Эва Киншоу - Мелодия любви

Майкл поинтересовался, где она научилась своему искусству. Хелен взглянула на него, и в ее глазах вспыхнули золотистые искорки, но тут же в этих выразительных глазах промелькнула тень.

— Меня научил отец. Мы часто запускали змеев.

— Это счастливые для вас воспоминания, Хелен?

— Я, кажется, рассказывала вам, что моя мама умерла, когда мне едва исполнилось десять лет. А с мачехой мы были абсолютно разными людьми. Только когда родился Клаус, я поняла, почему она так ревниво относилась к нашим с папой занятиям… Она не могла иметь собственных детей.

Хелен некоторое время молчала, вглядываясь в прошлое. Затем встряхнула головой, и ее проворные пальчики вновь принялись за работу. Да, подумал Майкл, это отчасти объясняет ее неуверенность в себе, болезненную чувствительность…

— Расскажите о вашей работе, — попросил он и увидел, как ее лицо прояснилось. Хелен увлеченно принялась рассказывать, как ей удается помогать детям, страдающим заиканием, и некоторое время они обсуждали эту тему, как профессионалы. Он сказал: — Вы явно прирожденный воспитатель, Хелен.

Она метнула на него взгляд из-под опущенных ресниц.

— Мне кажется, это можно сказать и о вас, Майкл.

— Почему вы так считаете? — пожал он плечами.

— Клаус с первого взгляда почувствовал к вам доверие. Если учесть, что он принял вас за моего очередного знакомого… — Она сморщилась. — Вы просто сотворили чудо.

Он с усмешкой посмотрел на нее.

— Я всегда считал, что работа с детьми или крайне благодарное, или, наоборот, жутко мучительное занятие.

Поблагодарив Хелен за приятный вечер, он вскоре удалился в свою спальню. Его тронуло то, что постель была заново перестелена, а на тумбочке стоял графин с соком.

В один из последующих дней Хелен приготовила себе чай и спустилась на террасу. Майкл сидел дома уже неделю и стабильно поправлялся, и она начала размышлять о том, что будет дальше. Но неделя выдалась такой утомительной, что Хелен, откинув голову на спинку кресла, только и могла, что думать о том, какой чудесный месяц октябрь в Калифорнии. Джакаранда в дальнем конце сада стояла в полном цвету, африканское тюльпанное дерево у дорожки медленно роняло в траву свои алые лепестки, а живую изгородь из кустов гибискуса вокруг бассейна сплошь усыпали бутоны. Правда, сейчас в темноте нельзя было любоваться красочным зрелищем, но лиловые цветы на кустарнике «вчера, сегодня, завтра», который она своими руками посадила у террасы, наполняли вечерний воздух сладостным благоуханием.

Майкл в холле в очередной раз разговаривал по телефону, убеждая чиновников авиакомпании активнее заняться розысками его пропавшего саквояжа. Хелен скинула туфли и загляделась на хрустальную голубую воду бассейна, освещенную подводными фонариками. Неожиданно она ощутила рядом его присутствие.

— Садитесь, — пригласила Хелен, не поворачивая головы. — Налить вам чаю?

— Спасибо, нет. — Он сел и устало сжал руки коленями.

Хелен подобрала под себя босые ноги.

— Есть что-нибудь новое?

— Ничего. Нужная нам пассажирка еще не вернулась домой по адресу, указанному в их списке. Но, благодаря вам, они названивают ей каждый день.

— Думаю, большего от них требовать уже невозможно.

— Увы. — Он с непонятным выражением уставился на свои руки, потом повел плечами и заглянул ей в глаза.

— Так что вы думаете, Хелен?

Хелен не стала притворяться, что не поняла вопроса.

— О нас с вами? Но я еще не знаю, что вы предлагаете, — медленно выговорила она.

— Сохранять статус-кво до поры до времени.

— Майкл, это очень непросто.

— Не вижу, почему.

Она бросила на него иронический взгляд.

— Я подозреваю, что мои старания подружить Клауса с кем-то из моих знакомых мужчин только пропадут впустую после того, как в его жизни появились вы.

Он откинулся на спинку кресла и подложил руки под голову.

— Хелен, тут дело скорее в том, что вы делаете неудачный выбор.

Хелен допила чай и осторожно опустила чашку на блюдце.

— А вы пробовали просто полюбить снова, вместо того, чтобы стремиться обогатить жизнь сына?

Хелен молчала.

— Я полагаю, вы испытывали подобное чувство к Гарри и значит, представляете, что это такое.

Хелен проглотила комок в горле.

— Я не думаю, что это может повториться.

— Почему же нет? — улыбнулся он. — Любовь, как известно, поражает нас неожиданно.

Не нужно так улыбаться мне, Майкл, подумала она бессильно и вслух сказала:

— Я одного не могу понять — зачем это нужно вам?

Она увидела, как он сосредоточенно сдвинул брови. Свет, струившийся из окна холла, освещал его лицо. Он обвел глазами террасу.

— Честно говоря, сейчас я ощущаю себя немного не в своей тарелке…

— Вы жалеете, что вернулись?

Он смущенно, как ей показалось, пожал плечами.

— Нет. Но на то, чтобы привыкнуть к моей теперешней жизни после прежней, требуется время. Что мне остается на данный момент? С вами и Клаусом я чувствую себя, как дома.

У Хелен потеплело на сердце. Может быть, она сможет отблагодарить Майкла таким путем? Но она тут же насупилась.

— Вы только что подвергли критике мою личную жизнь, вернее, ее отсутствие, — сухо сказала она. — Ну а вы сами? Прежде чем вы уехали в отдаленные места, у вас, конечно же, были романы?

— Может быть, — произнес он. — Но брак и образ жизни, который я вел до сих пор, едва ли совместимы.

— Действительно, — подтвердила она сдержанно. — Если только вы не отыщете избранницу среди коллег.

Он откинулся на спинку кресла.

— Может быть, мы оба предпочитаем одиночество. Я из-за моей работы, а вы потому, что потеряли Гарри.

— К чему вы клоните? — Она замолчала, услышав шаги по дорожке. Чей-то голос негромко окликал ее по имени.

Майкл нахмурился и поднял голову.

— Кто?..

— Это Люк Эскью, — пояснила Хелен. — Помните людей, живших здесь по соседству? Люк — их сын, он работает на буровой вышке и иногда приезжает к ним погостить. Привет, Люк! — Хелен помахала рукой высокому плечистому юноше, направлявшемуся к ним через газон. — Помните Майкла Чесмена? Он вернулся домой.

Оказалось, что они прекрасно помнят друг друга, и после обмена рукопожатиями Люк тоже устроился в кресле на террасе. Ему было двадцать шесть лет, и за последние годы он и Хелен стали друзьями. Приезжая к родителям, Люк всегда заходил к ней. Судя по всему, он обрадовался встрече с Майклом и принялся расспрашивать его о работе. Сам он в настоящее время трудился на буровой вышке в Тирренском море.

Когда он собрался уходить, дело приняло неожиданный оборот. Он пожелал Хелен доброй ночи, а Майкла попросил уделить ему несколько минут. Майкл явно удивился, но предложил пройти на кухню.