Дарья Гущина - Вечность как предчувствие

— Непонятный, — попытался пожать плечами мужчина. — Где–то между моим и твоим. Сходу не определить.

Так. Интрига закручивается…

— И — с большим золотым узлом? — уточнила я.

— Точно, Старшее поколение, — послушно закивал допрашиваемый.

Плохо дело. Всего практикующих искателей Старшего поколения на данный момент существовало пять человек, и всех я знала лично, и ни один под описание не подходил. Наставников гильдии, составляющих совет Старших, в расчет брать не стоит, хотя среди них есть один темноволосый и со шрамом. Но все же — они слишком давно отошли от дел и наверняка забыли, что такое ожидание мира. Да и козни строят исключительно подрастающему поколению искателей, и до тех пор, пока ученики не становятся Младшими… А знак гильдии подделать невозможно. И если, например, алхимик нацепит себе на грудь нашивку искателя — та немедленно сгорит, да и незадачливого исследователя за собой в Вечность уведет. Или — за время моего отсутствия появился еще один Старший?.. Вряд ли. Ни один из претендентов не подходил. Среднее поколение я тоже знала досконально, и самому удачливому еще ой как много всего предстояло найти до того как… И, опять же, он не подходил под описание. Интересно…

— Эй, — осторожно подал голос торговец. — Что со мной–то?..

— Да погодите вы, — отмахнулась я. — Не мешайте думать.

Тот послушно замолчал. Я встала и прошлась по коридору. Очень интересно. И очень похоже на умело расставленную ловушку. Некто неизвестный со шрамом, видимо, был чрезвычайно заинтересован в том, чтобы история с Небесным храмом получила свое продолжение и я, как главное действующее лицо, непременно в ней поучаствовала. Или же, пойдя на поводу у зова пути, я случайно влезла в чужую игру…

Но случайностей на пути искателя не бывает, есть лишь закономерное стечение обстоятельств. Да и, опять же, в каждом случае есть доля судьбоносного совпадения. Кто–то продал неизвестно как добытый из неприступного хранилища артефакт торговцу. Тот привез его именно туда, где спустя день появилась я. И в ночь моего появления вещицу крадут, а после получатся так, что на пути воров оказываюсь, конечно же, я. И, разумеется, не могу пройти мимо. И все сходится. И некто со шрамом либо совсем меня не знал, либо знал слишком хорошо…

Я переглянулась с Молчуном и недоуменно развела руками. Не знаю. А чего не знаю — того не знаю. Но разберусь. Хотя бы для того, чтобы посмотреть на шестого Старшего. Ага, мне просто интересно. Что у них дальше по плану, спрашиваешь? Я фыркнула. Наверно, по плану я должна немедленно ринуться на поиски башенок, которые и являются ключом к тайне храма. Что ж. Значит, так тому и быть. Значит, снова в путь на поиски неизвестности. И очень интересно посмотреть, что из этого получится.

Я перевела взгляд на торговца и коротко распорядилась:

— Отпустить.

Ворон недовольно зарычал, но сеть с мужчины снял и привычно переместился на мое плечо. Торговец с нескрываемым облегчением перевел дух и попытался встать, однако я, присев на корточки, осторожно положила руку на его грудь:

— Лежите.

— Зачем? — с подозрением спросил он.

— Память вам почищу, — любезно пояснила я. — Проснетесь невинным младенцем, ничего о себе не помнящим.

— Но я же все рассказал! — возмутился мой собеседник.

— Вот именно, — подтвердила я. — Сегодня — мне, а завтра — любому другому, кто найдет к вам правильный подход, да еще и с интересными подробностями. Впрочем, у вас есть выбор: смерть или забвение.

— Забвение, — со вздохом согласился торговец. — Только… свою тварь ко мне не подпускай!..

— Снова оскорбите моего друга — и будет смерть, — предупредила я, потирая ладони и разминая пальцы. — Закройте глаза, расслабьтесь и получайте удовольствие. Это не больно.

На самом деле, насчет невинного младенца я пошутила, но пусть он думает, что так и случится. На всякий случай. Я осторожно провела рукой по ярко–красной, горячей от страха ауре, аккуратно убирая из нее события последней луны. На материк вы, уважаемый, ездили, но никаких искателей и артефактов в глаза не видели, и никто у вас ничего не крал, и со мной вы не встречались… Торговец крепко уснул, а я еще некоторое время сидела рядом с ним. И даже столь легкое занятие отнимает всю ту немногую силу, что я старательно копила последние три луны… Я отерла пот со лба и, пошатываясь, встала.

— Следы заклятий почисти, — я обернулась к Молчуну. — И на его ауре — тоже.

Ворон послушно закружил по коридору, а я, поджидая его, от нечего делать, раскинула небольшую поисковую сеть, настроив ее на ауру артефакта. И не прогадала. Спустя несколько мгновений на потолке призывно засеребрилось пятно указателя. Кивнув своему пернатому спутнику, я прошла по коридору до ведущей наверх лестницы и поднялась на третий этаж. Нужная комната нашлась сразу же, да и, собственно, весь этаж ею и был. Напоминает хранилище. Я быстро оббежала взглядом беспорядочное пыльное нагромождение сундуков и шкафов. Вот оно где.

На дне большого сундука, под тугими рулонами ткани, обнаружился небольшой ларец, который я немедленно открыла. И невольно вздрогнула. Башенка Первой. Ах, мерзавец. Впрочем, он же не знал… наверное. А если знал — то не рассказал бы. Глупо лишившись одного ценного артефакта — терять следом и второй? Вряд ли. Но по его памяти все же пройдусь. Башенка перекочевала в мой пояс, и я развернула лежащий на дне ларца ветхий лист пергамента. И тихо ахнула, помянув тьму. Угольком на помятом листе кто–то нацарапал тот же рисунок, что утром изобразила я, а под ним подписал пару не примечательных, на первый взгляд, слов: «круг неизвестных».

Я осела на пыльный пол. А я‑то целый день голову ломала, и так и не вспомнила!.. Ну, конечно же! После эпохи Девятого последователи Великой должны обязательно замыкать круг, чтобы забрать из мира излишки силы и вновь принести ее в дар людям. Мне следовало давно догадаться… Круг, конечно же, круг… Девять элементов, соединенных между собой солнечными искорками, тайна, покрытая мраком эпох… Приемный отец, будучи главой темных и потому много о них знающий, рассказывал, что после эпохи Девятого круг так и не замкнули, и именно потому люди тьмы рождаются без силы. Девятый ее сам, судя по слухам, практически не имеет, и людям в дар ему приносить нечего. И собранные воедино артефакты приведут меня к величайшему открытию со времен нахождения первых храмов. И подтвердит или опровергнет устойчивое мнение о силе людей мрака. И, может быть, объяснит, куда из мира исчезла сила тьмы.

Я встала, спрятала пергамент в пояс и спустилась вниз, уже зная и о том, что Молчун свое дело закончил, и о том, что из памяти торговца мне ничего полезного извлечь не удастся. На всякий случай я быстро проверила догадку и покачала головой. Так и есть. Не я одна умею хорошо чистить память. Кто–то над ним уже основательно поработал, оставив в памяти только то, что посчитал нужным. И следы при этом свои умело подмел, ни одного остаточного «хвоста» от ауры, ни единой зацепки не найти… Насколько мне известно, подменять события в памяти жертвы не могли даже Старшие поколения магов, значит, некто со шрамом существовал, но если рядом с ним находился маг, возможно, его настоящую внешность спрятала маска фантома. А кто может за ней скрываться — я даже предположить не могла.