Неуловимая невеста - Эбби Грин

class="p1">Мэдди, к своему ужасу, поняла, что снова допустила ошибку. Хорошо, что король сам ей подсказал, как ее исправить.

— Да, это было что-то вроде подросткового бунта, — отозвалась она, выпив немного вина.

— У вас всегда была эта щель между передними зубами? Я не замечал ее раньше.

Мэдди чуть не поперхнулась вином.

— Должно быть, вы забыли о ней или просто не обратили на нее внимания.

Покачав головой, Аристедес посмотрел на нее:

— Я не мог не обратить на нее внимания. Она заметна.

— Может, мои зубы расходятся?

— В таком случае вам следует обратиться к стоматологу.

— Уверена, что это пустяки. Положение зубов можно исправить. Помню, когда я носила брекеты…

— Я не помню вас с брекетами.

«Он догадался о подмене и играет со мной», — промелькнуло у нее в голове.

— Я бывала здесь нечасто. Они у меня были между моими визитами сюда.

Лайя рассказывала ей, что всегда искала предлог, чтобы не лететь вместе с отцом в Сантанжер.

— Очевидно, мне следовало быть более внимательным к вам.

Тон короля был мягким, но она знала, что эта мягкость обманчива. Он напоминал ей хищника семейства кошачьих, который играл со своей добычей.

К счастью, в следующий момент пришел персонал за грязной посудой и разрядил напряженную обстановку.

— Принцесса желает десерт? — спросил дворецкий. — Чай? Кофе?

— Или, может, еще вина? — предложил король.

Мэдди посмотрела на свой бокал. Он был пуст, но она решила, что алкоголя с нее на сегодня достаточно. Мысль о десерте была заманчивой, но она не хотела снова привлекать внимание к своему аппетиту. Кроме того, она знала, что Лайя равнодушна к сладкому.

Покачав головой, она улыбнулась Фелипе:

— Спасибо. Кофе мне будет достаточно.

— Мне тоже. Спасибо, Фелипе, — сказал король.

Снова оставшись наедине с Аристедесом, Мэдди почувствовала на себе его взгляд. Поднявшись, она вышла на балкон, чтобы полюбоваться морем, и оставалась там до тех пор, пока Фелипе не принес кофе и печенье.

Когда дворецкий удалился, она налила себе в кофе молока и добавила сахар.

— Любите сладкое?

Выругавшись про себя, Мэдди отказалась от второй ложки сахара.

— Иногда мне хочется сладкого, но вообще я не сладкоежка.

— Я рад, что вы наконец здесь, — сказал Аристедес. — Мы ждали этого момента целую вечность.

Это Лайя с ужасом его ждала. До недавних пор Мэдди вела обычную жизнь. Разве что у нее не было бойфренда. Она еще ни разу не занималась сексом, потому что не испытывала физического влечения ни к одному из мужчин, которые встречались на ее пути.

До того момента, пока она не увидела короля Аристедеса, идущего в черном костюме-тройке по пустыне.

Мэдди мысленно отругала свое тело за эту безумную реакцию. Король Сантанжера был последним мужчиной на свете, которого ей следовало желать.

— Да, целую вечность, — согласилась она с ним, вовремя напомнив себе, что должна отвечать как Лайя.

— Всего через две недели вы станете королевой вашей страны и Сантанжера.

— А вы станете королем еще и моей страны.

— Так договорились наши отцы, когда вы только родились, а мне было восемь лет.

— И вас не беспокоит, что этот брак будет заключен лишь ради деловых целей?

— И ради продолжения рода. У нас будут дети, Лайя.

Мэдди бросило в жар, и она напомнила себе, что находится здесь не для того, чтобы делать детей с этим человеком.

— Не говоря уже о том, что этот брак поможет укрепить мир между нашими странами и поспособствовать экономическому росту Исла-Розы. Вы ничего не потеряете.

— Только мою независимость и независимость моей страны.

— Мы, правители, не можем быть независимыми. У нас есть обязанности перед нашими народами.

Мэдди подалась вперед:

— Но разве вы не хотите быть счастливым? Я не романтичная идеалистка, но брак определенно будет удачнее, если в нем будет доверие и… — Она остановилась.

Аристедес поднял бровь:

— И?

Ее снова бросило в жар.

— И сексуальное влечение.

— Думаю, со вторым у нас проблем не возникнет.

Мэдди отклонилась назад.

— Вы правда так считаете? — пропищала она.

Поднявшись, Аристедес протянул ей руку. То, куда все это могло зайти, было для Мэдди неизведанной территорией. Вложив свою руку в ладонь короля, она тоже встала. Он подошел ближе, и теперь их разделяло всего несколько дюймов.

Их взгляды встретились, и Мэдди не смогла отвернуться. Его глаза были темными, но она разглядела в них золотистые крапинки, похожие на огненные искры. В глубине ее женского естества тоже горел незнакомый огонь, грудь стала тяжелой, и она едва могла дышать. Она испытывала голод, и он не имел никакого отношения к еде.

Аристедес поднял ее руку. Подумав, что он собирается ее поцеловать, Мэдди замерла в предвкушении.

Но вместо этого он неожиданно произнес:

— Как долго еще вы собираетесь продолжать этот фарс?

Мэдди почувствовала себя так, слово ее окатили ледяной водой.

— Простите… что вы сказали?

Может, она неправильно его поняла?

— Между нами действительно что-то есть, и это пошло бы на пользу нашим отношениям, будь вы моей невестой принцессой Лайей. Но ведь мы оба прекрасно знаем, что вы не она, правда?

«Когда он догадался? В самолете?»

Мэдди попыталась отдернуть руку, но король не отпустил ее.

— Кто вы? — спросил он.

— Когда вы все поняли?

Аристедес долго на нее смотрел, затем отпустил ее руку и подошел к балконной двери. По какой-то непонятной причине Мэдди почувствовала себя отвергнутой. Она прижала ладонь к груди.

Король посмотрел на нее:

— Я сделал вам больно?

— Нет. Я просто…

Он сложил руки на груди, и она заметила, как его мышцы напряглись под рубашкой.

— Итак, кто вы?

Мэдди сглотнула.

— Я фрейлина принцессы Лайи.

— Как вас зовут?

— Мэдди Смит.

— Вы с принцессой очень похожи.

Мэдди начала быстро искать подходящее объяснение. Она не могла сказать ему, что она сестра принцессы.

— Никогда не слышали о доппельгенгерах?[1] Мы просто очень похожи друг на друга. Моя мать была с Исла-Розы.

— Вы там выросли?

Она покачала головой:

— Нет. Я выросла в Ирландии. Когда вы поняли, что я не принцесса Лайя?

— Вам не кажется, что вы сейчас не в том положении, чтобы задавать вопросы?

Мэдди прикусила край нижней губы, и его взгляд упал на ее рот. Воздух между ними наэлектризовался.

Подняв глаза, он наконец ответил:

— Я увидел, как вы гладите собаку, и вспомнил, что принцесса Лайя боится их из-за несчастного случая, который произошел с ее отцом много лет назад.

Ну конечно. Как же она сразу не догадалась? Однажды во время их прогулки Мэдди остановилась, чтобы погладить собаку, и заметила, что Лайя застыла на месте как