Не отталкивай, шельма - Александра Неярова

в одиночестве центральный, сверкнул белозубой улыбкой, надвинул на лицо чёрную шляпу и, резво крутанувшись на пятках, также плавно скрылся в остальной толпе. Взорвались аплодисменты.

Покуда овации стихали, музыка вновь сменилась, и команда замерла на миг, а затем по танцорам прокатилась «волна», вызвав у зрителей предвкушающие мурашки. Они разбились на пары, устроив батл, смешивая разные стили. Хип–хоп превосходно сочетался с брейком, нью–стайл с аренби. Когда прозвучали последние аккорды, пары вдруг слились в страстном поцелуе, под громогласные свистки и возгласы ревущей толпы. Да, уличные танцоры отрывались по полной.

Иран почувствовал, будто его под дых ударили.

– Безумцы… – хмуро буркнул он, сжимая ладони в кулаки.

– Разве? А по–моему, очень даже ничего! Завершение стало своеобразной изюминкой, – улыбаясь, проговорила Ванесса, не забывая при этом аплодировать.

«Изюминкой, значит…» – повторил про себя Князев, прищуренном взглядом наблюдая, как на сцену выходит другая команда, а Хитана с напарниками скрывается среди участников флэш–моба.

– Ма, я отойду ненадолго. Но если не вернусь по окончании сего «концерта», ступай в машину и жди меня там.

– Ну хорошо, сынок, – растерянно ответила брюнетка, однако, Иран уже ушёл.

Лавируя меж разгоряченной зрелищем толпы, Князев выискивал вишнёвую макушку и спустя пару минут поисков нашёл. Хитана стояла, облокотившись спиной о стену здания магазинчика, и пила прохладный напиток, лицо танцовщицы по–прежнему скрывала маска. Рядом ошивался её светловолосый партнёр и что–то увлечённо рассказывал. Шатен смог уловить часть слов.

–…а связка вышла что надо! Хотя над некоторыми элементами ещё стоит поработать. Как считаешь, Тана?

– Ты прав, Рик. В программе действительно имеются пару хоть и не явных, но всё же огрехов. С завтрашнего дня и начнём.

– Кхем… – заявил о своём присутствии Иран, и парочка оглянулась в его сторону.

– Что–то нужно? – с угрозой спросил Рик, выступая чуть вперед, загораживая тем самым девушку.

Князев на этот жест хмыкнул. Партнёр оказался нехилым парнишкой, а скорее молодым мужчиной. И тот явно защищал свою «территорию».

– Привет, Тана, – Князев специально назвал её неполным именем, выказывая возможному сопернику, что довольно близко знаком с танцовщицей. И довольно улыбнулся, наблюдая смену мимики на лице блондина. – Уделишь мне минутку?

– Вы знакомы? – удивился Рик, не сводя с Ирана проницательных глаз.

– Ну, можно сказать и так, – девушка лукаво улыбнулась. – Оставишь нас?

Блондин стиснул зубы, но ушёл. Проводив того победным взглядом, Князев приблизился к своей цели. Она поприветствовала его первой:

– Здравствуй, Иран, – перешла сразу на «ты». Её синие глаза лучились весельем из–под маски. Сейчас она казалась совершенно иной, ломая в пух и прах, сотканный его воображением образ. И она помнила его имя, что однозначно хорошо. – Как узнал?

– Не поверишь – по глазам, – мужчина остановился на расстоянии вытянутой руки. До ужаса хотелось прикоснуться, сжать в объятьях, добраться до съёмной квартиры, сорвать с неё эту чёртову маску вместе с одеждой и... ох уж это «И!». В брюках вмиг стало тесно, и чтобы как–то отвлечься он поинтересовался: – Носишь линзы?

Хитана улыбнулась шире.

– Угадал. Спасибо, что не назвал при Рике моего полного имени.

– Значит, ведёшь двойную жизнь? – Князев тоже позволил себе полуулыбку и, пробежав томным взглядом по полуобнажённому телу собеседницы, подметил: – Сегодня ты другая, не как в парке. Но тебе так идет больше.

– Значит, нравлюсь? – выстрелила в лоб и сложила руки под грудью, таким жестом неосознанно (а может и наоборот), подчеркивая её.

Князев такого не ожидал. И кто в этой игре из них главный?

– Допустим. Разве это плохо? – сказал, а мысленно нарёк себя идиотом. Как школьник, ей–Богу!

– Не пытайся, – вдруг выдала Хитана, склонив голову к левому плечу.

– О чём это ты? – не понял Князев. Каждой своей репликой она ставила его в тупик.

– Не пытайся меня очаровать, – терпеливо повторила, взирая с насмешкой. – Я знаю – кто ты. И также знаю о твоей разгульной жизни.

Вот так да! Удивила снова. Иран с неудовольствием понимал, что выстроенный план с треском катится в бездну. Мужчина ухмыльнулся, но тем и интереснее игра.

– Что ж я и не скрываю. Но позволь сказать одну вещь, – в карих омутах горел неприкрытый вызов. Князев подцепил указательным пальцем девичий подбородок, глубоко заглядывая в синие глаза. – Любой человек может измениться. Ты мне понравилась. И если это взаимно – измени меня. Стань той, ради кого я захочу измениться. Приходи завтра в ресторан «Guard and Grace» к трём часам дня. Я не говорю прощай.

И отпустив её, Иран ушел. Хитана же растерянно смотрела на его удаляющуюся широкую спину.

Глава 4

Князев сидел за столиком в ресторане «Guard and Grace», попивая уже остывший кофе. Стрелка на часах перевалила уже за сорок минут третьего, а заинтересовавшая его особа так и не явилась. Н–да… А он до последнего надеялся, как непроходимый дурак.

– Вот же, чертовка! – прошипел себе под нос и, поднявшись, бросил пару купюр на стол, затем направился к выходу.

Оказавшись на улице, вдохнул тяжёлый воздух Денвера, полный ароматов цветущих деревьев, доносившихся из приоткрытой двери ресторана запахов с кухни, а также выхлопных газов. Вот чего ему стоило просто взять и закинуть себе на плечо эту наглую, самоуверенную, но такую соблазнительную и желанную танцовщицу? Но он так не хотел… Хитана не из тех, кто вешается на шею каждому встречному красавчику. Не из тех, кто охотится за богатством и лёгкой жизнью. Иран разглядел в глубинах синих омутов затаённую печаль и боль. В девушке кроется сильный стержень, который согнётся, но не переломится от внезапного урагана. И этим самым ураганом будет он. Хотя, где–то глубоко в душе, шатену было даже жаль танцовщицу. Жаль от того, как он собирался с ней обойтись. Но лишние привязанности только обременяют. И они ему не нужны.

Внезапный порыв ветра пронёсся совсем рядом, взметнув вывески и газеты с прочими бумажками, закружив последние по проезжей части. Взгляд Ирана заскользил по вышкам небоскрёбов, по сновавшим людям, проносящимся мимо иномаркам, и вдруг застыл на хрупкой фигурке, идущей ему навстречу с противоположного конца улицы. Хитана. Она всё же пришла.

На девушке было насыщенно синее платье чуть выше колен облегающее бедра и свободное сверху, одно плечо оголено. Волосы распущены, сбоку в них красовалась заколка в виде белой розы.