Джейн Портер - Память любви

У него внутри все перевернулось. Он не хотел думать об этом, не хотел вспоминать. Ее пальцы крепко сжали его руку.

– Я больше не могу притворяться и не могу забыть. – Она замолчала и вздрогнула. – Мы должны вернуть нашего ребенка.

Наверное, ей приснился кошмар. Она снова заговорила о ребенке.

– Ана, нет никакого ребенка.

– Я была беременна! – горячо возразила она, оттолкнув его. – Поэтому мы хотели убежать. Мы хотели защитить нашего ребенка.

– Да, но у тебя был выкидыш.

Пять лет назад после выкидыша она стала бесплодна. Они обращались к лучшим специалистам, прошли бесчисленные процедуры, но все было напрасно. Анабелла так и не смирилась с диагнозом, а Лусио считал, что двухгодичное лечение от бесплодия явилось одной из причин их развода. Первым сигналом.

Или последним.

Лусио взял ее за плечи и посмотрел ей в глаза.

– То, что ты не можешь иметь детей, еще не значит, что ты не можешь стать матерью. Мы можем усыновить кого-нибудь.

– У меня есть свой ребенок!

Мысль о ребенке засела у нее в голове, и она не хотела мириться с действительностью.

Он нежно погладил ее по щеке. Его широко раскрытые глаза были полны боли. Сердце болело за нее… за них обоих.

– Ты любишь меня? – прошептала она, пристально глядя ему в глаза.

– Конечно.

Она улыбнулась – медленно, неуверенно, от улыбки ее лицо расцвело умопомрачительной красотой.

У него все внутри сжалось. Анабелла Гальван Круз целиком владела его сердцем, телом, разумом и душой.

Ана продолжала смотреть на Лусио. Его длинные волосы свободно рассыпались по плечам – ей так нравилось, – его грудь обнажена. Он выглядел как гаучо из ее снов. Сильный, мужественный и бесстрашный, Лусио мог справиться со всем. И он хотел ее…

Анабелла почувствовала прилив любви к нему и, наклонившись вперед, слегка поцеловала его в губы.

– Я так рада, что ты вернулся.

Ее пугали его молчание и отстраненность, она боялась, что его чувства к ней изменились.

– Я думала, что ты полюбил другую женщину, стыдливо призналась она. – Прошло так много времени.

Их глаза встретились.

– Я всегда хотел быть только с тобой, Ана. Ты должна мне верить.

Она медленно провела пальцами по его мускулистой груди.

– Так где ты был?

– Работал, – ответил он, немного помедлив.

– Где?

– То тут, то там.

Она быстро взглянула на него.

– Я так и не познакомилась с твоей семьей?

– Нет.

– Почему?

И опять ему потребовалось время, чтобы ответить, и она почувствовала, что он чего-то не договаривает.

– Они не хотят со мной знакомиться?

– Нет, Ана, – он медленно выдохнул. – Кое-что случилось. Мой отец был болен.

Она внимательно посмотрела на него, потом спросила:

– Он и сейчас болен?

– Он умер пару месяцев назад.

Бог мой! Ана почувствовала, как у нее комок подкатился к горлу. Она знала, как сильно Лусио любил отца, как восхищался им. Отец Лусио был знаменитым гаучо с берегов реки Игуасу, его жизнь стала настоящей легендой.

– Извини, – прошептала она.

Внезапно тяжесть отступила. Значит, вот где он был. Вот почему он уехал и оставил ее одну. Он был с отцом, с семьей. Теперь все понятно. Она прижалась к нему.

– Но я хочу познакомиться с твоей матерью и братьями. Для меня это много значит, Лусио. Я думаю, что так будет лучше для нас обоих.

Когда она уснула, Лусио осторожно уложил ее в кровать, накрыл одеялом, взял подушку и одеяло из шкафа и растянулся на полу. Он долго лежал без сна и проснулся лишь когда утреннее солнце озарило комнату ярким светом.

Открыв глаза, Лусио увидел, что Анабелла наблюдает за ним, облокотившись на подушки.

– Привет! – улыбнулась она.

– Привет! – Он отбросил волосы с лица.

– Ты такой красивый. – Она вылезла из-под одеяла и положила подбородок на руки, не отрывая от него взгляда. – Я никогда не устану смотреть на тебя.

– Ана!

– Это правда. У тебя такое благородное лицо, она послала ему воздушный поцелуй.

– Ана.

– И глаза. Нет, твой голос. Нет, твои губы, – она снова улыбнулась и подняла брови. – У тебя самые красивые губы в мире.

Он повернулся на спину, сложив руки под головой. Она была очень больна, но безумно красива.

Лусио было тяжело смотреть на нее. Ему не следует так реагировать на нее.

– И что? – спросил Лусио, растягивая слова и стараясь расслабиться. Он не должен допустить, чтобы между ними что-нибудь произошло. – Ты целовала все губы мира?

Она засмеялась.

– Ты всегда был таким ревнивым.

– Не был.

– Нет, был. Странно, что у тебя нет дубинки и меховой набедренной повязки.

Он улыбнулся и посмотрел на нее. Ее длинные волосы падали ей на плечи. Полные губы были розовые, словно спелый персик. Этим утром она выглядела самой сексуальной женщиной в мире.

– У меня есть дубинка, но ты не должна об этом знать. Это на крайний случай.

Ее звонкий смех разнесся эхом по комнате. Она соскользнула с кровати и легла на пол рядом с ним.

– Тебе не доводилось убивать человека?

– Я не убиваю людей, Ана.

– Однако ты много дрался, да?

– Но никогда никого не калечил.

Это было не совсем правдой, но ей же не нужны жестокие подробности?

– Ты дерешься кулаками?

– В чем дело? Откуда такой интерес к дракам?

Ты хочешь, чтобы я кого-нибудь побил?

Анабелла задрожала. Внутренний голос подсказывал ей, что Лусио сделает для нее все, что она попросит. Абсолютно все. Он пойдет на край земли.

Он войдет в клетку ко льву, чтобы спасти ее.

Но сделает ли он это ради их ребенка?

Ана села, ощутив в голове странное покалывание, которое переросло в дрожь. Какая странная, причудливая мысль!

Он погладил ее по руке.

– Где ты сейчас, Ана?

Его голос был тихим, нежным. Ана заморгала и покачала головой. Где она? Здесь, конечно. Она была здесь, в комнате с Лусио. Она склонила голову набок, слушая голос у себя в голове. Он был мягкий и одновременно далекий.

Что они здесь делают – и чья это комната? Она нахмурилась и посмотрела на ковер, стены, окно.

– Где мы?

– На вилле, в Мендозе.

Но ей это показалось странным. Она этого не помнила. Ей казалось, что она потерялась, погрузилась в воду и начала тонуть.

– Лусио?

– Да, малышка.

– Почему ты здесь… спишь со мной в одной комнате?

Он протянул руку и откинул длинный локон с ее лица.

– Ты была больна.

Она снова нахмурилась, пытаясь вспомнить свою болезнь, но безрезультатно. Она попыталась еще раз… опять ничего.

Лусио все еще убирал волосы с ее лица.

– Ты помнишь больницу? – спросил он.

Она закашлялась. Больницу? Когда?

– Нет.

– Ты лежала в больнице.