Измена. Диагноз: 42, свободна и счастлива - Татьяна Тэя

Олег целует меня со всей страстью. Язык хозяйничает в моём рту, и я ощущаю, как них живота полыхает пламенем. Приходится сжать бёдра, чтобы унять пожар.

Кажется, я на шаг ближе к моменту, когда мои бастионы падут.

Когда Олег отстраняется, мы продолжает говорить взглядами. Он мягко улыбается.

— Я рад, что я успел.

— Я тоже рада.

Шубин продолжает:

— Всё-таки назначу тебе адвоката, чтобы он представлял тебя в суде на разводе. Ты не должна сама туда ходить. Смысла нет. Если всё спокойно, то вас разведут. Если нет, адвокат возьмёт хлопоты на себя. Абашев в неадеквате, это же видно.

— Ты зачем его уволил? — спрашиваю.

— Профессиональная этика. Ну и ещё по ряду причин.

Мне не надо уточнять, по каким именно. Догадываюсь.

— Я не хотела ему мстить.

— А ты и не мстишь. Считай, что жизнь это делает за тебя. Каждый получает по заслугам, — говорит этот серьёзный мужчина, а затем внезапно усмехается. — Я вот тоже заслужил… Тебя.

Он наклоняется и снова целует меня. А я дрожу, как девчонка. И думаю, что не хочу я ехать ни на какой концерт. Я бы с удовольствием его отменила и поехала в совершенно другое место. Вот так.

Эпилог

Полгода спустя

Я выхожу из бизнес-центра, и сердце всё ещё стучит в груди. В руках у меня свидетельство о разводе. Наконец-то. Уж не думала, что всё так затянется. Хотя адвокат уверил, что полгода ещё недолго. Однако внутри меня смешиваются облегчение и волнение.

Олег стоит у двери, его взгляд полон заботы и поддержки. Я чувствую, как в груди разгорается тепло, когда наши глаза встречаются.

Эти полгода мы вместе. Я не спешу к нему переезжать, хотя он предлагает регулярно. И, возможно, я скоро сдамся. Или не сдамся… Сама пока не знаю.

Саша и Эдик встречаются. Так странно или забавно получилось. Между нашими детьми возникла симпатия, которая переросла в настоящее чувство. Сашка в восторге, что у меня закрутился роман с отцом её парня. Она всецело меня поддерживает и с Равилем не общается.

А вот Даня созванивается. Говорит, отец собирается в другой город уезжать.

Пусть так. Возможно, это лучший вариант.

Квартиру Абашев действительно оставил детям, а вот дачу, два загородных участка в коттеджных посёлках и машины пришлось поделить. Тут он дрался за каждый рубль, но я не настаивала. Пусть забирает и уходит. Лишь бы побыстрее.

— Привет, — произношу, подходя к Олегу.

Он обнимает и крепко, но коротко целует меня.

— Как ты? — спрашивает он.

— Ве-ли-ко-леп-но! — говорю по слогам и смеюсь.

Пьянящее чувство счастья накатывает на меня.

— Это было долго, но теперь я свободна, — поднимаю свидетельство, демонстрирую и убираю в сумочку.

— Ну что ж… поздравляю тебя, свободная женщина, — берёт мою ладонь в свои руки и целует пальчики.

— Спасибо.

— И спешу тебя снова сделать занятой.

— В смысле?

Опускаю взгляд, почувствовав, как на мой палец надевают кольцо.

Красивое украшение из белого золота с россыпью брильянтов сверкает в лучах полуденного солнца. Я в шоке смотрю то на кольцо, то на Олега.

Вот этого я точно сейчас не ожидала.

— Олег… это…

— Выйдешь за меня? — перебивает с усмешкой.

А я вместо ответа спрашиваю:

— Господи… почему так быстро?

— А чтоб никто не увёл такую красавицу. Так что… Надо поторопиться.

Смотрю в его глаза и вижу там искренность и любовь. За эти полгода я поняла, насколько мне легко рядом с Олегом. Он не давит, он даёт свободу. С Равилем я часто, как на пороховой бочке жила. Он мог обидеться на любую мелочь. А мне потом приходилось ластиться и умасливать его то своим вниманием, то вкусным обедом. С Шубиным такого нет. И я даже не представляла, что отношения могут быть такими… здоровыми, что ли.

Понимаю, что с ним я могу быть собой, что он поддержит меня в любых трудностях.

— А ответ будет? — спрашивает заждавшийся его Олег.

Рискнуть или нет?

— Да, — произношу коротко.

— Да — это будет?

— Да — это да, милый. Я согласна.

Когда я произношу «да», это не просто ответ на вопрос. Это обещание, которое я даю и ему, и себе. Обещание строить счастливое будущее шаг за шагом, с любовью и пониманием. На взаимном доверии и искренних чувствах.

В конце концов, можно прожить больше двадцати лет с человеком и ни черта о нём не узнать.

А можно влюбиться за полгода и потерять голову. Даже в сорок два.