Седьмая звезда (СИ) - Риз Лаванда

— Ты издеваешься надо мной Энн? — уже опешил Зур, теряя терпение.

— Я …люблю …тебя, Зур, — выдавила Энн, оттягивая время, накаляя напряжение вокруг Зура, который уже начал бледнеть, в первый раз не понимая, что твориться с эмоциями этой девушки. — И, наверное, …выйти за тебя …замуж, это было бы …самым большим безумием в моей жизни, …но я …сделаю это. Я хочу стать твоей женой!!! — выкрикнула она в конце, своей запутанной речи, чуть не доведя ею Зура до истерики.

Он шумно выдохнул, пытаясь растеряно улыбнуться:

— Ты Энн, просто с удивительным садизмом умеешь заставить мужчину волноваться! Уф! Иди ко мне! — Зур обнял, с нежностью прижавшуюся к нему девушку, и уже обратился к спокойно наблюдавшему за ними старцу:

— Я хотел бы попросить тебя мудрый Омас совершить над нами обряд сочетания священных уз, на официальной церемонии через две недели в Карханкуте. Мы бы хотели, чтобы это сделал, указавший нам путь к единству.

— Почту за четь, — поклонился Омас, — Сегодня же начну готовиться к церемонии.

Прямо из пещеры, соединившись по портвебу с распорядительным советником, Зур потребовал у него отчёта за прошедшие дни, чем ужасно испугал химерского министра, который наверняка решил, что правитель просто ищет повод от него избавиться:

— Но ваше Высочество, с тех пор как вы отдали мне указания, прошло всего лишь семь минут! — оправдываясь, произнес советник, нервно поправляя тугой воротник.

— Хм! — отключившись, неопределенно крякнул Зур, красноречиво взглянув на удивленную девушку.

— И как это понимать?! Что всего этого не было? Трудности, испытания, наши разговоры, дождь — это всего лишь иллюзия?! — выпалила Энн, не желающая мириться с миражами.

— Для вас это было реальностью, а для остальных всего лишь мгновеньем, — хитро прошептал Омас, — ведь я говорил, что не нужно думать о времени. На пути сипата его не существует.

Это возвращение в Карханкут, было началом абсолютно другой жизни. В резиденцию правителя Химера возвращался исцелившийся и изменившийся Зур и уже иная Энн. Там, на пути сипата они наконец приняли для себя одну важную вещь, что цель их существования — это стремиться друг к другу, а смыслом их жизни — является любовь, соединившая их в одну суть, невзирая на различия, на кучу недостатков и достоинств. Просто иначе они уже не смогли бы существовать в этом мире друг без друга.

Это понял и жесткий по своей натуре химер, обладающий невероятной силой проникновения и гибкости своей сути, которая выбрала равнение на любимую женщину.

Это понимала и упрямая, взбалмошная Энн, которая уже не могла представить себя оторванной от Зура, в конечном итоге она нашла свою орбиту. Теперь она даже не задумывалась, что принесет ей завтрашний день, какие снова могут возникнуть трудности — это всё было не важно. Ей было хорошо рядом с ним, она постоянно ощущала, что любима и что любит, где бы он ни был, она доверилась ему и это сделало его счастливым — лишь это было …главным.

То, что они как-то изменились, бросалось в глаза даже издалека. Когда они шли вдвоем, не спеша направляясь к «бронтозавру» нежно обнимая друг друга о чем-то беспечно смеясь, то каким глубоким светом светились их глаза, как заботливо и непринужденно Зур убрал с её лица прядь непослушных волос, как, вдруг подхватив её на руки, стал кружить её на месте, как звонко хохотала Энн — все эти признаки не ускользнули от внимательных братьев.

— Да-а-а-а, они всё-таки восстановили сипат, — протянул Лакур, глядя на них из-под косматых рыжих бровей.

— Вот что у Зура не отнять, так это то, что он с одинаковой силой может, как любить, так и ненавидеть! — заметил, улыбаясь, Мак.

— Но когда он любит, выгоды всем от этого намного больше, для Энн, для нас, и даже для самих химеров, — кивая лысой оливковой головой, поддержал их Жако.

— Бери круче — для Вселенной! — с невеселой иронией добавил Бунн.

— А я рад! — утвердительно заявил Сеярин, словно с ним кто-то спорил.

