Джульетта Армстронг - Остров цветущих апельсинов

Вскоре после ужина, принесенного застенчивым молоденьким официантом, Джози ушла спать, а к ним на чашку кофе и деловой разговор зашел Дэвид. Взгляд управляющего остановился на вазе со стефанотисами, но он ничего не сказал, а сразу приступил к делу и в первую очередь осведомился, как вел себя молодой официант, новичок Панос.

– Точно так же, как и все новички, – последовал спокойный ответ миссис Вассилу. – Или, может, чуть лучше. А почему ты спрашиваешь?

– Дельфина говорит, что он развязен, и если бы не приходился родственником Никосу, то не работал бы здесь. Я знаю, какую неимоверную важность вы придаете хорошим манерам, к тому же маловероятно, что Никос потерпит малейшую бестактность даже от самых близких и дорогих ему людей. Значит, с вашего одобрения, предоставим ему возможность поработать у нас?

– Конечно. – Миссис Вассилу отвечала решительно. – Беда в том, что Дельфина и Никос ненавидят друг друга. В этом я виню Дельфину – она слишком ревностно охраняет свое достоинство.

Серые глаза Дэвида вспыхнули.

– Тут я с вами не соглашусь. Никос – отличный парень, но иногда чертовски раздражает.

– Как и все мы, мой дорогой Дэвид, – холодно заметила миссис Вассилу. – «Гермес» не имел бы половины своей живучести, если бы мы – руководители – жили в полном согласии сборищем подхалимов. – Она повернулась к Ирэн. – Как ты думаешь, моя дорогая?

– Наверняка в деле желательно немного гармонии, – осмелилась заметить Ирэн, чем и вызвала смешок у бабушки и смущенную улыбку у Дэвида. Было ясно, что за спаррингом нет противостояния, собеседники обладают большим чувством юмора. Немного такта, и она поладит с обоими.

Но Дельфина у нее симпатии не вызывала. Ирэн сомневалась, сможет ли вообще, несмотря на все старания, относиться к ней по-дружески.

В этот вечер она получила новые впечатления, слушая спор бабушки и Дэвида, и вдобавок много сведений о работе современной гостиницы с точки зрения управления. Но через час она почувствовала себя слишком сонной, чтобы сосредоточиться, и отправилась в белую спальню, которую когда-то занимала вместе с родителями.

К ее удивлению, Джози бодрствовала, лежа в лунном свете с широко раскрытыми глазами.

– Иди сюда, Ирэн, – прошептала девочка, садясь на кровати. – Давай поговорим.

– Моя любимая, ты должна спать.

Ирэн присела на кровать младшей сестры.

– Я и спала, крепко. Но мне приснился Гай. Из-за цветов, наверное, потому что он всегда дарил тебе цветы.

– Я знаю. – Ирэн едва справилась с дрожью в голосе. – Но он исчез из нашей жизни. Мы начинаем заново. Нет больше тети Этель, нет Гая…

– Он намного лучше тети Этель, – возразила Джози. – Ты очень его любила, я знаю. – Она поколебалась и добавила: – Мне казалось, однажды вы поженитесь, как в сказках, что ты читала мне, а я буду подружкой невесты. Мы будем жить вместе в красивом доме с чудесным садом.

Ирэн нагнулась и поцеловала девочку.

– Взрослые – странные люди, – объяснила она, пытаясь улыбнуться. – Гай любил меня не так сильно, вот и все.

– Значит, это не то, что тетя Этель сказала, когда болтала об этом со своими друзьями.

– Любимая, нельзя подслушивать!

– Я нечаянно, когда делала в кухне домашнее задание. Про отказ от хорошего предложения из-за сентиментального вздора.

– Забудь, лапочка.

– Хорошо, Ирэн. Но по ночам я иногда все еще слышу, как ты плачешь, когда ты думаешь, что я крепко сплю. Правда, не так часто, как раньше.

– Ты слишком много видишь и слышишь… – начала Ирэн, но девочка притянула ее на подушку и обняла.

– Ну и пусть Гай не очень любил тебя. Зато я люблю тебя очень-очень. Больше любого взрослого.

Никто особенно не удивился, когда утром позвонила Дельфина и сказала, что день-два не сможет вернуться – малыш все еще нездоров.

Никто особенно не волновался. Все равно сейчас не самое жаркое время и гостиница не особенно полна. Что касается болезни Тео, одна из девушек видела его на улице с бабушкой. Предположили, что заболела сама Дельфина, но не хотела признаться – глупо, так как все видели, как много она работает и, несомненно, заслуживает передышки.

Несмотря на ее отсутствие, все шло гладко. Пока Джози занималась в классе мисс Тейлор в пристройке гостиницы, Ирэн приобретала практические навыки работы.

Но на третий день грянул гром. Когда Ирэн и Джози мирно завтракали с бабушкой в ее удобной старомодной гостиной, появился Дэвид и объявил, что только что без уведомления прибыла большая группа скандинавских туристов. Очевидно, их подвело турагентство, сообщив, что для них заказаны номера в «Гермесе», когда ничего подобного сделано не было.

Вообще-то следовало отослать группу на поиск удачи в других гостиницах острова. Но в «Гермесе» случайно имелись свободные номера, и, поскольку это было удачной возможностью наладить связь со скандинавскими странами, Дэвид любой ценой был намерен их удержать.

– Была бы здесь Дельфина, – хмурясь, начал управляющий. – И Геркулес, а он болен!

– Мой милый Дэвид, незаменимых людей нет. Мы все засучим рукава. Ну, дети, допивайте кофе и пойдем. Джози может помогать мне и горничным, если захочет, пока не будет готова мисс Тейлор. А Ирэн может дать объяснения туристам.

– Не много ли вы от нее требуете? Даже если ее немецкий столь же хорош, как у Дельфины, у нее нет опыта.

– Ирэн знает шведский, – торжествующе похвасталась миссис Вассилу. – Это так, дитя?

– Ну, только поверхностно, – призналась Ирэн. – Понимаю, если не слишком торопятся. Но говорю не очень свободно.

– Ты блестяще справишься, – заверила ее бабушка. – Разговор на родном языке, даже если ты будешь иногда медленно подбирать слова, вызовет у них восторг. Ну, пошли.

Джози сильно волновалась, цепляясь за руку бабушки, а Ирэн обнаружила, что с трудом скрывает тягостные предчувствия. Попасть в окружение возмущенных английских туристов уже плохо. Но пытаться уговорить сердитых и громогласных шведов…

Дэвид, умело отделив ее от миссис Вассилу и Джози во время перехода к главному зданию, проявил внезапное сочувствие.

– Не пытайтесь говорить по-шведски, как предлагает ваша бабушка, если сомневаетесь, – порекомендовал ей он. – Если хорошо владеете немецким – как Дельфина, все пройдет как по маслу. Похоже, все шведы его знают. К тому же очень многие хорошо говорят по-английски.

Но миссис Вассилу имела дар убеждения. В холле, с внучками за спиной, она объявила собравшейся небольшой толпе шведов на ясном, четком немецком, что сейчас фрейлейн Ирэн на их родном языке сообщит о принимаемых мерах. С этими словами она изящно поклонилась и вихрем унеслась наверх, Джози не отставала от нее ни на шаг.