Заключённыий волк - Каролайн Пекхам

мне на это или рассыпаться от комплимента, — пошутила я.

— Видишь? Глупые.

Пудинг замолчал, и я неловко сдвинулась с места, размышляя, что бы это могло значить.

— Э-э, рискуя показаться еще более глупой… Я не совсем уверена, заключили ли мы здесь сделку или…

Лицо Пудинга внезапно появилось в темном туннеле между горшками из-под пудинга, и я задохнулась, сдвинувшись с его пути и снова выпрямившись.

— Я покажу тебе. Тогда ты поймешь, насколько ты глупа, — пробормотал он, вылезая из дыры и тоже поднимаясь. Он возвышался надо мной, его широкая фигура занимала большую часть пространства, оставшегося в камере вокруг горы горшков из-под пудингов.

Я прислонилась спиной к стене, когда он прошел мимо меня, и он направился к своей раковине, подбирая там нераспечатанный пудинг.

Он бросил его мне так неожиданно, что я почти не успела его поймать.

— Что ты видишь? — потребовал он.

— Эм… ванильный пудинг? — медленно сказала я, зная, что сейчас мне скажут, что я не права, но не имея ни малейшего представления о том, что он хотел от меня услышать.

— Глупая, — его большая рука сомкнулась поверх моей, и он разжал мои пальцы, заставив меня разместить ладонь перед собой, когда он выхватил у меня из рук горшочек с пудингом.

Я смотрела, как он снимает с него фольгу и резко опрокидывает стаканчик, выливая на мою руку колышущуюся ванильную жижу.

— Какого черта? — сердито потребовала я, когда содержимое заскользило у меня между пальцами, но Пудинг не слушал.

Он засунул палец в дно пустого стаканчика и надавил, пока не раздался щелчок, и он протянул стаканчик мне, чтобы я могла взглянуть.

Я нахмурилась, глядя в пустой стаканчик на образовавшуюся в его дне трещину.

— Видишь? — спросил Пудинг.

— Stronzo50, я вижу только трещину в пластике и сумасшедшего ублюдка, который только что заполнил мою руку пудингом, — прорычала я, задаваясь вопросом, не было ли все это какой-то странной шуткой или чем-то в этом роде.

— Глупая, — повторил он, и я зарычала на него.

— Продолжай называть меня так, и ты узнаешь, почему мое имя произносят шепотом по всей тюрьме, — предупредила я.

Моя рука была полна слизи, и я уже начала думать, что он просто издевается надо мной ради какой-то странной медвежьей шутки или чего-то в этом роде, но мне было не до смеха.

Пудинг закатил на меня глаза, а потом снова запустил палец в горшочек и подцепил что-то из трещины в пластиковом дне.

— Эти пудинги заколдованы, чтобы они дольше хранились, — объяснил он, держа перед моими глазами маленький белый квадратик пластика. — У каждого такого пудинга есть по одному, спрятанному на дне горшочка, в котором содержится магия, поддерживающая их свежесть гораздо дольше, чем они должны храниться.

— Фу. Я ем эти штуки. Сколько же им лет? — потребовала я.

— Карточка содержит магию, гончая, — подчеркнул он, как будто я нарочно тупила.

— Да. Это здорово и все такое, но того мизерного количества, которое они туда вмещают, точно не хватит, чтобы…

— Вот почему мне необходимо большое количество этих карточек, — нетерпеливо сказал он. — Сто таких карточек в сочетании с полоской черничной жвачки, зубной нитью, несколькими листиками мяты и вечным огнем, который они используют в лампочках, могут создать мощный передатчик.

— Передатчик? — с любопытством спросила я, мой интерес наконец-то возрос на все сто процентов. — То есть ты просто соединяешь небольшие обрывки магии из кучи старого дерьма нужным образом, и у тебя получается телефон?

— Передатчик, — раздраженно прорычал он. — Здесь нет сотовой связи. Передатчик принимает звук твоего голоса и воспроизводит его в другом месте. Мой брат сделал приемник, благодаря которому он открывает линию связи между нами.

Я молча смотрела на него в течение долгой минуты, прежде чем на моем лице появилась ухмылка.

— Ты чертов гений, Пудинг, — заявила я. — Могу ли я им воспользоваться?

— Глупая девчонка, — вздохнул он. — Заряд от стаканчиков с пудингом сгорает через три минуты. На этом все. У меня уходят недели, чтобы собрать столько стаканчиков, сколько нужно для одного разговора.

— Но моя стая может получить сотню в день, — сказала я, ухмыляясь, когда поняла, как я могу вписаться в его маленькую схему. — Я достану тебе эти стаканчики, ты сделаешь передатчики, а потом мы по очереди будем звонить.

— Я не могу каждый день приносить сюда сотню стаканчиков из-под пудинга. Мне понадобятся только карточки. Но не надо демонстративно доставать их, как глупые щенки.

— Хорошо. Мы справимся с этим, — восторженно сказала я, двигаясь, чтобы пожать ему руку, прежде чем посмотреть вниз на пудинг, который все еще находился в моей ладони.

— Иди и вымой руку. Посмотрим, справишься ли ты с этим планом.

Пудинг помахал мне рукой, и я даже не придала значения такому пренебрежительному отношению. Если бы он мог открыть для меня линию связи с Данте, за которой не смогут шпионить охранники, то я могла бы передавать жизненно важную информацию туда и обратно куда проще, чем пытаться использовать шифры по телефону или во время свиданий.

Я поспешила обратно в камеру и быстро смыла пудинг со своей руки, затем взяла с полки свой мешочек для мытья, свежую одежду и полотенце и направилась вниз, чтобы присоединиться к очереди людей, ожидающих, пока охранники пустят нас в душ.

Я заметила впереди себя одну из лакеев Густарда и, сузив глаза, направилась прямо к ней. Она была высокой блядью со злыми глазами и символом Грифона, сияющим на лацкане ее комбинезона. И ее сапог наверняка соприкасался с моим телом, когда их группа трусливых stronzos51 напала на меня прошлой ночью.

— Двадцать Семь, — рявкнула я, заметив Сирену среди толпы.

— Да? — спросила она, нервно поглядывая на меня.

— Подержи мое дерьмо, — я всучила ей в руки свои принадлежности для мытья и одежду, не останавливаясь, пока шла к Грифону.

Она оглянулась как раз в тот момент, когда мой кулак достиг ее виска, и она рухнула, как мешок с дерьмом. Пока она лежала, я сильно пнула ее по почкам, и она застонала, лежа на земле.

Еще шесть мелких сучек Густарда вдруг помчались ко мне, осознав, что я сделала, и я задрала подбородок, обхватив руками рот, и завыла, обращаясь к небу.

— Каждый, кто хочет вступить в ряды Клана Оскура, должен позаботиться о том, чтобы трусливые stronzos52 Густарда сразились со мной один на один, как истинные фейри! — крикнула я, прежде чем первый засранец достиг меня.

Он был маленьким ублюдком, Тиберийской Крысой-перевертышем, но он был чертовски шустрым: он увернулся от моего первого удара и впечатал