Душа моя, гори! - Виктория Яровая

С трудом подняла взор и посмотрела ему в лицо. Грусть и искреннее непонимание в глазах мужчины лишь подчеркнули его усталость. Мне хотелось сказать правду, но я не посмела. Ведь тогда я возложу ему на плечи нелегкий моральный выбор, который должна сделать только я.

После извлечения чужой души моим последним днем в этом мире станет праздник Киршом. Если Грэг об этом узнает, то наверняка захочет меня спасти. Даже если он переступит через себя и позволит мне оставить детскую душу, то как он будет после этого на меня смотреть? Разве будем мы счастливы? Нет! Я тоже не хочу так жить!

Стараясь, чтобы мой голос не дрожал, ответила:

– Я устала жить с мертвой душой. Хотела быть как все.

– Поэтому после отъезда из Маресада ты такая странная? – спросил он.

– Да. Мне тяжело привыкнуть. Душа приживается, и я чувствую себя совсем иначе.

Грэг подался вперед и впился в меня изучающим взглядом.

– Значит, ты можешь ощущать… – начал он, но не договорил.

Он откинулся назад и сжал челюсти. Вспыхнувшая в его глазах надежда была вырвана оттуда с корнем. Теперь в них жила тоска.

– Ты должна ее вернуть, – едва слышно произнес Грэг и прикрыл глаза.

Невольно улыбнулась. Ничего другого от этого мужчины я и не ждала. Он из тех достойных людей, которые понимают, что на чужом несчастье своего счастья не построить.

– Я знаю, – сказала я. – Но жреца нет. А когда он приедет, уже может быть поздно. Нужно снимать проклятье, пока я еще могу его различить. Оно начинает ускользать от моего взгляда.

– Оля, это был непозволительный поступок, – отчитал меня Грэг. – Рад, что ты сама все понимаешь. По поводу проклятья…

– Нужно удалить сегодня! – резко перебила я Грэга. – Пока я его еще вижу.

– Мы не успеем все подготовить. Перчатки…

– Я справлюсь без них, – снова перебила я.

Сейчас мне не до обожженных пальцев. Все равно вряд ли успею намучиться от ран. Мужчина запустил руку в волосы и ненадолго замер, раздумывая о чем-то.

– Давай отложим на пару дней, – наконец сказал он.

– Нельзя, Грэг! – не вытерпев его упрямства, воскликнула я.

– Почему? Подождем жреца сколько нужно. Ты ведь снова станешь мертвой душой. Так к чему спешка? – продолжал допытываться Грэг.

До чего он дотошный! Неужели так сложно просто меня послушаться?

– Грэг, ты можешь не спорить? – устало попросила я.

Мужчина упрямо поджал губы и мотнул головой. В ответ на мой укоризненный взгляд он ответил:

– Я хорошо помню твои руки после первого раза. Такое больше не повторится. Я проверю, возможно, Шаил сделал еще несколько пар. Если нет, то закажу новые. Когда они будут готовы, тогда и приступим.

Окинула Грэга недовольным взглядом. Упертый баран! Ладно, уже почти вечер. Думаю, за ночь не случится ничего непоправимого. А завтра Грэгу не отвертеться. Пока же мне нужно навестить Наили и собрать лекарства.

Тихий стук оповестил о прибывшей еде. Еле уговорила Грэга отложить дела и поесть.

Ужин больше напоминал пир. Карда расстаралась. На огромном подносе впритык стояло множество тарелок. В моем животе протяжно заурчало. Ели мы в тишине: были слишком заняты, уплетая одно блюдо за другим. Грэг ел быстро, торопясь поскорее закончить. Обратила внимание, что его аппетит уменьшился. Не сдержала улыбки, вспомнив, сколько мяса он съел в первый наш ужин.

– Мне нужно обсудить дела в дакрише. Буду поздно, а ты ложись отдыхай, – сказал Грэг, вставая.

Он окинул меня заботливым взглядом и ушел. Поднялась следом и пошла на выход. У меня тоже есть дела. Привычно спустилась вниз, и ноги сами понесли в сторону шатра Наили.

Снаружи старушки не оказалось. Нашла ее внутри, заваривающей в глиняном чайнике травы. Увидев меня, она так широко и радостно улыбнулась, что на душе потеплело. Оказывается, я и к ней успела привязаться.

– Вернулись-таки, – с добрым прищуром сказала она и сделала жест рукой, приглашая присесть.

– Сама в шоке, – с легким смешком ответила я и плюхнулась рядом.

В компании нескольких чашек чая я поведала ей о наших с Грэгом приключениях. Правду о том, как Грэг получил руку и что я обзавелась новой душой, я утаила. От пронзительного взгляда старушки стало не по себе. Казалось, она видит меня насквозь. Хорошо хоть допытываться не начала.

Мне с легкостью удалось перевести тему на требующиеся лекарства. Старушка была очень запасливой, и почти все имелось в наличии, кроме нескольких настроек. Получив от нее обещание приготовить их к утру, я вернулась в кармык.

Грэг еще не появился, и я отправилась разбирать свои вещи. Вытряхнула содержимое сумки на матрас и широко улыбнулась. Грэг постарался, собирая ее. Взял все самое важное для женщины: косметику, расческу, нижнее белье и одно платье. Взгляд упал на небольшую шкатулочку. Как же хорошо, что та убойная настойка, которой я свалила Маола, оказалась среди баночек с косметикой. Она мне пригодится. Быстро раскидала вещи по местам и устало рухнула на матрас. Спать!

Проснулась рано. Грэг уже встал и тихо передвигался по кармыку.

– Доброе утро, – бросила я ему через свою ширму.

– Я разбудил тебя? – с легким расстройством в голосе спросил он. – Сейчас еще слишком рано, поспи немного.

– Я выспалась, – ответила я, размышляя о том, что мне нужно успеть сделать до приезда жреца.

Когда я привела себя в порядок, Грэг уже ушел. Позавтракав, я вышла наружу и стала бродить по дакришу. Кругом царило оживление, в воздухе витало приподнятое настроение. Оно светилось почти на каждом увиденном мною лице.

Легкая улыбка невольно появилась и у меня. Жизнь у дакриша налаживается. Забытые земли открылись, вода вернулась, а значит, Кималан действительно на свободе и восстановит баланс в Хирнэлоне. Теперь людям из северных земель не придется страдать, и после периода турбулентности, что всегда следует за глобальными изменениями, у них все будет хорошо.

Огляделась вокруг и заметила, что многие женщины украшают шатры и натягивают цветные ленты между ними. Завтра будут праздновать Киршом. Наверное, в этом году он станет особенным. Мне бы хотелось увидеть его, но я не была уверена, что доживу. В моем распоряжении остался всего один день из той жизни, что отвел мне старец из парка. Когда же приедет жрец?

Ноги сами понесли меня в сторону его