Tenten - Дженни (фанфик по Сумеркам)

Держись, братишка. Ожидая увидеть глупенькую блондинку, ты получишь в родственницы ТУПУЮ. Осталось только расчесаться и слегка накраситься.

Когда через час я появилась на кухне, хлопая ресницами и мило улыбаясь, Вихо и мама уже сидели за столом. Увидев меня, стоящую в дверях, новый мамин муж поперхнулся и зашелся мучительным кашлем. Мама торопливо подала ему стакан с водой и уставилась на меня, закусив губу в слабой попытке удержать улыбку. Довольная произведенным впечатлением, я отправилась к плите наложить себе еды, и с полной тарелкой устроилась за столом. Вихо, наконец, смог перевести дух и вытирая тыльной стороной ладони, выступившие на глазах слезы, сказал маме:

— Вот видишь, Полина. Они договорятся.

***

Была глубокая ночь. Из приоткрытого окна в комнату проникал прохладный воздух. В нем ощущались запахи смолы, зеленой хвои и еще какие-то неопределимые для меня ароматы близкого леса. В полной тишине комнаты, разбавляемой только тихим жужжанием работающего процессора, на грани слышимости, я различала шум прибоя, напоминавшего о близости океана. Схожу на берег завтра. Сегодня я так прилипла к компьютеру, что меня едва дозвались на ужин. Наскоро перехватив несколько кусочков, я умчалась обратно в свою комнату и уселась перед монитором. Здесь была хорошая линия интернета. Сам компьютер выглядел не очень презентабельно, но это неважно. Он работал. Да еще как! С обеда и до глубокой ночи я просидела в российских форумах, болтая по-русски с неизвестными мне людьми, нашла в «одноклассниках» Валечку и мы обменялись несколькими совершенно безумными сообщениями. Если бы можно было перевести их из текстового файла в звуковой, то кроме невразумительных визгов, долженствующих обозначать радость от того, что мы нашли друг друга на просторах Инета, смысла бы вы там не обнаружили. Это занятие так увлекло меня, что только часам к двум ночи я почувствовала желание оторваться от монитора и сходить на кухню, чтоб раздобыть какой-нибудь еды. Скудный ужин давал о себе знать. Я скинула дурацкие шлепки, чтобы не клацать каблуками по полу как строевой конь и босиком спустилась на кухню. Есть ночью — не самая лучшая идея, но совсем отказаться от желания чего-нибудь пожевать, сил не было. Можно только попробовать свести вред от этого занятия к минимуму. И я принялась проводить в холодильнике тщательный обыск, выставив наружу попу, обтянутую мини-шортиками. Среди сверточков, баночек, бутылочек и коробочек там обнаружились апельсины. Пойдет. Я взяла сразу два, закрыла дверцу и потянулась к ящику, в котором лежали ложки, вилки и ножи, чтобы выбрать подходящий ножик и почистить фрукты, когда обнаружила, что в комнате не одна.

За обеденным столом сидели друг напротив друга парень и девушка. И настороженно смотрели на меня. Не представляю, как они смогли так тихо проникнуть в дом, но глазам приходилось верить. Под их взглядами я, не глядя, сунула апельсины на стол у плиты, отступила на шаг назад и прислонилась спиной к холодильнику. Дальше хода не было. Чтобы выйти из кухни, надо было пройти мимо них на расстоянии вытянутой руки. Даже ближе. Но у меня просто не хватало на это смелости, и я осталась стоять там, где стояла, разглядывая их и ожидая, что же будет дальше.

Глаз цеплялся за какие-то несущественные детали. Оба одеты в потрепанные шорты. Скорее всего, просто обрезанные джинсы. На девушке красовалась серая мятая футболка, а парень щеголял голым торсом и поначалу обилие его мощного, почти обнаженного тела, заставило меня напрячься, нервно сглотнуть и вспомнить, что шортики мои заканчиваются там, откуда начинают расти ноги, и практически обнажена грудь. Дурацкий наряд был более чем неуместен сейчас.

