Мирра Блайт - Маленькая ложь

Бабушка оставила открытым окно в спальне, и Элизабет поднялась закрыть его. В это время она услышала телефонный звонок и подпрыгнула — ее нервы были натянуты, как скрипичные струны. Но это звонил телефон у соседей.

Элизабет прикрыла окно и стала всматриваться в дорогу по обе стороны от дома. Мимо проехал почтальон, развозящий почту, двое мальчишек направлялись в школу, соседский рыжий кот вспрыгнул на забор и старательно умывался.

— Элизабет! — донесся снизу голос бабушки.

— Иду, — отозвалась она и, отходя от окна, увидела черную машину, которая показалась из-за угла. Застыв на месте, она уставилась на нее. Машина замедлила ход и остановилась у их дверей.

Задребезжал звонок, а она продолжала стоять на месте, как прикованная, с лихорадочно бьющимся сердцем.

Она услышала голоса в прихожей — высокий и восторженный бабушкин и его — низкий, бархатный.

Элизабет показалось, что она сейчас потеряет сознание. Она слышала, как, прыгая через две ступеньки, Тед бежал по лестнице.

— Элизабет, дорогая, как ты, моя радость? — К удовольствию бабушки, у него был неподдельно взволнованный голос. — Что с тобой? Ты ужасно выглядишь.

— Я, было, подумала, что вы уже не появитесь, — сказала она первое, что пришло в голову.

Он жестко взглянул на нее.

— Тебе бы следовало знать, моя девочка, что я всегда выполняю свои обещания. Хотел бы надеяться, что и тебе это свойственно. — И, прежде чем она смогла понять, что он имеет в виду, сказал: — А теперь поторопись. Я посажу бабушку в машину. — Он торопливо спустился по лестнице.

Элизабет подхватила сумку, взяла плащ из своей комнаты и поспешила за ним.

Через пару часов она уже стояла рядом с Тедом, наблюдая, как огромный лайнер разбегается по взлетной полосе. Нос у него приподнялся, и он оторвался от земли, медленно взмыв в воздух. Все выше и выше, быстрее и быстрее, они слышали рев мощных турбин, но вскоре их гул стих, и самолет исчез из виду.

Элизабет с трудом перевела дыхание и поймала себя на том, что впилась ногтями в ладони. Наконец-то все в порядке. До последней секунды она сомневалась, что все удастся.

— Вот так, — удовлетворенно сказал Тед, посмотрев на нее. — У вас такой вид, что чашка крепкого кофе вам отнюдь не помешает, — сказал он. — Идемте.

Элизабет позволила ему увлечь ее сквозь толпу аэропорта. Они быстро нашли кафе и сели за столик, на котором стояли чашки дымящегося кофе.

— Ну что ж, — сказал Тед, — моя миссия окончена. Вы довольны?

Эти слова прозвучали для нее похоронным звоном. Молча кивнув, Элизабет опустила глаза.

— Вы слишком серьезно все воспринимаете, — сказал он. — Неужели это имеет для вас такое значение?

Она снова кивнула, не поднимая глаз от чашки.

— Я всем сердцем привязана к бабушке, — сказала она, — а когда привязываюсь к кому-то, делаю для него все, что в моих силах.

Подняв голову, она встретила взгляд его черных глаз, внимательно изучающих ее. Ей не хотелось, чтобы он так смотрел на нее — это заставляло ее нервничать.

— Вплоть до того, чтобы предложить жениться на себе совершенно незнакомому человеку? — мягко спросил он.

— Я не предлагала вам жениться! — едва не выкрикнула она и бросила быстрый взгляд вокруг, испугавшись, что их услышат.

— Прошу прощения, — насмешливо протянул он. — А мне было показалось, что именно это вы и сделали. Насколько мне помнится, вы предложили, чтобы я занял место Фреда.

— Ничего подобного я не делала, вы сами заняли это место. Если бы вы выслушали меня, вместо того чтобы выкидывать из машины, вам бы все стало ясно, и вы не стали бы обвинять меня в… в чем-то ужасном. У меня и в мыслях такого не было, — раздраженно сказала она.

— Ага! — развеселился он. — Бедная маленькая девочка! Вы еще так и не поняли, в каком неприглядном мире вам приходится существовать.

— Я не нуждаюсь в вашей опеке, — огрызнулась она и одним глотком допила кофе.

— Вот это уже лучше, — с убийственной вежливостью сказал Тед. — На ваших щечках появился румянец. А я еще сомневался, будете ли вы утром настолько хорошо себя чувствовать, чтобы поехать в аэропорт.

— Я чувствую себя прекрасно, — парировала она. — И не могла не поехать, я должна была увидеть, как бабушка…

— Вы мне не доверяете? Вы решили, что я могу похитить старую леди или же засунуть ее в другой самолет? — Его брови приподнялись.

Она наконец поняла, что он шутит, и выдавила слабую улыбку.

— Конечно же, нет. Без вас мы бы не справились. Вы обо всем позаботились, и я вам очень благодарна. Я не очень разбираюсь в авиационных рейсах.

— Да и бабушка, как она мне сказала, никогда раньше не летала. Очень приятная леди. — Тед на мгновение задумался. — Она бы так и не снялась с места, если бы не наш маленький… э-э-э… обман, верно?

— Это точно, — согласилась Элизабет, улыбнувшись. — Под ее мягкой внешностью скрывается железная настойчивость и целеустремленность, оставшиеся с того времени, когда она работала в школе. И уломать ее бывает не так просто. А теперь я должна отправиться домой. Вы и так уже потратили на меня слишком много времени. — Она одарила его мимолетной улыбкой. — Остается надеяться, что ваша честь удовлетворена. Если бы вы еще могли подбросить меня до станции…

Его чувственный рот приоткрылся.

— Вы удивительная девушка, каждый раз вы так и рветесь на станцию! Надеюсь, вы не фанатичная поклонница железных дорог? Нет, Элизабет, у меня совсем другие планы. Сегодня я свободен, и мы поедем к вам.

В ее согласии он не сомневался.

— Итак, двинулись, — сказал он, направляясь к выходу из кафе.

В главном зале, где толпилась масса людей, было жарко и душно. Тед обнял ее за плечи, чтоб помочь пробираться сквозь толпу, но Элизабет резко высвободилась: она сняла плащ, и прикосновение его руки к обнаженному телу вызвало у нее дрожь. Следуя за ним к месту стоянки, она вспомнила, как он сказал Фреду, что никогда не будет приманивать девушку обручальным кольцом, чтобы затащить ее в постель. В этом она не сомневалась. Его привлекательность просто пугала ее. Это потому, подумала она, что он считает ее маленькой, наивной и невинной девушкой, и его не волнует, какое впечатление он производит на нее. В силу каких-то причин — может быть, из-за гордости — она испытывала скорее гнев, чем облегчение.

Когда они оказались в машине, Тед взглянул на часы.

— Так, — сказал он. — В ресторан сейчас не пробиться, так что едем прямиком в Уотфорд. Для только начавшей выздоравливать вполне достаточно толкотни и переживаний.

Это не могло не обрадовать Элизабет. Она и в самом деле уже чувствовала утомление. Откинувшись на спинку сиденья, она закрыла глаза. Скоро всему придет конец. Она вернется домой, несколько дней отдохнет и начнет искать работу.