— Ой, кто это у нас говорит?! Иди ещё потренируйся репетировать радость, а то уж больно она смахивает у тебя на угрозу, — тут же оживленно сцепился с ним Лакур. — Кто-нибудь одолжит аквазанцу протез радости?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, господи! — обреченно вздохнул Мак, хлопая себя ладонью по лбу, чтобы не видеть, как Сеярин вцепился всеми своими щупальцами в огненно-рыжую шевелюру Лакура.

— Как же я счастлива всех вас видеть! — воскликнула Энн, с умилением глядя на братьев. — Сеярин, ему не пойдет короткая прическа!

— Боже мой, Эннжи, где ты была? Посмотри, …тебе лучше виднее, я не поседел, нет? — Бунн обиженно и взволнованно взглянул на неё, когда она протянула к нему руки, чтобы обнять.

— Нет, Бунн ты такой же замечательный каким и был! — проговорила она, крепко обнимая друга. — Со мной всё хорошо, всё уже позади! Я скучала!

— Мак! — обернувшись, Энн провела пальцами по жестким курчавым волосам брата, — Тебя не сильно задели? Зур говорил мне, что ты ещё ходишь, но ты же знаешь Зура! Я сама хочу убедиться, что твой гениальный мозг не пострадал! — засмеялась она, глядя на то, как Мак в шутку уворачивается от неё.

— Слушай, мы тут так все переживали, и я разработал специально для тебя новый поисковый чип, введем его тебе под кожу и уже, если даже захочешь — не потеряешься!

— Отличная идея! — присоединился к ним Зур, после того, как растащил в стороны Сеярина и задиристого Лакура, — Расскажешь потом в подробностях. Для верности на нашу Энн нужно поцепить как минимум пять таких чипов. Но сейчас хочу вам кое-что сказать. … Братья мои, пираты. … Должен отметить вашу стойкость и верность, мы преодолели ещё один непростой отрезок нашей жизни. Я думал, что почти пропал, но вы не подкачали. И вот мы снова вместе, даже с пополнением. Хочу кое-что предложить, если вы конечно захотите, вы могли бы перебраться с корабля в мой замок, — громко объявил Зур, обводя всех взглядом вернувшегося лидера. — В этой резиденции достаточно места для целого пиратского легиона. Вы можете жить с нами, временно или постоянно. По крайней мере, вы будете знать, что есть место, где вас всегда ждут, накормят и обогреют, потому что мы семья!

— Да и малышке Нике будет с кем поиграть, мы привезли сына Зура, — добавила Энн, с благодарностью взглянув на него.

— Кто этот парень, черт возьми, Энн?!! — воскликнул Лакур. — Я что-то не пойму где делся Зур, этот злобный и заносчивый монстр?!!

— Так, я попрошу, — усмехнулся Зур, покосившись на брата, — Это ещё не всё. Энн согласилась выйти за меня замуж. Через две недели состоится церемония, вы все естественно приглашены, думаю, вы не пропустите свадьбу единственной сестры. Прощение ни у кого и ни за что просить не буду. Просто знайте, что мы с Энн счастливы.

— О-го-го! — радостно протянул Жако, — А веселиться будем по нашему или по химерским традициям?

— Боюсь, химерам, наши пиратские традиции не понять, — ответил ему Зур, — Но после официальной части мы обязательно устроим семейную вечеринку.

— А что будет с отцом? — заговорил Сеярин, разбавляя всеобщую радость таким болезненным фактом.

— Я приказал освободить его из-под стражи. Энн всю дорогу убеждала меня, что его нужно простить, — бросил Зур, всё время поглядывая на стоявшую рядом девушку. — А она ведь упрямая, вы же знаете! Так что я поговорю с ним, а вы сами решайте, как относиться к нему, но думаю, Энн обработает и вас.

— Так значит свадьба. …А что же химерские законы, и как отреагируют на это твои подданные? — теперь уже Бунн с интересом смотрел на правителя в его человеческом обличье, в которое облачился химер, как только приблизился к братьям.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Теперь я их законы! Мне не указ химерский ропот, потому что будущий наследник у них уже есть. И за эти четыре года я взял под контроль всех глав родов, создав на планете свой правящий министериум, который полностью исполняет мои указания, а я наблюдаю и вношу корректировки. Химеры больше не манипулируют мной, скорее я ими! — с легким небрежным высокомерием проговорил Зур, а потом, изменив тон в более дружественное русло, добавил. — И самое главное, Бунн — я люблю Энн! Я чувствую, что ты никак не можешь в это поверить, потому что ты видел меня в ярости, далёкой от трепетных чувств к этой девушке, но тебе придётся, потому что я действительно …не могу без неё жить.