Анна Де Пало - Надежные мужские объятия

Эллисон постаралась не замечать легких уколов совести. Эйва Уиттейкер всегда умела повернуть любую ситуацию в нужное русло.

— Но вы все бросились наперебой благодарить Коннора, как будто я — худший клиент в его жизни.

Мать недоуменно приподняла брови и улыбнулась.

— Элли, ты прекрасно знаешь, что мы не имели в виду ничего подобного. Братья просто поддразнивали тебя. Раньше ты всегда одерживала над ними верх в такой игре. К тому же не забывай, с какими неудобствами это связано для Коннора.

Эллисон выпрямилась в кресле, изображая напряженную работу мысли, потом щелкнула пальцами.

— Ну конечно! Сегодня утром ему пришлось мерить шагами прихожую, ожидая меня.

Элизабет фыркнула, а Эллисон добавила:

— Ты же знаешь, я просто обожаю понежиться под горячим душем.

Миссис Уиттейкер попыталась изобразить на лице серьезную обеспокоенность, но не смогла.

Девушка посмотрела на Лиз и снова перевела взгляд на мать.

— Неужели никому в этом доме не приходит в голову, что я вынуждена жить с мужчиной!

Она сделала вид, что сама в ужасе от собственных слов, и прикрыла рот ладонью.

— Я хочу сказать, будь это кто-то другой, а не Коннор, вы вряд ли бы чувствовали себя спокойно и, уверена, Мэтт с Ноем не стали бы желать ему удачи.

— Но ведь это Коннор, дорогая. — Эйва сделала паузу. — Или, может, ты хочешь сказать, что между вами уже что-то происходит?

— Конечно, нет!

«Какая глупость! — добавила Элли про себя. Тот поцелуй, разумеется, не в счет».

— Мы просто обсуждаем то, что может произойти, — продолжала она вслух. — Неужели вам не приходило в голову, что жизнь под одной крышей с мужчиной может создать некоторую… неловкость? Это чересчур… интимно, такой близкий контакт!

Во взгляде миссис Уиттейкер появилось особое выражение.

— О да, я понимаю.

Эллисон знала этот блеск в глазах своей матери. Последний раз она видела его, когда стало известно, что у Лиз и Квента будет ребенок.

Девушка обреченно откинулась в кресле.

— Нет, мама, ты не понимаешь.

А она-то так рассчитывала на материнскую поддержку, которая помогла бы избавиться от присутствия Коннора в бостонском доме. Получилось же прямо наоборот — миссис Уиттейкер, похоже, была приятно удивлена, и только.

— По крайней мере, — возразила Эйва, — я вижу одно: что в твоей квартире поселился приятный молодой человек.

Эллисон нахмурилась и стала смотреть на лужайку за окном. Интересно, как бы отнесся Рафферти к тому, что его назвали «приятным молодым человеком»?

— И если бы кое-кто умел разглядеть свое счастье, было бы совсем хорошо.

Элли кивнула Лиз.

— Ты поняла? Она уже подсчитывает количество будущих внуков. Это все вы с Квентином виноваты.

Элизабет покачала ребенка.

— Ну, если уж на то пошло, Коннор — выгодная партия. Я имею в виду, если он тебе нравится.

— Кстати, о внуках… — добавила Эйва, забирая Николаса у невестки. — Я очень привязана к моему маленькому солнышку, но не могу не сожалеть, что Квент и Лиз не успели справить настоящую свадьбу.

Миссис Уиттейкер начала ходить по комнате, бережно прижимая малыша к груди.

— Так что, моя дорогая, постарайся принимать «долгий горячий душ» в одиночестве. И дай возможность Коннору принять холодный.

— Мама!

На долю секунды Лиз была шокирована, потом рассмеялась.

Эйва направилась к выходу, продолжая улыбаться.

— Мы даже не нравимся друг другу! — крикнула Элли ей вслед. — Мы несовместимы, как лед и пламень! — И добавила, повернувшись к подруге: Ну почему я должна все время оправдываться?

— Мне кажется, ты слишком много выступаешь.

Эллисон схватила подушку с кресла и запустила ею в Лиз, а та со смехом увернулась.

Следующая неделя прошла как в тумане. Специалисты из «Рафферти секьюрити» закончили установку сигнализации в доме, и жизнь вроде бы начала входить в свое обычное русло. Каждое утро, когда Элли спускалась вниз, чтобы ехать на работу, Коннор уже ждал ее с ключами от машины в руке. Если девушка не звонила в конце рабочего дня, он сам связывался с ней и спрашивал, когда заехать в офис.

В среду Эллисон решила улизнуть от своего охранника, но Рафферти все равно приехал в прокуратуру и прождал там полчаса, пока она не закончила работу. Элли потом мучили угрызения совести, сколько бы она ни повторяла себе, что парень заслужил такое обращение — нечего было вторгаться в чужой дом и в чужую жизнь.

Девушка изо всех сил старалась замечать Коннора не больше, чем какое-нибудь пятно на стене, однако они постоянно сталкивались друг с другом в течение дня. В углу ее кабинета появился компьютер и бумаги Рафферти, а в доме можно было увидеть теперь мужские вещи.

Но больше всего Эллисон беспокоили некие флюиды, исходящие от Коннора из-за постоянной близости. Именно это она имела в виду, пытаясь объяснить своей матери, почему испытывает «неловкость», живя под одной крышей с мужчиной.

В четверг утром, собираясь на работу, Элли обнаружила, что оставила блузку в шкафу в прихожей. Зная, что Коннор принимает душ, девушка бросилась в коридор как была — в бюстгальтере и юбке.

Найдя блузку, она собиралась так же бегом вернуться в свою спальню, когда дверь ванной комнаты неожиданно распахнулась и на пороге возник Коннор с полотенцем вокруг бедер. Их взгляды встретились, и Эллисон отметила про себя, что полуобнаженным он кажется даже выше и сильнее, чем в одежде. Девушка была не в силах отвести глаза от сильных мужских рук с красиво очерченными мускулами и темной полоски волосков на подтянутом животе.

Подняв взгляд, Элли почувствовала, что краснеет — то ли оттого, что мужчина заметил ее любопытство, то ли из-за повышенного внимания самого Коннора к ее фигуре и полупрозрачному бюстгальтеру.

Эллисон поспешно прижала блузку к груди, решительно прошествовала мимо своего охранника и, не оборачиваясь, с силой захлопнула дверь спальни.

К вечеру пятницы, когда Рафферти забрал девушку с работы и привез домой, напряжение между ними достигло точки кипения.

Сменив деловой костюм на джинсы и футболку, Элли спустилась на кухню, чтобы быстро приготовить что-нибудь на ужин и засесть за разбор бумаг, которые она взяла на выходные с работы.

К досаде хозяйки, гость как раз находился в прихожей. Он развязал галстук и, очевидно, собирался подняться наверх, чтобы переодеться.

Увидев ее с папками под мышкой, Коннор остановился.

— Что я вижу? Неужели у тебя нет других планов на вечер пятницы?

Эллисон вызывающе вскинула подбородок.

— Мне нужно закончить работу. — И добавила, словно оправдываясь: