Запретная страсть для декана - Наталья Гордеевская

Наталья Гордеевская

Запретная страсть для декана

1

— Я должен ее спрятать немедленно — громкий шепот отца из кабинета заставил вздрогнуть.

Обычно его голос звучал уверенно и твердо, но сейчас в нем плескался ужас такой силы, что даже мурашки по коже пробежали.

Папа ушел, чтобы связаться с кем-то по магической связи, и собеседника почти не было слышно.

Я отложила в сторону книгу и на цыпочках подошла поближе, жадно вслушиваясь в каждое слово.

— У меня нет выбора, Райс! — отчаянно выпалил отец. — Я знаю, что мы с вами по разные стороны, но моя дочь тут ни при чем! Я не прошу защитить меня, только ее! Она-то ни в чем не виновата, даже пожить не успела!

От страха ноги подогнулись, и я бесшумно сползла по стене на пол. Сердце будто сжало ледяной рукой, и в висках застучала тревога.

Что случилось? Почему папа говорит так, будто произошло что-то ужасное?

— М-морис, сдавленно произнес папа, он передо мной в долгу. Я спас его сестру, помнишь? Так что он мне должен!

Через помехи прорвался неразборчивый голос собеседника, и папа что-то невнятно простонал.

Что-то упало с грохотом и покатилось по полу, застучали ящики, как будто кто-то выдергивал их из шкафов, вываливая содержимое наружу.

— Я слышал, что у тебя и женский факультет имеется, — прошипел папа, как рассерженная змея. — Так что Эльза сможет укрыться там. Сделай это, и можешь меня потом убить, если хочешь, но сохраните мою дочь.

Он снова глухо застонал, и кожаное кресло скрипнуло под тяжестью тела.

Я кое-как поднялась на ноги, но не смогла сдвинуться даже на миллиметр.

Произошло что-то ужасное!

Папа всегда легко реагировал на неприятности, говоря, что проблемы надо решать, а не рыдать над ними.

А сейчас он вел себя так, будто чудовища окружили наш дом и угрожают перебить всю семью.

Тело окаменело, и я едва могла дышать.

— Я понял, через полчаса она будет готова, — глухо произнес отец. — Думаю, что за это время ничего не успеет произойти.

Снова что-то треснуло, и воцарилась тишина.

Я пришла в себя и, быстро постучав, распахнула дверь.

— Папа... - начала я, но тут же осеклась, растерянно озираясь.

По всему кабинету были раскиданы листы бумаги, обрывки газет, куски разломанных ящиков. Книги выброшены на пол, и чернила щедро разлиты по полу, будто кто-то нарочно сделал.

— Нет времени рассказывать, собирайся, — проскрипел отец, — Не задавай вопросов, собери вещи, только самое необходимое. Скоро за тобой приедут.

В груди потяжелело, и я задохнулась.

— Папа, я так не могу, скажи хоть что-нибудь, — я умоляюще посмотрела на него. — Что с тобой? Нам кто-то угрожает? Почему меня надо спрятать? А какже моя учеба? У меня же выпускной через несколько месяцев!

Отец поднял на меня усталые красные глаза и пригладил всклокоченные седые волосы.

— Эльза, сделай, как я прошу, — тихо произнес он. — Ты доучишься в другом месте, там тебе помогут и сумеют защитить. А я останусь и приму свою судьбу.

По коже пролился мороз, пощипывая кожу острыми иголками, и паника разлилась в груди.

— Какую судьбу? — прошептала я. — Кто может угрожать тебе, одному из сильнейших магов королевства?

Отец горько усмехнулся и одернул на себе мятый коричневый жилет.

— Вот именно, — прошелестел он. — Те, кому я верил. Мои друзья. Которых я обманул, когда скрыл, что у тебя нет магии.

Я попятилась, со страхом наблюдая, как он вытирает слезы.

Да, у меня не было даже искры магического дара! Но таких людей много! Почему же сейчас отец вспоминает об этом, как о чем-то очень важном?

— И кого ты просил о… - слова давались с трудом, — о помощи?

— Врагов, — усмехнулся он, вставая и чуть пошатываясь. — Но они единственные, кто сейчас может тебя спасти.

Собирай вещи, за тобой очень скоро придут. Морис согласился вернуть свой долг.

Треск выламывающейся входной двери не дал мне ответить. Как будто в нее ударили тараном на полном ходу, и она вылетела из петель, рассыпаясь на щепки.

— Это он? — я перевела взгляд на папу, сжимаясь в испуге. — Твой враг — Морис?

2

— Нет прячься! — скомандовал побледневший отец. Быстро! Я задержу их сколько смогу!

Он развел руки, формируя боевую сиреневую сферу, и бросил ее в коридор.

Вопли боли почти оглушили, и я побежала наверх в свою комнату, задыхаясь от слез.

Заперлась на все замки, придвинула комод к двери и забилась в шкаф, прячась за подолом длинного платья, который приготовила на выпускной.

Сердце почти выламывало ребра, голову пронзила острая боль, и дыхание с хрипами вырывалось из груди.

Даже здесь было слышно, что на первом этаже развернулось настоящее сражение.

Крики, треск, грохот — все слилось в один монотонный гул.

Время тянулось мучительно медленно, словно густой сироп.

В коридоре послышались чьи-то тяжелые шаги, дверная ручка заплясала, стуча о поверхность комода, и чей-то голос, хриплый и угрожающий, прокричал:

— Кажется, я нашел девчонку!

Яростный вопль отца заглушил все остальное, за дверью коротко вскрикнули, и протяжный стон дал понять, что боевая сфера сделала свое дело.

Я зажала уши руками, сжалась в комок и зажмурилась так, что глазам было больно.

— Папа их выгонит, он сильный, — шептала я, подбадривая себя, чтобы не скатиться в истерику. — Скоро все закончится.

Крики стали громче, и дверная ручка снова задергалась.

Я вскрикнула и тут же закрыла рот руками, чтобы не привлекать внимание.

Дверь затрещала, рухнула, и звуки стали громче.

— Эльза, ты здесь? — позвал низкий голос, и у меня по спине пробежали мурашки.

Незнакомец говорил так, будто у меня не было права промолчать. Властный, глубокий, с какой-то неуловимой бархатной нотой.

Я осторожно заглянула в щелку и забыла, как дышать.

Мужчина, вошедший в комнату, был высокий, кожаная куртка обтягивала широкие плечи, черная рубашка чуть распахнута на груди, открывая мощную шею, а на руках перчатки с обрезанными пальцами.

— И где же прячется малышка Эльза? чуть насмешливо произнес он, и я едва не поперхнулась.

Темные волосы незнакомца доставали до плеч, а глаза были странного светло-серого цвета, напоминающее небо перед грозой. Квадратная челюсть, прямой нос, острые скулы...

Кто это такой?

Я затрясла головой, скидывая с себя наваждение, и притаилась.

— Кажется, я нашел тебя, — дверки шкафа распахнулись, и я едва успела проглотить крик, забиваясь в угол.

— Ну же, вылезай, не бойся, — уговаривал он,