Отец подруги. Никто не узнает - Адалин Черно

Когда у человека есть деньги — много денег, то он и иголку в стоге сена найдет, стоит только пожелать. Зачем Дамиру меня искать я, конечно, не понимаю, но не сомневаюсь, что такой человек, успешный и богатый, добьется желаемого. Что за глупости про кражу? Он же видел, что я чуть ли не босиком убежала из его машины. Может именно поэтому решил, что я что-то прихватила с собой?

Но что? Может у него и правда, что-то пропало и он решил, что это своровала я, пока его не было и поэтому…

— Точно! — я даже по лбу себя хлопаю.

Телефон! Должно быть, он потерял свой телефон, который завалился между сиденьями. Тот благополучно разрядился и… и все. Дамир решил, что я стащила его определенно дорогущий телефон, потому и сбежала. Он же знал, что мне очень нужны деньги. Я сама ему об этом и сказала.

Осознав эту мысль, немного успокаиваюсь. Рано или поздно, а скорее всего рано, мужчина найдет телефон и перестанет меня искать. Как часто богачи моют салон своего автомобиля?

Как только заканчиваются пары, я бегу на работу, с досадой отмечая, что никак сегодня не успеваю забрать Аксинью с продленки. Не сказала бы, что ребенку полезнее сидеть целый день в кафе, а не в школе, но сестра считает именно так. Благо подрабатываю я не в какой-нибудь маргинальной забегаловке, а во вполне приличной среднестатистической кофейне. У нас здесь даже детская зона есть, правда Аксинья из нее уже выросла, и обычно, когда я беру сестру с собой, то она с моей помощью делает домашку.

Дорога до работы ощущается сегодня вечностью. Несмотря на то, что я почти успокоилась, я все равно постоянно оглядываюсь, и смотрю по сторонам, рассматривая прохожих. Правда стоит только мне заступить на смену, как тревожные мысли улетучиваются окончательно. Некогда отвлекаться. Обеденное время у нас самое загруженное.

Я принимаю заказы на комплексные обеды, кофе, десерты, вбиваю их на баре в компьютер, а затем разношу посетителям. Так проходит несколько часов, я совершенно не думаю ни о Дамире, ни о телефоне, ни о вчерашнем мероприятии, ни о маме, пока не подхожу к очередному столику.

— Определились? — приветливо спрашиваю я, поднимаю на посетителя взгляд и сердце делает болезненный кульбит, а глаза мои словно попадают в плен, я никак не могу разорвать установившийся зрительный контакт с… Дамиром.

Я даже поморгать, в надежде, что мне померещилось, не могу. Смотрю и смотрю на темно-карие, почти черные глаза мужчины как завороженная. Заколдованная. И ничего сделать с собой не могу.

Неужели, нашел? И что сделает теперь?

Глава 9

— Неожиданно, — произносит Дамир.

Его губы изгибаются в легкой ухмылке, а у меня холодок бежит по спине. Что делать, боже? Что?

— Вас обслужит другой официант.

В голову не приходит ничего иного, кроме как сбежать. Даже разворачиваюсь, когда цепкие мужские пальцы, словно жгутом, обхватывают мое запястье. Приложив силу, мужчина возвращает меня на исходную позицию и смотрит уже без улыбки.

— Произошло недоразумение, — тут же начинаю тараторить, вспоминая, что он вообще-то меня ищет за кражу. — Я у вас ничего не брала. Ваш телефон упал между сиденьями, когда вы вышли и если вы поищете там, то обязательно его найдете, а я…

— Этот телефон? — кивает на смартфон на столике.

Тот самый, который упал между сиденьями.

— Вы нашли его, да? Ну, слава богу, — выдыхаю, мгновенно расслабляясь.

Зря я боялась. Телефон найдет, недоразумение исправлено, в поисках меня больше нет никакой нужды, ведь так?

— Я хочу еще раз поблагодарить вас за спасение. Вы так много для меня сделали, вы увезли меня и…

— Принеси-ка мне двойной эспрессо и самый вкусный ваш десерт. На твой выбор.

Я киваю. Быстро вношу заказ в блокнот и спешу откланяться, не в состоянии избавиться от мысли, что для устраненного недоразумения Дамир уж слишком внимательно меня изучал. Может, пытался понять, говорила ли я вчера правду о том, что не знала о характере подработки? В любом случае, не имеет значения, почему он меня рассматривал. Раздражает сам факт этого момента. Мне не нравится ловить его внимание. Не нравится, что он меня искал. И не нравится, что он теперь знает, где я работаю.

Я уже говорила, что такие мужчины всегда меня пугали? И сейчас мне по-особенному страшно, потому что когда я несу Дамиру его заказ, то едва не падаю, так как все время, что я иду мужчина сопровождает меня цепким взглядом. Смотрит непрерывно и нервирует.

— Что-нибудь еще желаете? — спрашиваю у него, когда ставлю перед ним заказ.

— Не думала, что со своим актерским талантом, ты прозябаешь в захудалой кофейне? — неожиданно спрашивает вместо того, чтобы дополнить заказ.

— Не понимаю, о чем вы…

— Принеси счет. И добавь к заказу малиновые эклеры.

— Сколько?

— Два.

Я быстро ухожу упаковывать его эклеры. И, клянусь, что он смотрит мне в спину, потому что пока я иду, такое ощущение, что в нее врезаются копья. Вот что ему от меня надо? Почему он смотрит? И задает странные вопросы? Разве вопрос про актрису не странный?

— Таисия! — вздрагиваю от голоса нашего цербера.

Так весь коллектив за глаза называет нашего администратора Людмилу Павловну. Она работает у нас относительно недавно, всего несколько недель, но уже уволила троих сотрудников и сменила не только режим работы, но и скорость обслуживания столиков. Теперь мы не можем стоять рядом с клиентами дольше пары минут. Если заметит подобное, обязательно спросит в чем дело. И не дай бог окажется, что заминка произошла не по вине клиента, может и уволить.

— Да, Людмила Павловна.

Моментально ускоряюсь с упаковкой, хотя под ее пристальным взглядом начинают дрожать не только руки, но и все тело замирает в страхе.

— Слишком медлительная сегодня. Тебе повезло, что я в хорошем настроении и не буду делать тебе выговор, но нужно ускориться. Сколько можно возиться с одним клиентом?

— Да-да, конечно. Простите, просто клиент попросил упаковать эклеры. Я уже все. Отношу ему счет и заказанные эклеры.

— Поторопись, — бурчит она, но тут же улыбается, когда смотрит в экран своего телефона.

Неужели у Людмилы Павловны кто-то появился и именно поэтому я только что не получила выговор?

— Ваши эклеры и счет. Расчет картой или наличными?

Дамир кладет на стол несколько купюр. Для расчета хватит и одной, но я не делаю замечания, прекрасно понимая, что это чаевые.

— Без сдачи, — подтверждает мои мысли и забирает у меня коробку с эклерами.

— Всего доброго. Заходите