Я разглядывала их лица, пытаясь определить степень опасности, исходящую от незнакомцев. И не могла. Они сбивали меня с толку. Никогда раньше я не видела людей настолько красивых. С того места, где я стояла, были видны стройные длинные ноги девушки. Под мятой запыленной футболкой угадывалась полная, упругая грудь. Тонкие черты лица, большие черные влажно-блестящие глаза ее в сочетании со смуглой безупречной кожей эффект имели просто сногсшибательный. И даже длинные черные спутанные волосы, которые она пыталась усмирить руками, разделяя пряди тонкими длинными пальцами, не выглядели неопрятно, а скорее производили впечатление, что «художественный беспорядок» был в планах и его только что закончил укладывать искусный стилист. Девушка была великолепна. Почти так же великолепна, как парень, который смотрел на меня хмуро и неприязненно. Густые черные волосы коротко подстрижены. Полные, красивого рисунка губы подрагивали уголками, словно он хотел скептически их поджать, но сдерживался. Четкие линии подбородка, высоких скул, гордого профиля делали лицо незнакомца мужественным и даже, пожалуй, несколько мрачным. И очень похожим на лицо Вихо. Сводный братик, как я понимаю. Брэйди. Мы встретились глазами. Я постаралась мило улыбнуться и изобразить на лице всю возможную доброжелательность, чтобы задобрить новоявленного родственника, с которым мне теперь предстоит жить под одной крышей. И исчерпав практически все свое знание языка, сказала по-английски:

— Здравствуй. Меня зовут Дженни.

Парень смотрел на меня исподлобья, сведя брови к переносице. Его странные, глубоко посаженные, вытянутые к вискам глаза не отражали света и казались самой темнотой. Несмотря на потрепанный вид, чувствовалось в нем нечто грозно-благородное. Ковбойствующий монарх в шортах из обрезанных джинс. Принц в изгнании.

Неясное беспокойство щекотало нервы.

И у Брэйди, и у его девушки кожа блестела от пота, но их запах, заполнивший небольшое помещение, отталкивающим не был. Он был свежим и чистым, с терпкими нотками древесной коры и мускуса. И почему-то крови. Я отмечала про себя, как удивленно изогнулась бровь девушки, и она обернулась, чтобы тихой скороговоркой сказать что-то парню. Или спросить. Он ответил ей коротко, отрывисто, не отводя от моего лица напряженного тяжелого взгляда. Принимать этот взгляд было непросто. Я ощущала присутствие парня почти физически и настолько сильно, словно он стал воздухом, которым я дышала. Он обволакивал мое тело и проникал внутрь, туда, где встревожено замерла душа. Пытаясь стряхнуть с себя это наваждение, я с трудом отвела взгляд и увидела как, вскинув руку ко рту, девушка прикусила костяшки пальцев и отчаянно смотрела на парня. Я не понимала в чем дело. Запах крови стал настолько сильным, что от него начало спазмом сводить желудок. По светлому пластику стола растекалась лужа темной густой жидкости. У парня на руке была страшная рана. Мышцы разорваны, и под ними проступала белая незащищенная кость. Как же я сразу не увидела. Слишком сильным был шок от их неожиданного появления. Господи! Да что же они сидят? Ведь ему в больницу надо. А пока хотя бы остановить кровь. Ноги уже несли меня в нужном направлении, руки распахивали дверцы шкафчика, в котором лежала аптечка. Я еще днем приметила ее, когда убирала посуду. Страх за Брэйди пересилил страх перед ним самим, и я стала быстро доставать из аптечки то, что могло пригодиться для перевязки. Тошнота накатывала волнами. У меня мелко тряслись руки, и девушка, отняв бинты, принялась сама колдовать над рукой парня. Он шипел сквозь зубы от боли, а я скорчилась на полу у стены, уткнувшись лицом в колени, пытаясь унять рвотные позывы.