Эмили Лоринг - Стремительный поток

Все трое кинулись к Кристоферу. По-мальчишески угловатая фигурка девочки была облачена в платье из коричневого джерси без пояса, белый воротник закреплен серебряной брошкой. Глаза ярко блеснули на загорелом лице, когда она энергично пихнула Кристофера в грудь и весело поздоровалась.

– Полегче, Салли-Мэй! – Он пригладил короткие вьющиеся волосы племянницы. – На этой неделе ты уже в четвертый раз опаздываешь к завтраку. Как будем с этим бороться?

– Извини. Мне надо было поговорить с Фло, и я уж думала, что не дозвонюсь. Умираю с голоду! – Она посмотрела на стол и нахмурилась. – Осталась всего одна булочка! Ну и аппетит у вас!

– Хельга уже печет для тебя новую порцию, дорогая, – успокоила ее Констанс.

– Она умница! – Салли-Мэй плюхнулась на стул и набросилась на грейпфрут с такой энергией, что брызнувший фонтанчиком сок попал ей в лицо. – Черт! – вскрикнула она и принялась тереть глаз.

Констанс переглянулась с братом, заметив, что вторым глазом девочка наблюдает за эффектом, произведенным ее восклицанием. Кристофер тоже это заметил и рассмеялся:

– Одна капля сока в глаз равноценна дюжине попавших на язык по силе воздействия! – Улыбку сменила серьезность. – Есть слова, которые лучше не произносить в стенах пастората. Мы с тетей Кон их не одобряем. Хорошие манеры, как и добропорядочность, усваиваются с детства. Понимаешь меня, Салли-Мэй? – Покачав головой, он вышел из комнаты.

Сеттеры устремились было за ним, но посмотрели на булочку, которую девочка неторопливо намазывала маслом, и снова приняли неподвижные сидячие позы. Салли-Мэй бросила каждому по кусочку.

– Вы, ребята, никуда не уходите, скоро еще дам. Мне жаль, тетя Конни, что это слово соскочило у меня с языка. Дядя Крис, наверно, чуть не лопнул от ярости.

– Ему просто обидно, что ребенок, на воспитание которого мы потратили столько сил, предпочитает дурные манеры и дурную компанию.

– Дурную компанию? Это ты про Фло Калвин? Она хорошая. Отец у нее жуть какой строгий, вот ей надо получать разрядку, потому она и ругается. У ее отца денег видимо-невидимо. Фло говорит, что дядю Криса он может купить и продать с потрохами. Он – один из ПС и…

– Пэ-эс?.

– Это значит – попечительский совет. Ну, тот, который управляют нашей церковью. Фло говорит, что ее отец может лишить дядю Криса работы, если захочет.

В глазах у Констанс потемнело. Несносный ребенок Калвина! Не стоит ли ее отец за всем, что связано с деньгами, которые посулила графиня? Констанс всегда казалось, что Калвин только и ждет, когда же наконец фракции Объединенной церкви затеют ссору и каждая потребует обратно свой алтарь и своего бога. Она сурово посмотрела на племянницу, которая наблюдала за ней большими серьезными глазами, уплетая при этом булочку за обе щеки.

– Салли-Мэй, ты обсуждаешь с Фло Калвин дядю Криса?

– Конечно, обсуждаю. Она от него тоже без ума. Говорит, что ради него постояла бы на раскаленной докрасна вафельнице. Ой, добавка поспела! – Девочка схватила с блюда, принесенного в комнату служанкой, булочку с золотистой корочкой.

Констанс подождала, пока служанка уйдет, и спросила:

– Флора слышала что-нибудь про пожертвование Объединенной церкви?

– Слышала, ее прямо распирает. Ах вы, хрюшки! – прикрикнула она на собак, одна из которых, желая напомнить о своем присутствии, положила лапы девочке на плечи.

Салли-Мэй покормила сеттеров, после чего продолжила:

– Фло говорит, что ее отец наверняка отдал бы один из своих золотых зубов – ты видела у него золотые зубы, да? – лишь бы узнать, чего это старая графиня так раскошелилась. Обычно у нее снега зимой не выпросишь. Почему теперь-то она расщедрилась? Мы с Фло собираемся провести расследование.

«Действительно, почему она расщедрилась?» – в тревожном замешательстве подумала Констанс. Когда во время ужина у графини ей казалось, что взгляд Хью Рэндолфа прожигает ее до самого сердца, она решила, что самое время провести год за границей. Партнер по бизнесу давно просил ее съездить в командировку в интересах фирмы. Но как она может бросить Кристофера теперь, в такой момент? Свои убеждения он будет отстаивать изо всех сил, а ведь он убежден, что священнослужитель не должен тратить свои время, силы и энергию, так необходимые в церковной работе, на решение финансовых вопросов. Иногда она отчаянно жалела, что брат не стал врачом.

– Ты видела дочь Рэндолфа? Мы с Фло без ума от нее. Она сногсшибательная, – одобрительно промычала Салли-Мэй, запихнув в рот кусок булочки с мармеладом.

– Дорогая, ты говоришь с набитым ртом. Если не будешь правильно вести себя за столом, никогда не станешь леди.

– А я и не хочу. От этих леди мне скучно до слез. Посмотри на нашу графиню с ее париками и лорнетом. По-твоему, именно так должна выглядеть «леди»?

Констанс уклонилась от ответа.

– Я познакомилась с мисс Рэндолф. Очень славная девушка.

– В городе болтают, что ее штрафанули за превышение скорости в первый же день, как она приехала.

«Ого! В тот день Кристофер занял место Картера на перекрестке. Любопытно, что он о ней не упомянул», – подумала Констанс.

Салли-Мэй все не умолкала:

– Наверно, многие девицы ее не любят, потому что завидуют. Мы с Фло сидели за диваном в гостиной Калвинов, когда Сью играла с подружками в бридж. Обычно ей приходится играть тайком, потому что злобный папаша не разрешает держать дома карты и устраивать танцы, а вчера он укатил в Нью-Йорк по делу и бояться было некого… Да, так вот, мы там таскали у них конфеты, хоть и знали, что Сью будет в бешенстве, если нас поймает, а они сплетничали про дочку Рэндолфа. Фанчон Фарелл смеялась и говорила…

– Салли-Мэй, не смей повторять то, что ты подслушала, спрятавшись за диваном!

– Ха! Да нам всем повезло, что я там оказалась, Кому-то обязательно надо быть начеку, коли в семье есть священник. Ведь я из клуба «Мудрые девы», так? Разве это не означает, что мне надлежит держать светильник заправленным и зажженным, чтобы видеть опасность для дяди Криса?

– Какую опасность? О чем ты говоришь?

– Ты мне еще спасибо скажешь, когда узнаешь, о чем они болтали. Фанчон Фаррелл – та, которая хихикает вечно, – говорила, будто сказала Джин Рэндолф, что не пройдет и недели, как та начнет ходить в церковь и заниматься общественной работой. А Джин разозлилась и поспорила на свой крутой желтый родстер, что этого не сделает. Тут Сью Калвин вмешалась своим голосом, от которого свербит в мозгу: «Ну, ты и додумалась, Фанчон. Это же лучший способ заставить ее бегать за Кристофером». А Фанчон ей и отвечает: «Ну, если она его получит, то не получишь ты, Сью», а после этого они все затеяли обычную свару.