Пять невест и одна демоница. Трилогия (СИ) - Демина Карина

– Очень… прогрессивно.

По-моему, он не понял, что это я хвалю и смутился еще больше.

– Еще он сжег корабли работорговцев, их повесил, а хану выпустил кишки и оставил в лесу живым, – счел нужным уточнить Ксандр.

Ричард виновато пожал плечами:

– Они разграбили несколько молодых поселений. А это дурно сказывается на репутации.

Ну да, то ли дело чьи-то выпущенные кишки. Они, надо полагать, репутацию несказанно укрепляют. Но я киваю. Я ж демоница, а у них собственное представление. В том числе о репутации.

– И теперь купить жену не выйдет.

– Я ему говорил, что надо сперва девку выбрать, а потом уже жечь, – заметил Ксандр.

Ябеда.

– Я разозлился просто… ладно, если бы ограбили, это еще понять можно. Ну, чисто по-человечески. Или в рабство обратили. Так они ведь тех, кого не обратили, просто прирезали. И стариков, и больных, и детей.

Что-то у меня осуждение закончилось.

Кишки, если подумать, это… это вполне в духе мира. И заслужил. Детей-то зачем.

– Вот и разнервничался я. Немного.

– Бывает, – выдавила я. – Хорошо… тогда… если без работорговцев?

– Как-то мой прапрапрадед, Эрих Ужасный, украл себе принцессу. Он был очень странным, – признался Ричард. – Любил выходить к людям.

А люди, подозреваю, этому не слишком радовались.

Ну чисто теоретически сложно порадоваться появлению человека, которого окрестили Ужасным.

– С легионами Смерти, – подтвердил мою догадку Ксандр.

Как там? Кто ходит в гости по утрам…

– Время было тяжелым. Земли мало. И та тьмой отравлена. Горы тоже опасны. Семейная казна опустела…

А жрать, как полагаю, хотелось.

– Вот он и… грабил. Немножко, – Ричард показал пальцами, сколь мало грабил его предок. И поспешил уточнить. – Он замки грабил. А деревни не трогал. И детей не убивал.

То есть, с принципами был человек.

– Уважаю, – выдавила я, продолжая разглядывать карту. Надо же как-то привыкать к миру, в котором оказалось.

– И он осадил Ладхем, – Ричард ткнул куда-то в сторону, разворачивая карту. И по другую сторону гор возникли леса, поля… много полей. И много поселений, что крохотных совсем, что весьма даже солидных. А город и вовсе показался огромным.

Ну, по сравнению с прочими.

– Правда, взять его не получилось. Мог бы, но… тьма вновь стала оживать, и ему пришлось вернуться.

– Но он взял неплохой выкуп, – влез Ксандр, который точно знал, как испоганить светлый образ темного героя. – И еще данью их обложил.

– А женился на ладхемской принцессе, – Ричард увеличил город.

Надо же… белоснежные здания, такие хрупкие, будто из сахара слепленные. И красивые. Готика это? Или барокко? В искусстве я разбираюсь еще хуже, чем в географии. Но смотрится удивительно.

Город стоял на берегу моря, которое здесь, на карте, гляделось ярко-синим, игрушечным, как и корабли, по нему плывшие.

Хрупкие паруса.

Высокие борта. И… и я залюбовалась.

– Как ни странно, но этот брак многое изменил, – Ричард склонил голову. – Моя прапрабабушка уговорила начать работы на реке. Поставить пристани. И сторожевые дома, чтоб, стало быть, купцы могли отдохнуть. Она наладила поставки зерна и мяса.

– В счет дани, – вновь уточнил Ксандр.

– Сначала. Но потом в горах обнаружили золото. Да и до того… оказалось, что шкуры темных тварей и зубы их, и кости, и все-то – это можно продавать.

А в замке к тому времени подобного добра набрались полные подвалы.

Я так думаю.

Если столетиями охотиться на порождений тьмы, то что-то да и соберется.

– Следом подтянулся Гихар, – Ричард ткнул в другую сторону. – Небольшое королевство. Они постоянно воюют.

– С кем?

– С кочевниками.

Здесь не было лесов и полей, но лишь сизые степи, по которым летали табуны лошадей.

– У Гихара лучшие коневоды. И лучшие лошади.

– Мошенники и кровопийцы, – Ксандр скривился.

