Марша Мэннинг - Снисходительный любовник

— Поцелуй меня, Дженни, — сказал он. — Поцелуй меня… Твои губы такие мягкие, нежные и теплые… Дорогая крошка Дженни из Англии, я схожу по тебе с ума… Поцелуй меня еще раз.

Глава 3

Дженни лежала в кровати и лениво наблюдала, как лучи раннего солнца пробиваются сквозь закрытые ставни на окне ее крошечной комнаты. Она чувствовала себя спокойной и блаженно удовлетворенной.

Топси изящно проследовала к изголовью кровати и прижала маленький черный носик к лицу Дженни.

— Все хорошо, дорогуша, — улыбнулась Дженни. — Я знаю, что пора завтракать.

Послышался шум — это отец завозился в соседней комнате. Она быстро вскочила и оделась. Спустившись на кухню, она увидела, что Чарльз уже там, набивает водонепроницаемый пакет едой. Запах плесени наполнял всю кухню.

— Доброе утро, папа. Фу! Что это такое? Наверное, что-то испортилось в буфете.

Чарльз снисходительно рассмеялся:

— Это запах наживки, моя дорогая. Тебе придется к нему привыкать, ведь, когда приедут отдыхающие, этот запах будет повсюду. Они приезжают в Харбор, чтобы порыбачить и поваляться на пляже. Почему ты не спишь сегодня утром? Я подумал, что ты устала после вчерашней поздней поездки.

— Совсем не устала, — заявила Дженни. — Я чувствую себя восхитительно. Просто на вершине мира.

— Значит, вчера вечером тебя провожал красивый парнишка, — заметил Чарльз. — Кто он, дорогая?

Дженни отвернулась, чтобы включить плиту. Она вовсе не желала обсуждать вчерашний чудесный вечер с кем бы то ни было.

— Честно говоря, это был Лэрри Кэмерон, — сказала она и потянулась за молоком, чтобы наполнить мисочку Топси. Она почувствовала, что Чарльз оставил свои сборы и удивленно уставился на нее.

— Лэрри Кэмерон? — повторил он. — Назначил тебе свидание! Где ты встретилась с ним, Дженни?

— О, он был на пароходе, который привез меня из Галифакса, — ответила Дженни, собираясь приготовить кофе. — Мы разговорились. Ты знаешь, как это бывает.

— Разумеется, я знаю. Я не совсем забыл, что значит быть молодым. Лэрри Кэмерон. Это совершенно невероятно!

— Неужели? Он такой милый. Он подарил мне коробку конфет. — Она достала чашки и блюдца. — Ты позавтракаешь перед тем, как отправиться на рыбалку, не так ли?

— Только чашку кофе. Для яиц сегодня нет времени. Я должен зайти за Томом в четверть девятого. Ты собираешься снова встретиться с Лэрри Кэмероном, Дженни?

— Да. Я надеюсь на это. Он собирается пригласить меня на танцы в «Лейдис-Хаус» в следующую субботу.

Она подумала, не станет ли он возражать, но он только сказал:

— Да? О боже, тебе следует принарядиться, ведь ты выходишь в общество. Надо убрать этот черствый хлеб, чтобы не летали мухи.

Оставшись одна, Дженни поделала кое-какую домашнюю работу, накормила Топси и стала собираться в церковь. Марта сказала, что ей следует туда ходить:

— Все ходят в церковь в воскресное утро. Людям нравится посмотреть друг на друга, а затем поболтать после службы.

— Именно там можно услышать все последние новости, так я полагаю, — улыбнулась Дженни. — Хорошо, Марта. Я пойду с тобой. Мы с тетей Хелен всегда ходили вместе в Бруденхэмское аббатство на заутреню.

Она надела свое твидовое пальто и маленькую, круглую розовую шляпку с таким же шарфом, затем взяла перчатки и сумочку. Марта одобрительно кивнула, когда Дженни появилась у нее на пороге.

— Ты выглядишь аккуратно и мило, — провозгласила она.

Сегодня было заметно теплее, а тонкие солнечные лучи начали осторожно ощупывать городок, как бы в порядке репетиции. Марта и Дженни спокойно шли рядом, а когда они свернули из переулка на Кинг-стрит, пронзительная какофония разрушила воскресное умиротворение. Дженни испугалась.

— О боже, что это за ужасные звуки? — спросила она.

— Оркестр волынок репетирует в Грине, — сказала ей Марта. — Готовится к началу сезона. Янки-туристы просто без ума от волынок. Мешки-волынки, — добавила она, так как Дженни все еще выглядела озадаченной. — Это такое необыкновенное зрелище, а их килты при этом развеваются.

Когда они проходили миниатюрный парк, известный под названием «Грин», Дженни увидела, как волынщики маршируют вверх и вниз, и поняла, что сможет узнать мелодию, которую они играли. Некоторые прохожие останавливались, чтобы посмотреть и послушать. Миссис Макдональд и Мораг тоже были там. Марта помахала им через дорогу, и они помахали ей в ответ. Марта и Дженни приблизились, намереваясь присоединиться к ним, но тут увидели, что рядом с ними стоит третий человек: высокий мужчина с вьющимися черными волосами, сверкающими, как эбеновое дерево в солнечных лучах. На нем была серая твидовая куртка и килт, а в руках он держал шотландский берет. Он разговаривал с Мораг, которая не спускала с него глаз. Дженни заметила, что этим утром та выглядела чрезвычайно привлекательно. Ее малиновое пальто и шляпка выгодно оттеняли бледную кожу и темные волосы, делая ее похожей скорее на юную девушку, чем на женщину за тридцать, хотя ее фигура, несомненно, принадлежала зрелой женщине. Брюс Кэмерон увидел, как к ним приближаются Марта и Дженни.

— Доброе утро, мисс Лессе, — сказал он. — Отличный день.

— Доброе утро, мистер Кэмерон. Весна приближается, без всяких сомнений. Волынщики полны сил сегодня. Рады вновь оказаться на свежем воздухе, я думаю.

— Да. Они не дули на воздухе с прошлой осени, — согласился Брюс. Его глаза остановились на Дженни, невозмутимые, словно голубые камешки.

Чувствуя, что от нее что-то требуется, Дженни вежливо сказала:

— Доброе утро, мистер Кэмерон.

— Доброе утро, мисс Дин. Ведь это мисс Дин? — Его голос был глубоким и приятным.

Дженни почувствовала удивление. Она ожидала что-то вроде рычания.

Мораг пришла на помощь:

— Да, это Дженни Дин, Брюс. Дочь Чарльза Дина, приехала из Англии жить с ним и помогать ему в туристском магазине. Она прекрасно здесь устроилась.

— Рад это слышать, мисс Дин. — Он наклонил голову и снова повернулся к миссис Макдональд.

Мораг взяла Дженни под руку, и они пошли к белой церкви, за ними следовали Марта и миссис Макдональд.

— Ты ведь раньше не встречала Брюса Кэмерона? — спросила Мораг. — Что ты думаешь о нем?

— Думаю? О, я не знаю. Он выглядит немного свирепо, как будто не потерпит никакой чепухи.

Мораг улыбнулась:

— Именно так, но он не свирепый, Дженни. Он просто так выглядит. Внешний вид ничего не значит. Он по-настоящему добрый человек, самый добрый в мире, и он терпеливый и понимающий. Мы с Брюсом играли вместе, когда были детьми и я жила наверху, в «Кэмерон-Хилл». Поэтому я знаю, какой он на самом деле.