Хелин Вэлли - Мой единственный

Мари порывисто обняла экономку.

— Ты не должна так думать, Баби. Мы обе знаем, что без тебя «Солнечная долина» пропадет. Ты никогда не была для нас посторонним человеком. А мои братья с сестрой и вовсе относятся к тебе, как к родной маме.

Лицо экономки просветлело.

— Спасибо, Мари. Я никогда не забуду то, что ты сейчас сказала. Но мне хочется закончить разговор. Фернан д'Убервиль — действительно надежный человек. Для женщины это много значит. Он отличный бизнесмен и всего добился сам. С ним ты будешь чувствовать себя, как за каменной стеной.

— Хорошо, — вздохнув, ответила Мари. — Обещаю тебе, что, если невозможное произойдет и Фернану вдруг, вопреки всем законам логики, взбредет в голову жениться на мне, я не стану ему сразу отказывать. Сначала поговорю с тобой.

— Вот и умница. А сейчас, — Баби поднялась с места, — мы будем есть мои булочки.

Через два дня Фернан, предварительно предупредив Мари по телефону, приехал в «Солнечную долину», чтобы отвезти ее в город и поужинать вдвоем в самом фешенебельном ресторане под названием «Сердце Луары». Из его окон открывался фантастический вид на знаменитый готический собор Сен-Гатьен, описанный самим Бальзаком в «Турском священнике».

Девушка не могла припомнить, когда в последний раз ходила на свидание. В любом случае с таким ослепительно красивым мужчиной ей никогда не приходилось еще ужинать в ресторане.

Мари начала нервничать задолго до назначенного времени. Тщательная подготовка к выходу в свет еще больше усилила чувство тревоги. Ей пришлось надеть то единственное вечернее платье, которое у нее было, — простое черное, до колен, с длинными рукавами и глубоким овальным вырезом. Оно было не особо модным и совсем не броским. В общем, вряд ли подходило для ужина с миллионером.

Простоту наряда Мари в меру своего умения попыталась компенсировать макияжем. Практически в первый раз она решилась накрасить губы и ресницы, наложить тени. Светлые волосы с помощью Баби она уложила в некое подобие высокой прически.

Но появившееся было удовлетворение от собственной внешности сразу померкло, едва на пороге появился Фернан. Просто удивительно, как строгий светло-серый костюм, безупречно белая сорочка и шелковый галстук шли ему! Рядом с этим уверенным мужчиной, пахнущим дорогим одеколоном, Мари сразу почувствовала себя неуклюжей маленькой девочкой.

Фернан поздоровался с ней, заявил, что она выглядит просто сногсшибательно, и повел к машине. И все! Ни слова, ни намека на тот поцелуй, о котором Мари вспоминала день и ночь. Но девушка не подала виду, что чем-то расстроена, села в лимузин рядом с Фернаном и с замиранием сердца приготовилась к самому романтическому вечеру в своей жизни.

— Ты успел просмотреть документы по «Солнечной долине»? — спросила Мари, когда ужин подходил к концу.

Она была совершенно очарована уютной обстановкой ресторана — свечами, фарфоровой посудой, ненавязчивой музыкой, деликатесами, которые ей помог заказать Фернан. Но больше всего ее потрясли заботливость и внимательность спутника, непринужденный разговор, который не прерывался ни на минуту. Оказалось, что их вкусы и взгляды на жизнь во многом схожи, отчего за этот вечер Фернан стал Мари удивительно близок.

— Да. — Он изящно поднес крошечную чашечку кофе ко рту и сделал глоток.

— И составил план действий?

— Кое-какие соображения у меня есть, — туманно ответил Фернан. — Но я сообщу их несколько позже. А сейчас я хотел бы пригласить тебя на танец. Надеюсь, сейчас ты не сбежишь от меня, как в день свадьбы Люсии.

Мари мило улыбнулась и кивнула. Фернан помог ей подняться и повел к небольшой сцене, на которой музыканты играли мелодичный джаз. Перед ней находилась танцплощадка.

Девушка не помнила, как оказалась в его объятиях, какая музыка зазвучала… Близость мускулистого тела Фернана так взволновала Мари, что она не могла думать ни о чем другом. Запах одеколона, широкий разворот плеч, крепость мышц, ощутимая сквозь ткань костюма, свежесть его дыхания на своей щеке — все это заставляло девушку дрожать от странного возбуждения, желать и бояться взглянуть в серые глаза своего партнера…

А еще мечтать о его поцелуях. Или даже о чем-то большем.

Не сознавая, что делает, Мари положила голову ему на плечо и теснее прижалась к Фернану. И уловила легкую дрожь, вдруг пронзившую его тело. Потом длинные уверенные пальцы приподняли ее подбородок, и Мари ощутила на губах его сухие горячие губы.

Поцелуй был легок, нежен и очень сладок. От него по спине девушки побежали мурашки, а сердце забилось как испуганная птица в клетке. Мари уже было не важно, что ее целуют в ресторане, на глазах у других людей. Она не понимала, где находится, и, только когда Фернан с легким вздохом сожаления оставил ее губы, открыла глаза, словно очнувшись от забытья.

Он посмотрел на ее зарумянившееся лицо и еле заметно улыбнулся.

— Мне… мне стыдно, — как-то по детски прошептала Мари. — Кругом люди.

— Понимаю. — Фернан сразу прервал медленные движения танца и повел ее к их столику. — Прости меня, пожалуйста. Просто не смог сдержаться. Может, ты хочешь поехать домой?

— Да. — Мари энергично закивала. Просто удивительно, как он угадал ее желание!

Взяв сумочку, девушка направилась к выходу. Дорога обратно, вившаяся среди долин и холмов Луары, прошла в полном молчании. Откровенному разговору мешало присутствие шофера, а перебрасываться репликами о хорошем ужине и отличном вине ни у кого из них двоих настроения не было.

Через полчаса лимузин остановился у входа ее дома. Все окна за исключением спальни Баби были уже темны. Девушка вздохнула. Как быстро пробежало время! Ей ужасно не хотелось расставаться с Фернаном, и она не могла найти объяснения своему чувству.

— Сейчас только десять, — произнес ее спутник, бросив взгляд на часы. — Может, пригласишь меня на чашку кофе? Я ведь еще не рассказал тебе о своих соображениях относительно будущего «Солнечной долины».

— Хорошо, — неожиданно быстро согласилась Мари.

Действительно, к чему отказываться? В доме не спала Баби, повод для разговора был достаточно важным… Так что уже через пятнадцать минут они сидели в кухне и пили ароматный кофе.

— Итак, я тебя слушаю, — прервала затянувшееся молчание Мари.

Фернан явно занервничал. Он встал и несколько раз прошелся по кухне. Затем сел напротив Мари и забарабанил пальцами по столу. Девушка недоуменно смотрела на него, не зная, что и думать. Фернан был не из тех мужчин, которых легко смутить.

Наконец он откашлялся и произнес: