Анна Тарасова - Нить судьбы

— Вы отвезете меня понтифику? — тихо спросила она.

Матвей помолчал.

— Почему ты сбежала? — спросил он, не отвечая на ее вопрос.

Девушка сжала губы и уставилась в одеяло. Расправила складку на нем, огладила рукой край.

— Алина, мне ведь ничего не стоит вернуть тебя Марку немедленно! Он будет счастлив увидеть тебя!

— Я была уверена, что вы приедете вдвоем, — прошептала девушка.

— Это было первой моей мыслью, — согласился с ней мужчина.

— Тогда почему вы этого не сделали?

Он потер подбородок, заросший щетиной.

— Хочу понять, почему ты убежала. Насколько я знаю, ты оставила все деньги, драгоценности, даже одежду и ушла из дома с одним единственным паспортом.

Поняв, что пока встреча с понтификом ей не грозит, Лина чуть расслабилась. Она тоскливо оглядела комнату, как будто надеясь найти в ней подсказку, что отвечать Матвею. Но префект пристально смотрел на нее, ожидая ответа.

— Вы не поймете, Матвей! — качнула она головой, стараясь на него не смотреть.

Он почему-то улыбнулся, довольно хмыкнул и положил ногу на ногу, демонстрируя всей позой спокойствие и уверенность.

— Я не пойму? — переспросил он, — Давай-ка, попробую? Итак, как бы это помягче сказать…. тебе доставил несколько неприятных часов вампир, которого ты считала другом, верно? Второй вампир, твой любовник…

— Бывший любовник, — хмуро поправила его Лина.

— Ага, значит, все-таки дело в самом понтифике, а не в происшествии в целом, как я считал? — с ухмылкой уточнил Матвей.

Он расслабился, чуть развалился на стуле.

— Какими бы причины не были — я не вернусь к нему, — тихо, но твердо произнесла она, — Можете так и передать.

Девушка встала с кровати, заворачиваясь в одеяло, как в тогу, подошла к столу, налила себе из пластиковой бутылки в кружку воды и залпом выпила. Это более-менее привело ее в чувство и помогло собраться с мыслями.

Префект внимательно следил за девушкой. До происшествия она была яркой, живой, эффектной женщиной. Матвей прекрасно понимал, что именно привлекло в ней Марка. Но сейчас он видел лишь ее бледную копию. Лина побледнела, исхудала, из глаз пропал живой огонек.

Мужчина молчал, раздумывая, что делать дальше. Везти девушку в таком состоянии к Марку было неразумно, она либо снова сбежит, либо эта история закончится еще более паршивым образом. И, прежде чем возвращать Лину понтифику, префект хотел все-таки докопаться до причин, побудивших ее уйти, и, если получится, помочь ей разобраться со всем происшедшим.

Наконец, он принял решение и хлопнул ладонями по коленям, вставая.

— Значит, так. Тут ты не останешься — это однозначно. Мало ли кто еще тебя здесь найдет. Пока переедешь ко мне, поживешь у меня в квартире. Там дальше видно будет.

Лина бросила на него испуганный взгляд. В его квартире? что он задумал? Или хочет как…

— Не волнуйся, — он поднял мирно руки вверх, — домогаться тебя я не собираюсь, как и использовать твой талант.

— Обещаете? — она подняла одну бровь.

— Клянусь, — Матвей приложил правую руку к сердцу.

Девушка сделала вид, что обдумывает его предложение.

На самом деле это был лучший вариант из всего, что она могла придумать. Если Матвей пока не будет рассказывать о ней Марку, значит чуть позже можно попросить его помочь ей в другом деле. Он как префект сможет найти для нее мага, чтобы снять инициальную метку.

У кого просить помощи, Гюнтер уже знал. Пауль, его давний друг и собутыльник, глава европейских механиков. Вампир позвонил в Цюрих, уточнил, не собирается ли друг выехать на какой-нибудь симпозиум в ближайшее время и попросился к нему в гости. Пауль не отказал. Он уже знал, что Гюнтеру не удалось вывезти из Москвы ткущую, и с нетерпением жаждал услышать подробности произошедшего.

Гюнтер не замедлил явиться. Друг встретил его крайне недовольным, ведь парень еще и потратил весь экспериментальный препарат, а на какие цели и кому он его отдал, не говорил. Впрочем, Пауль, с головой ушедший в новый проект, не стал сильно наседать на немца из-за такой безмозглой траты редкого наркотика.

Два дня Гюнтер прожил у механика без проблем, а на третий Пауль молча вошел в дом, грозно уставился на Гюнтера и сказал только одно:

— Выметайся!

— Что? Почему? — удивился парень.

— Я тут выяснил, как именно ты пытался вывезти ткущую! — Пауль открыл даже дверь квартиры, чтобы у Гюнтера не возникло сомнений насчет его намерений.

— Она принадлежит мне! — Гюнтер пытался хоть как-то оправдаться перед другом.

— Она принадлежит московскому понтифику, а ты ее едва не угробил! Знай я раньше, как именно ты поступил с ткущей, то даже на порог не пустил бы!

— Что, взыграло благородство? — зло съязвил вампир, понимая, что друг настроен решительно, — А не помнишь, как ты специально подсаживал смертным вирус чумы? Напомнить, какую это вызвало эпидемию?

— Это было в целях эксперимента! — вызверился на него друг, — Зато мы получили лекарство!

— А я бы получил ткущую! — крикнул тот ему в ответ, — Она принадлежит мне, ее инициал не законен!

— Ты бредишь!

— У меня есть заверенная бумага от Гая, что Ветрова — мое обещанное имущество!

Пауль опешил. Обещанное имущество? Ткущая? Как это получилось? Но затем потряс головой, возвращаясь к первоначальной теме разговора.

— Как бы там ни было, ты не имел права с ней так поступать!

Гюнтер закрыл дверь квартиры и сложил руки на груди.

— Неужели стал милосердным к смертным крысам? — он язвительно усмехнулся. Парень до сих пор не верил, что друг готов его вышвырнуть вон из-за какой-то паршивой ткущей.

Пауль взбесился окончательно.

— Она редкий ментал! Ей цены нет! А ты не только едва не прибил ее своей похотью, так еще и наложил на нее глушащий аркан! Она сбежала из дома понтифика, понимаешь?! Где ее теперь искать? По каким подворотням?

— Ты не можешь меня обвинять в том, что она сбежала, это уже надо у понтифика спрашивать, что он с ней делал!

— У понтифика, говоришь? — Пауль вытащил из кейса несколько бумаг, — А ты вот это не хочешь почитать? Ты вообще знаешь, что было с твоим обещанным имуществом до того, как она в клан попала? Черт возьми, Гюнтер, у людей итак тонкая психика, а ты своим изуверством почти довел ее до психиатрической клиники! Думаешь, мы просто так, что ли, эмпатов используем в лабораториях? Как мне теперь с Ветровой работать прикажешь? Она же ткущая, твою мать! Как она будет менять вероятности, если станет сумасшедшей? Что я буду с ней делать? В кубики играть да симфонии слушать? Да и найдут ли??