Обреченный трон - Каролайн Пекхам

безопасности, — сказала мама ровным тоном, но я понимал, что ее слова предназначены мне.

Здесь я буду в безопасности от отца. Как только я окажусь за вратами, он не сможет легко добраться до меня. Конечно, он может вызвать меня в ад, но теперь это не так страшно, как если бы меня вытаскивали за шиворот из спальни, когда он был в плохом настроении. Нет, здесь у меня было больше свободы, чем когда-либо в моей жизни. Я почувствовал, как в горле нарастает стон, и поборол желание измениться, взлететь в небо, обогнуть свой новый дом и позволить блеску осыпаться с моего тела. Позже, чувак. Мы с небом наконец-то станем по-настоящему близки.

Несколько студентов уже собрались у ворот, большинство приехало на машинах. Они обнимали свои семьи, прощались, и я с горечью понял, что мой отец никуда не уйдет, пока звезды не пробудят мои Элементы.

— Добрый вечер, Лайонел, — позвал глубокий голос, и я повернулся: к нам шел Тиберий Ригель с женой под руку, а их дочь следовала за ними по пятам.

Темные и густые волосы Эллис обрамляли ее сильные черты лица, в которых угадывался намек на ее брата Макса. Я провел с ней не один званый обед, но мы никогда не проводили много времени вместе, не находясь под бдительным присмотром родителей. В отличие от того, как Советники поощряли четырех Наследников проводить время вместе и сближаться, они не потрудились поощрить подобные отношения между младшими детьми в семьях. Даже если технически существовал шанс, что любой из нас однажды сможет побороться со старшими братьями за их положение.

Несмотря на то, что по замыслу система должна была быть справедливой, и все мы обладаем равными шансами, что в один прекрасный день сможем претендовать на роль Советников, всем нам было более чем ясно, что старших братьев никогда не сместить. Их пробудили еще в юности и обучили всем видам магических навыков за несколько лет до поступления в Академию Зодиака. Так что даже если бы наши уровни сил сравняются с их, никто из нас, запасных, не может представить реальную угрозу, и все это знают. Не то чтобы у меня было хоть малейшее желание занять место Дариуса, но несправедливость все равно раздражала меня.

Эллис смущенно улыбнулась мне, и я улыбнулся в ответ, задаваясь вопросом, считала ли она когда-нибудь, что соперничество за место Макса стоит ее времени, или она вполне счастлива и в своем положении.

— Тиберий. — Лайонел кивнул ему.

Взгляд Тиберия переместился на Тори рядом с ним, в его глазах промелькнуло беспокойство, но он быстро его скрыл.

Отец без стыда притянул ее ближе, когда Тори снова одарила его мечтательным взглядом. Я не имел понятия, что другие Советники думают о новом питомце моего отца, но, судя по некоторым взглядам, которыми они обменялись на дне рождения Дариуса, я должен полагать, что они считают его крайне странным. Все королевство, несомненно, тоже так думает. И любой, кто знает Тори, может увидеть это, как только приблизится. Но в том-то и проблема, что отец никого к ней не подпускает. А если и подпускает, то явно будет рядом с ней, как властный муж. Эх. Не стоит туда лезть.

Жена Тиберия Линда огляделась, сморщив нос, словно почувствовав неприятный запах. Она притянула Эллис поближе, расправляя ее волосы по плечам, и дочь потакала ей, безмятежно улыбаясь материнской ласке.

— Мелинда и Антония скоро прибудут вместе, — сказал Тиберий. — Волнующе, не так ли?

— Вполне, — холодно ответил Лайонел.

Воздух замерцал за нами, и появилась Мелинда Альтаир с золотистыми волосами, рассыпавшимися по плечам мягкими локонами, а рядом с ней материализовалась Антония Капелла, ее медно-каштановые локоны были убраны в пучок-шиньон. Они обе были одеты в изысканные платья, и я бы не удивился, если бы они пришли на интервью с прессой. Позади Мелинды стоял младший брат Калеба — Хэдли с острой челюстью и такими же пронзительными голубыми глазами, как и у остальных членов его семьи. Его волосы были темными — медово-каштановыми и выбритыми по бокам. Если он Вампир, то его Орден должен был появиться в тот же момент, когда пробудится его магия, и я полагаю, что они ожидают этого, так же как отец ожидал, что я стану Драконом. Мне стало интересно, будет ли к нему такое же отношение, как ко мне, если он окажется Пегасом или кем-то еще, или же его семья действительно любит его и примет, несмотря ни на что.

За Антонией находились два младших брата Сета. Грейсон был высоким, черты его лица были угловатыми, а глаза темными. Его сестра Афина была его зеркальным отражением, хотя в ее волнистых волосах пробивались темно-фиолетовые полосы, в то время как у Грейсона они были в беспорядке на макушке. Они щекотали и толкали друг друга, смеялись и играли, выглядя как Волки, которыми они и были. Я улыбнулся им, и они улыбнулись в ответ, подбежав ко мне и обняв меня с двух сторон.

— Ксавьер! Тебе лучше поскорее взять меня в полет, — взмолилась Афина, а Грейсон схватил меня за лицо и притянул к себе, чтобы я посмотрел на него.

— Сначала я, чувак, — настаивал он, и я рассмеялся, отпихивая их и бросая взгляд на отца, у которого дергался правый глаз. Драконы не позволяли никому кататься на них, но для Пегасов такого закона не существовало. Ожидал ли он, что я откажусь, как Дракон, или просто примет, что мой Орден живет по другим правилам? Не то чтобы я собирался спрашивать его мнение. Несомненно, он бы все разъяснил, если бы захотел.

Хэдли тщательно укладывал волосы, пока шел к нам, но Эллис задержалась рядом, пока ее мать что-то шептала ей на ухо.

— Мы делали ставки на наши вторые Элементы, будешь участвовать, Ксавьер? — спросил Хэдли с мрачной ухмылкой, его глаза переместились на Афину и задержались на ее декольте, выглядывающем из облегающего синего платья, прежде чем он снова посмотрел на меня.

— Я ставлю на то, что у Хэдли один Элементаль, — поддразнила его Афина, и Хэдли нахмурился.

— Ты просто завидуешь, что мне достанутся лучшие Элементы, Афина. Земля и огонь. — Он запустил пальцы в волосы, привлекая внимание к своему бицепсу, но взгляд Афины не отрывался от его