– Мой прадед, сын прапрадеда и лакхемской девы, сумел заключить договор. Он помог гихарцам справиться с кочевниками, а взамен получил лошадей. Таких лошадей, которые были способны здесь выжить.

Ричард посмотрел на меня виновато.

Кажется, местные лошадки несколько отличаются от привычных мне.

– Последними к торговле подтянулись Острова…

Тычок и за горами протягивается синее-синее море, в котором разбросан мелкий бисер островов. Между ними шныряют лодчонки, а вот огромных белоснежных кораблей здесь нет.

– Пираты и разбойники, – проворчал Ксандр.

– Они сохранили древнюю силу, – Ричард глядел на острова задумчиво. – И научились говорить с морем.

– И потому весь флот Лакхема бессилен перед этим отребьем.

– Они давно уже занимаются тем, что разводят белую рыбу в подземных пещерах, а еще растят ракушки, из раковин которых добывают особую краску. Они питаются морским зерном. И редко покидают родные Острова.

Вот начинаю подозревать, зачем мне все это рассказывают.

– А это Виросса, – Ричард коснулся последнего мертвого участка карты. – Земли Севера. Суровый край, где царит холод. И живут люди, называющие себя детьми богов. Мой предок ходил их воевать. Но не слишком неудачно.

Ричард почесал кончик носа.

– Он потерял весь легион и сам едва не погиб. Но оставил запись, что девы Севера сохранили исконную силу. И взял себе одну в жены.

– И ты хочешь…

– Жениться, – терпеливо повторил Ричард. – На какой-нибудь принцессе…

Вот ведь…

А запросы растут, что говорится, не по дням, а по часам. И вот по щелчку пальцев просто девица благородного происхождения превращается в принцессу.

– А они там вообще есть? – поинтересовалась я, облизывая пальцы. Пахлава оказалась на диво вкусной. Особенно эта вот миндальный горьковатый привкус удался.

И сладкая.

И острая.

Только Ксандр провожает каждый кусок задумчивым взглядом. Жалко, что ли? Сам вон не ест почти. Может, мертвым оно и не надо?

– Есть, – вздохнул Ричард печально так и потупился. – Много. К сожалению.

– Почему «к сожалению»?

Мужская логика определенно осознанию не поддавалась.

– Потому что выбрать сложно.

А… тогда да.

Выбор – дело такое.

– Разберемся! – пообещала я, погладив живот.

В конце концов, подумаешь, задача… принцессу добыть. Антонина Егоровна, чай, и посложнее задачи решала. А я уж сколько лет при ней.

Так что справлюсь.

Как-нибудь.

Глава 7

О сложностях выбора

«Воскликнула тогда прекрасная дева: О, ужаснейший, что хочешь со мной сотвори! Подвергни меня мучениям и издевательствам, обрати гнев свой на плоть мою, изглумись над добродетелью, но никогда-то душа моя не окажется во власти твоей!»

«Повествование о жизни благочестивой девы Эуханты Бродийской, силой молитвы своей и верою одолевшей сорок и четырех демонов, писанное монахом-аскетом».

Портреты принцесс Ричард… купил.

Точнее поручил покупку доверенному человеку, который уж и расстарался. Опыт у него был, пусть даже в прежние разы подыскивал он вовсе не невест, но, как сам сказал, невелика разница. И вот в зал внесли шкатулки с миниатюрами.

Пять.

Наверное, хорошо, когда есть выбор. И Ричард честно пытался его сделать сам, сперва вглядываясь в лица, пытаясь понять по ним, какова эта принцесса на самом-то деле. Получалось не ахти. Потом вовсе закрывал шкатулки, менял местами, присваивал номера, кидал кости, но каждый раз испытывал преогромное разочарование.

И не покидало чувство, что он совершает ошибку.

Демоница сыто икнула и погладила живот, который проглядывал по-над штанами тонкой полоской кожи. Кожа была белой. А в книгах писали, что все-то демоны краснокожие, а порой и вовсе черные, ибо в мире Хаоса солнце весьма зло.

Ошибались?

Ксандр покашлял, помогая выйти из задумчивости.

– И-извините, – сказал Ричард несколько поспешно и подвинул к демонице первую шкатулку. Он даже знал, чей портрет внутри, ибо успел изучить и портреты, и шкатулки, которые только с виду казались одинаковыми.