда

Энн ходила между гостей, принимая поздравления, обнимаясь с каждым направо и налево.

— Энн, нам тебя там так не хватает! Как ты могла сбежать, ещё и Четмена с собой захватила! Мы словно осиротели! — загалдели наперебой Лари, Эдвард и Кэвин, и остальные пилоты, окружая девушку.

— Я думаю, мы простим этого очаровательного дезертира, я имею в виду, конечно же, Энн, а не Четмена, — вставил генерал Пруст. — Она теперь будет вести самого правителя Химера, вдруг он собьется с курса, ведь так Энн?

— Вашей прозорливости генерал, легко может позавидовать сам кронмаршал, — улыбнулась Энн, — Надеюсь увидеть вас в этом звании. Редко среди офицеров старшего звена можно встретить такого умного человека. А вы ребята не пропадете, слушайте операторов, я пыталась их научить заботиться о моих парнях как следует.

— Простите, дико извиняюсь, — расталкивая всех, к ней пробирался Натан, — Ещё раз простите, но мне нужна моя сестра. Энн, пойдем, пройдемся со мной. Тебя просто невозможно застать одну, — улыбнулся он, отходя с ней в сторону. — Послушай, я так рад за тебя, …но эта радость касается только того, что теперь ты останешься в живых. В остальном, …твой муж химер, Энн. И как твой родной брат я от этого не в восторге! — его серые глаза, похожие на её как две капли воды, смотрели на неё с состраданием.

— Натан, дорогой мой! — Энн крепко обняла его, чувствуя, что Зур уже ищет её. — Но ведь он любит меня, а я его. И по-другому не будет, ты же знаешь, судьба! Зато теперь ты можешь прилетать ко мне, когда захочешь, я его уломала, когда Зур счастлив он становится вполне адекватным, и даже великодушным.

— Это верно, Натан, — подал голос, подходящий к ним Зур, — Всё, что она сказала правда. Для тебя открыт зелёный коридор в космотории Химера. И то, что я люблю её это тоже, правда, — в его черных смеющихся глазах прыгали озорные искры. — Наш сипат становится слишком сильным, не удивляйся, я не только ощущаю её эмоции, но даже чувствую то, о чём она говорит. Да, радость моя?! — Зур крепко обнял девушку. — Не беспокойся, Натан, я смогу её уберечь. Ведь ты же этого боишься? А давай повеселим публику и потанцуем? — оживленно заглядывая ей в глаза, вдруг предложил Зур.

— Как раньше? Пиратские танцы? — тут же зажглась она с улыбкой. — Тогда я переоденусь, а ты с Маком подбери музыку! — и, чмокнув его в щёку, Энн радостно убежала, скрывшись в замке.

Взъерошив свою изысканную прическу, придав волосам прежний естественный вид, Энн отыскала свою обычную простую одежду ещё с пиратских времен — узкую безрукавку и такие же короткие без пояса штаны, в которых она больше была похожа на подростка, чем на мадонну Энн. Легкое царапанье в дверь, отвлекло её внимание.

— Мне повезло, что застал тебя здесь одну. Или жене правителя уже запрещено общение с молодыми интересными мужчинами? — хитро улыбнулись зелёные глаза.

— Не будь болваном, Бунн, я могу общаться с кем захочу! — улыбнулась она ему.

— А, ну да, я и забыл, что он контролирует тебя на расстоянии. А что это ты на себя напялила?! — искренне опешил Бунн, — Из принцессы превратилась в бродягу!

— В душе мы всегда останемся пиратами, бродягами космоса. Вот решили поплясать в пиратских ритмах, станцуешь с нами?

— Слушай, Энн, я тут хотел с тобой поговорить, пока выпала такая возможность, — Бунн запустил пальцы себе в волосы, разгребая каштаново-медные кудри, а это было знаком того, что он нервничает.

— Ты меня уже пугаешь, — Энн присела на край кровати. — Что-то стряслось?

— Нет, …хотя стряслось — ты вышла замуж! Шучу. В общем, после праздника я полечу с Натаном. — Бунн вздохнул. — Теперь я уверен, что тебя есть кому оберегать, что ты счастлива, что я могу спокойно доверить тебя в руки Зура, тем более что из этих рук тебя уже не вырвать. А значит, я могу с чистой совестью устраивать свою жизнь. Я поговорил с генералом Прустом, он пообещал посодействовать мне, чтобы с меня сняли обвинения в дезертирстве и побеге с места отбывания наказания. Стану гражданским лицом, улажу свои дела, у меня ведь есть дом на Веге.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Бунн, …а …ты что же решил сбежать? — растеряно прошептала Энн, — Ты ведь уже моя семья! — она порывисто вскочила, обнимая Бунна, испугавшись, что её родной человек, её близкий друг бросает её.

