Изобел Чейс - Апельсиновая ночь

— Дон Рафаэль говорит, что прямо за углом есть школа, — сообщил он. — Он считает, что я могу туда ходить. Он собирается позвонить и поговорить с падре Аллегро.

Карен села, окончательно проснувшись.

— Что он говорит? — переспросила она.

— Это очень хорошая школа, — уверенно продолжал Тимоти. — Дон Рафаэль кое с кем там знаком. И мне не нужно будет носить всю форму, а только рубашку.

— Посмотрим, — жестко сказала Карен и вскочила с постели. — Зачем обсуждать что-либо с доном Рафаэлем? — сердито спросила она сына.

Тимоти спокойно стоял и улыбался.

— Он учил меня испанскому языку. Он самый лучший!

Карен посмотрела на него, окончательно рассердившись:

— Иди и оденься!

Дон Рафаэль работал в саду. Он осторожно пытался вернуть помятые цветы к жизни.

— Проклятые коты! — воскликнул он, увидев Карен. — Смотрите, что они натворили!

Помогая ему подвязывать растения, Карен вдруг почувствовала к нему симпатию, что в тот момент было совершенно лишним. В лучах утреннего солнца Рафаэль выглядел даже более красивым, чем ей казалось до этого. Его темная кожа эффектно контрастировала с чистейшей белоснежной рубашкой.

— Зачем вы обсуждали с Тимоти школьные дела? — спросила она неожиданно.

— Ах да, я собирался рассказать вам о школе. Директор там — священник, я неплохо с ним знаком. Тимоти в школе будет хорошо, и испанский сможет выучить.

— То есть все уже улажено? — язвительно поинтересовалась Карен.

Дон Рафаэль нахмурился:

— Вовсе нет. Отец Аллегро должен еще побеседовать с мальчиком. Но я думаю, все будет в порядке.

Карен окончательно вышла из себя и сердито топнула ногой, она разозлилась еще больше, когда он только улыбнулся в ответ и спросил:

— Возможно, вы знаете школу лучше? Тогда скажите мне, где она находится. Ведь мы не хотим, чтобы Тимоти тратил ежедневно на дорогу много времени.

— Мы не хотим ничего. Это я — мать Тимоти.

— Я не оспариваю этот факт, — рассмеялся дон Рафаэль. — Но вряд ли вы можете судить о том, что будет лучше для мальчика в Испании.

— И вы никогда не ошибаетесь, я полагаю? — Карен была так раздражена, что невольно позволила себе нагрубить. — Прошу прощения, — извинилась она. — Только я думаю, что прежде должна навести справки.

— Разумеется, — сказал дон Рафаэль с таким обаянием, что сердце Карен невольно оттаяло. — Итак, вы намереваетесь все разузнать, не так ли? Хотите побеседовать с падре Аллегро?

— Полагаю, что да, — ответила она с неохотой.

— Замечательно. Я зайду за вами в одиннадцать тридцать. Тимоти тоже лучше пойти с нами. Пусть познакомится с остальными мальчиками и сам увидит, чем они занимаются.

— То есть вы хотите сказать, что пойдете с нами? — удивился Карен.

Дон Рафаэль решительно кивнул:

— Для меня это возможность повидаться со старым другом. Кроме того, я уже пообещал Тимоти, что пойду с ним.

Невозможно злиться все утро, и спустя какое-то время, позавтракав, Карен нашла предложенный план действий вполне приемлемым. Тимоти сможет приступить к школьным занятиям прямо сейчас, но вот когда начнет работать она сама? Ей нужно приложить все свои силы, чтобы вернуть мистеру Ротенштейну весь объем поставок фруктов!

К одиннадцати тридцати Карен окончательно примирилась с положением вещей и даже была готова выразить дону Рафаэлю свою благодарность.

Как ни посмотри, утро выдалось очень напряженным. Первое появление Кармен. Это была крепкая девушка с широкой улыбкой, выразившая полную готовность немедленно приступить к работе. Она молниеносно осмотрела дом и согласилась работать за смехотворно низкую плату.

— Я могу жить здесь? — спросила Кармен.

Ее сестра Анжела замахала на нее руками:

— Глупая! Разумеется, ты будешь здесь жить! Как ты думаешь, можно оставить мальчика вечером одного, когда сеньоры не будет дома?

— Я рада, что буду здесь жить, — улыбнулась Кармен.

Дело было сделано. Кармен отправилась за своими вещами и спустя какое-то время обосновалась в третьей спальне наверху. Еще чуть позже она оккупировала кухню и занялась полами, распевая во все горло песню в стиле фламенко. Карен даже порадовалась, что они идут в школу. Она тщательно оделась, попыталась причесать Тимоти, убрав полосы со лба, заставила его вымыть руки.

— Если ты этого не сделаешь, то никуда не пойдешь! — выговаривала она ему, спускаясь по лестнице, но без особой уверенности, что сын послушается.

Похоже, и в самом деле не от нее зависело, пойдет он в школу или нет.

Дон Рафаэль Валенти ждал их в машине. Он успел объехать несколько садов — на стекло автомобиля приклеился цветочек апельсинового дерева, источавший восхитительный аромат.

— Вы виделись с сеньором Касолой? — озабоченно спросила Карен.

Он, смеясь, отрицательно покачал головой:

— Нет. Луис водил сестру на вечеринку и вряд ли выйдет на работу раньше полудня.

— Но это ужасно! — воскликнула Карен.

Дон Рафаэль развеселился еще больше:

— Только не для меня! Этим утром я заключил несколько выгодных сделок.

Карен недовольно поджала губы:

— Не сомневаюсь! С нашими поставщиками, разумеется.

Но он не стал обсуждать этическую сторону своего ведения дел. В эту секунду он не был на работе и выглядел как школьник, получивший неожиданные каникулы.

— Готовы? Нам нужно ехать, а то опоздаем.

Школа была маленькой и явно элитной. Невысокий священник с необыкновенно красивыми руками вышел, чтобы встретить их. Дон Рафаэль представил их, и они пожали друг другу руки. Карен заметила, что Тимоти быстро освоился со священником, ей это было приятно.

— Меня зовут Отец Счастье! — представился священник Тимоти.

— Вы сами выбрали такое имя? — хихикнул мальчик.

Мужчины засмеялись.

— Я говорил тебе, этот ребенок тебя не разочарует? — сказал дон Рафаэль, поддразнивая своего друга, тот развеселился еще больше.

Они осмотрели всю школу. Учеников было немного, и каждый был поглощен своими уроками.

— Сейчас самое важное для Тимоти — выучить испанский. Здесь он с легкостью его освоит, да и остальные мальчики помогут ему, — заверил их отец Аллегро.

— Когда он сможет начать? — спросила довольная Карен.

— Когда вам угодно. У нас учится мальчик, который живет рядом с вами. Он может заходить за Тимоти утром и приводить вечером. Он хорошо знает дорогу. — Он подозвал маленького человечка с гордым лицом и представил его: — Альберто.

Затем быстро рассказал мальчику по-испански о Тимоти и попросил сопровождать новичка в школу и обратно. Альберто согласно кивнул. Они с Тимоти некоторое время разглядывали друг друга, а затем крепко пожали руки.