Попаданка в подарок. Бунтарка для дракона - Дара Лайм

следует выставлять на всеобщее обозрение. Счастье любит тишину, так ведь говорят?

– Ты забыл, что у тебя по территории бродит твой подарок? – уколола я.

Хейден поморщился.

– Клянусь, я думал, что она давно ушла на своих двоих, – захлопал он своими честными глазами.

Ну-ну.

– Тогда, наверное, тебе стоит с ней обсудить все тонкости вопроса транспортировки её тушки восвояси. – Мой голос дрогнул.

Хейден осторожно поцеловал меня в макушку, затем пригладил мои рассыпавшиеся по плечам локоны и заглянул в глаза.

– Я решу с ней вопрос, а ты должна решить, согласна ли ты стать моей женой.

Это не был вопрос. Не было ни колена, ни цветов, ни кольца, но было нечто иное, что было более ценное – нежность, тепло и искренность. Так, где же любовь?

Да и вообще, что это такое? Слышала я однажды от бравого товарища, который однажды рискнул за мной ухаживать, что любовь придумали женщины, чтобы тянуть из мужчин блага. Ну что сказать: я повзрослела и поняла, что её придумали мужчины, чтобы не платить за постель. А что? У вас же «лямур»!

Хейден отпустил мою руку и направился к девице, имени которой я даже не знала. Это позволило вдоволь полюбоваться его стройной подтянутой фигурой, широкими плечами, узкой талией, осанкой… В нём было столько всего привлекательного, что тянуло меня, словно магнит. Объяснения этому не было, но на любовь с первого взгляда не походило.

Хейден осторожно взял девицу под локоток и потащил куда-то через сугробы, которые мы совсем недавно преодолели.

Она что-то возмущённо выкрикивала, то и дело оборачиваясь на меня, но ничего поделать не могла.

Я не видела выражения глаз и лица самого мужчины, но уверена, что это противостояние удовольствия ему не доставляло. Он хотел взрыва эмоций, но в тихой гавани, а я словно была частью этого пазла и чувствовала, что именно ему нужно.

Оставалось решить вопрос, что нужно было мне.

– А-а-а-а! – закричала я в небо, раскинув руки, и упала в сугроб.

Снежинки кружились в вальсе надо мной. Они были похожи на крошечные хрустальные звёздочки, каждая из которых сияла своим неповторимым светом. Ветер нежно подхватывал их, и они медленно опускались мне на лицо и волосы, словно танцуя в своём последнем пируэте.

Я лежала на спине, не чувствуя никакого дискомфорта или холода. Казалось, что снег стал мягкой периной, принявшей меня в свои объятия.

Воздух был свежим и прозрачным, наполненным запахом морозной свежести. Небо было бескрайним, глубоким и чистым, с лёгкими облаками, которые, казалось, плыли прямо над головой.

Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, и позволила себе раствориться в этой зимней сказке.

О чём я мечтала в детстве, лёжа на снегу? О принце, победившем дракона? И если первого видно не было, то второй казался сказочным героем, который ожил и стал реальностью, соединив в себе все девичьи мечты.

Раскинув руки в стороны, я громко рассмеялась, взмахнув руками. Снег полетел мне прямо на лицо, но от этого стало ещё веселее. Да уж, снежный ангел в моём возрасте уже не тот, что прежде.

– Это что-то колдовское? – послышалось рядом.

Я повернула голову и застыла, но только для того, чтобы засмеяться ещё громче.

Рядом со мной, буквально в паре шагов, лежал Хейден, в той же самой позе.

– Да, нужно делать махи руками. В моём мире есть такая зимняя забава. Говорят, если всё делать правильно, то обязательно случится чудо.

– Чудо? – Казалось, что он ни капли не поверил мне. – Ладно.

Хейден махнул руками раз, затем второй.

Я старалась, как могла, удержать серьёзное выражение лица. Но это всегда давалось мне плохо. Не выдержав, я вновь залилась смехом.

– Я что-то сделал не так, и чуда не случится? – негодовал мужчина по незнанию.

– Случится, если очень сильно захотеть.

А ведь правда, чудеса случаются, и то, что я здесь, – уже чудо.

ГЛАВА 11

Между нами была какая-то особая магия, которой трудно было не поддаться. Хейден был очарователен и обходителен, и лёгкая улыбкой, которая словно освещала его лицо, не сходила с его губ. Его голос был мягким, как бархат, и в нём звучали нотки, от которых по спине пробегали мурашки. Он умел рассказывать истории так, что я забывала обо всём вокруг, погружаясь в мир его слов и волшебство глаз.

Даже поверить не могла, что в один миг этот шикарный мужчина мог обратиться в величественного дракона, который мог в прямом смысле слова вознести меня к небесам.

Но за его обаянием скрывалась озорная искорка, которая не давала мне расслабиться. Хейден не упускал случая поддразнить меня, его глаза сверкали, а губы растягивались в хитрой улыбке. Он любил играть со мной, как кошка с мышкой, и я не могла не смеяться над его шутками, хотя иногда они были немного грубоватыми.

Моя страсть к зимним забавам оказалась заразительной. Так и сдался Хейден, а мне не составило труда убедить его, если весь ритуал чётко выполнить, то чудо непременно случится.

Особенной его любовью стал горячий шоколад с щепоткой корицы. Мы могли часами сидеть у камина, потягивая этот напиток и рассказывая друг другу о своих мечтах и планах.

Я наблюдала за мужчиной украдкой, чувствуя, как тепло разливается по телу. Этот момент был таким уютным и домашним, что я забывала обо всём на свете.

– Ты послана мне, чтобы подарить надежду, – проговорил он, вылавливая звёздочку бадьяна из кружки.

– А ты мне – чтобы лишить покоя, – улыбнулась ему в ответ.

– И всё же ты не ответила, станешь ли моей женой? – Драконище заглянул мне в глаза так, что сердце сжалось.

Разве стоило соглашаться на предложение исключительно из интереса? За этим должно было стоять нечто большее, чем простая тяга друг к другу. Разум подсказывал, что Хейдена не стоит и близко подпускать к себе – слишком опасно для сердца, которое откровенно завывало и требовало принять столь заманчивое предложение.

– А если я отвечу отказом?

Губы Хейдена дрогнули и слегка искривились в уголках. Глаза опасно блеснули, а по коже забегала всё та же змеистая полосочка. Я уже знала, что никакой опасности для меня это не несёт, но пока привычной к такому не была, поэтому внутренне напряглась. Всё же не каждый день мне доводилось видеть нечто подобное.

– Существует мнение: когда девушка говорит «нет»,