— Ну, пусть твой муженёк не обольщается, я буду навещать тебя и отца. Не переживай, мы будем видеться, иначе я уже не смогу. И насколько я знаю, твои братья тоже имеют свои планы. Так что я не сбегаю, просто отхожу в сторону.

— Мак с семьей останется на Химере со мной, Жако пока тоже, а вот Сеярин рвется на Аквазан, да и Лакура тянет в космос, вот кто вечный странник. Не пропадай Бунн, …я прошу тебя! — продолжая его обнимать, прошептала Энн.

— Я пропаду, если сейчас сюда войдет твой Зур и увидит в этой спальне пикантную сцену, уединившаяся пара стоит в обнимку у кровати, — со своей обычной иронией проговорил он.

— Ты как всегда неподражаем! — рассмеялась Энн, целуя его в щёку, — И знай Бунн Четмен, если вдруг ты исчезнешь, я сама тебя найду! А теперь пойдем танцевать! Как говорит наш отец — лучше печаль прогонять, чем убегать от неё!

На поляне под динамичную местами агрессивную, местами лиричную музыку уже выплясывали братья, демонстрируя имперским гостям свою пиратскую непринужденность, завлекая их в свой танец. Но когда появилась Энн, они образовали большой круг, приглашая ритмичными хлопками в него свою сестру и Зура.

— Ну, что станцуем, дерзко и зажигательно? — усмехнулся Зур, обнимая её за талию.

— Только учти, теперь мы пристойная семейная пара, — лукаво проворковала Энн, стягивая с него рубашку, — Может, просто потопчемся на месте? — И резко оттолкнув его от себя, она первой начала танец бродяг.

Дерзкий танец, вызывающий, с откровенной чувственностью, и в то же время агрессивный предупреждающий атаку. Он рассказывал о свободе и опасности, об игре со смертью на острие ножа, о жгучей страсти к жизни и приключениям. А так как вдвоем они танцевали его слажено и с особым чувством, когда сильный и гибкий Зур вкладывал свою любовь в каждое прикосновение к этому податливому и изворотливому женскому телу, отвечающему ему теми же игривыми чувствами, то сегодня в этом танце им не было равных.

Лежа в своей спальне, в серых сумерках рассвета, Зур прижимал к себе спящую девушку, нежно целуя её в лоб. Он смотрел, как на его планете рождался новый день и до сих пор не мог поверить, что его счастье рядом с ним. Слишком много пришлось испытать, чтобы понять по настоящему, что означает для него эта девушка.

— Я тоже тебя очень-очень люблю, Зур, — пробормотала во сне Энн.

— Ты моя, — улыбнулся он ей, рассматривая свою спящую жену.

ЭПИЛОГ

Зур поймал её на бегу, когда она бежала ему на встречу.

— Еле дождался, когда снова увижу тебя вживую, — отрываясь от её губ, проговорил он. — За прошедшие пол года ещё так надолго я не отлучался, целых две недели. Ну? По портвебу ты отказалась объяснять мне причину своей нервозной тоски, но ведь ты же понимаешь, что глупо говорить мне, что «ничего не случилось»!

— Знаю, знаю. Я так соскучилась, — протянула Энн, нежно потершись о его подбородок кончиком носа. Но пристальные черные глаза продолжали смотреть на неё с настойчивым упрямством. — Просто, понимаешь, некоторые вещи ещё нужно переварить самой. Хотя я знаю, что ты почувствовал, о чем я разговаривала с Миррой, …только я ума не приложу, как это тебе объяснить, — она задумалась, закусив губу.

— Давай ещё раз с самого начала, потому что я хочу доказать тебе, что причины для таких терзаний нет. — Приподняв свои красивые изогнутые брови, Зур внимательно приготовился выслушать свою любимую жену, с которой он не виделся целых две недели.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты знаешь, какой Натан зануда? Он прилетел вместе с Миррой и чуть ли не силой заставил меня пройти медицинское обследование, потому что его беспокоит моё здоровье, а химерским докторам он не доверят.