Сара Роуз - Фарфоровая куколка

Страх.

Она вся съежилась.

Из этого тягостного состояния ее вывели шаги мужа. Он шел в ее комнату, поднявшись на лифте. Рейчел, быстро оглядевшись, заложила открытку в первую книгу, попавшуюся под руку. Подчиняясь какой-то неведомой ей силе, она не стала выбрасывать последнее послание Патрика.

— Дорогая, ты скоро? — Муж нежно поцеловал ее в висок. И не мог не обратить внимания на цветы. — Какие красивые. От кого это?

— Не знаю, — солгала она.

Рейчел не хотела бросать учебу, но из-за внезапного замужества ей пришлось перевестись на заочное отделение.

Патрика она больше не видела.

У Рейчел и Норманна началась новая жизнь. Утром она провожала мужа на работу. По вечерам они вместе ходили в спортивный клуб для поддержания спортивной формы. На уикэнд навещали родителей, потом ехали развлекаться в ночном клубе или просто прогуливались по улицам города.

Миссис Хилтон особенно радовалась, глядя, как молодожены всюду бывают вместе. Ее это весьма умиляло. И она неустанно с гордостью повторяла: «И все-таки я не ошиблась в выборе зятя». Она с первой минуты полюбила Норманна, словно родного сына. Разговаривая по вечерам с мужем за чашкой чая, она частенько говорила ему:

— Вот видишь, Джеймс, какой у нас замечательный зять.

— Зять как зять, — сухо отвечал мистер Хилтон.

Он полагал, что еще слишком рано делать какие бы то ни было выводы. Мистер Хилтон честно пытался его принять как сына, но почему-то это не удавалось. Возможно, он просто придирчиво подходил к нему. А может, причина крылась в подсознании. Во всяком случае, объяснить он ее пока не мог.

— Дорогой мой, ты слишком строго его оцениваешь, — заметила жена. — Он такой интеллигентный, умный, воспитанный…

— Ты так говоришь, словно нас окружают одни невоспитанные идиоты, — не выдержал мистер Хилтон.

— Джеймс, не будь с ним так строг, — попросила она.

— Кстати, ты знаешь, что Рейчел сняла со своего счета четыреста тысяч долларов, — неожиданно заявил мистер Хилтон, пропуская мимо ушей слова жены.

— Так много? — удивилась мать. — Странно, зачем бы это?

— Мне она ничего не сказала, — задумался он и пояснил: — Я об этом узнал от управляющего банком. Он подумал, что Рейчел собралась сделать дорогую покупку.

Рейчел действительно ничего не сказала об этом. Она и не могла сказать. Впервые в жизни она скрыла от родителей правду. Ей не хотелось раскрывать им тайну мужа.

Как-то раз они вышли из спортивного клуба, собираясь после тренировки поехать домой. В этот момент к Норманну подошли двое странных людей. Они, извинившись перед Рейчел, попросили ее мужа отойти в сторону. Разговаривали минут пять, не больше. Рейчел все время наблюдала за ними. Их лица ей не нравились. Они были какими-то злыми. Парни все время грубо и некрасиво жестикулировали руками, напирая на Норманна. Когда Норманн вернулся, его лицо было мрачнее тучи.

— Дорогой, что-то случилось? Кто эти люди? — взволновалась она.

Норманн долго молчал, не в силах признаться. Но Рейчел потребовала немедленного ответа, и он начал, бессмысленно уставившись в стекло машины.

— Помнишь, когда я просил твоей руки, я сказал, чтобы ты спасла меня?

Рейчел помнила, но почему-то все время откладывала разговор на эту тему.

— Разумеется, помню, — ответила она.

— У меня большой долг, и если через два дня я его не выплачу, со мной пригрозили разделаться, — признался он.

— Сколько? — строго спросила Рейчел.

— Четыреста тысяч долларов, — гробовым голосом проговорил он, опуская голову от стыда.

— Сколько?.. Четыреста тысяч?.. — удивленно переспросила Рейчел. — Но это же огромная сумма! Когда ты ее успел задолжать?

— Мы еще не были женаты.

— А зачем ты брал в долг столько денег? Ты хотел открыть свое дело? — пыталась понять Рейчел.

— Я хотел разбогатеть… при помощи казино. — Норманн чувствовал себя ничтожеством.

Несколько минут они сидели молча.

Норманн сгорал от стыда.

Рейчел думала, как бы ему помочь.

— Завтра у тебя будут эти деньги, — твердо сказала она. Норманн вскинул на нее глаза. В них горел огонек надежды. — Только пообещай мне никогда в жизни больше не переступать порог казино. Я — богатая наследница, и тебе ни в чем не придется нуждаться, — добавила она.

— Обещаю, — надтреснуто сказал Норманн и вздохнул с облегчением.

Вскоре Рейчел забеременела.

Она немного поправилась, но это нисколько ее не портило. Наоборот, в ней появился какой-то шарм, что-то неуловимо-прекрасное. С этого момента ее жизнь значительно изменилась. Каждое утро, проводив мужа на работу, она посещала клуб под названием «Здоровая семья», где с такими же, как и она, будущими мамашами обсуждали вопросы не только о здоровье физическом, но и психологическом. В этом клубе тщательно пропагандировалась идея «сознательного родительства». А Рейчел собиралась быть сознательной матерью. Теперь вместо занятий спортом она прогуливалась по парку с матерью. Дышала бодрящим воздухом, пила свежий сок, глотала витамины и ходила по врачам.

Жизнь Норманна осталась прежней. После работы он, не заезжая домой, катил в царство спорта, где с удовольствием предавался тренировке. Конечно же, в выходные он все свое время посвящал жене. Норманн был заботлив и нежен. Дарил цветы и, казалось, ждал рождения ребенка не меньше, чем сама Рейчел.

Все находились в состоянии эйфории от предстоящего события. В доме Хилтонов постоянно обсуждалась тема о поле будущего наследника семьи. Будущая мама отказалась делать УЗИ, потому что хотела сюрприза. Миссис и мистер Хилтоны придумывали имя сразу и мальчику, и девочке, не спрашивая, что по этому поводу думает сама Рейчел.

Миссис Хилтон то и дело посещала магазин для новорожденных, где скупала всяческие крошечные вещички для будущего внука.

Он еще не родился, но она его уже обожала.

Дочери она то и дело давала полезные советы по поводу сбалансированного питания и внутриутробного воспитания ребенка. Она накупила кучу дисков с классической музыкой и заставляла дочь слушать их. Перед ее кроватью повесила картину с изображением двух очаровательных ангелочков. Миссис Хилтон специально для этого заехала в художественную галерею и заказала ее знакомому художнику, не без гордости объяснив, для чего потребовался именно этот образ. Она считала, что если постоянно смотреть на красивых деток, то у нее обязательно родится красивый внук. Картина вскоре была написана. И теперь каждое утро, едва открывшись, глаза Рейчел невольно упирались в образ двух пухленьких божественных малышей, державшихся за руки. Она улыбалась и, гладя заметно округлившийся живот, представляла себе своего будущего ребенка. Ей так хотелось, чтобы он побыстрее родился. В мыслях она видела его лежащим в своей маленькой кроватке в детской комнате, которая уже была полностью оборудована и ждала появления своего маленького хозяина или хозяйки.