Джо Келлоу - Эхо давней любви

Его лицо выражало страдание, в глазах стояла боль.

— У нас были ссоры, как и у всех супругов, но не было ничего, что бы нас объединяло. Кто знает, что изменяет людей, что превращает любящих людей в монстров, придумывающих дьявольские планы для достижения своих целей? Кто это знает?

Митч встал и налил себе еще кофе. Потом долил и в ее чашку. С ироничной улыбкой он спросил:

— Вы были замужем?

— Нет, — засмеялась она, — после всего услышанного и увиденного у меня много причин не делать этого никогда.

Он посмотрел на нее.

— Вы очень красивы, — улыбка заиграла на его губах. — Мне нравятся завитки волос на вашей шее. У вас очень красивые волосы.

Она усмехнулась:

— Я думаю, любая покажется вам красивой после тринадцатимесячного пребывания в пуританской стране.

Митч рассмеялся.

— Вы не правы. Некоторые вещи, конечно, там не разрешены, но мы были так заняты, что не замечали этого, — он помолчал, затем добавил: — А вот сегодня я кое-что заметил.

Чувствуя на себе его взгляд, она боялась поднять глаза. Неожиданно она вспомнила о женщине, которая путешествовала вместе с ним. Ей надо было обязательно узнать о ней все.

Молчание в комнате становилось невыносимым. За окнами бушевала гроза, гром сотрясал стены. Дождь полил с новой силой.

Блаэр тихо сказала:

— Кажется, гроза будет продолжаться всю ночь.

Он поймал ее взгляд, и она прочла его мысли. Митч загипнотизировал ее, его глаза буквально парализовали Блаэр.

— Блаэр, — прошептал он, — ты не представляешь себе, как ты великолепна! Как…

— Нет, Митч, не надо, — перебила она, ее щеки горели. — Я не хочу представлять себе этого.

Он задумчиво посмотрел в свою пустую чашку, а затем улыбнулся.

— О'кей, нет проблем. Если ты не хочешь, чтобы я сказал тебе, что ты самая красивая женщина, которую я когда-нибудь встречал, я не буду.

От нее не ускользнул вспыхнувший в его голубых глазах огонек. Он внимательно изучал ее.

— Почему ты столько напридумывала, представляя меня своему кавалеру? Он неправильно бы истолковал мое присутствие?

— Я не видела причин объяснять ему все, — она пожала плечами.

— Знаешь, ты допускаешь ложь в ваших отношениях? — настаивал Митч.

— Да, — призналась она, — да.

За окном бушевала буря, и Блаэр видела из окна макушки черных раскачивающихся деревьев. Она встала и плотно задернула занавески. И вдруг почувствовала, как его руки легли на ее талию. Учащенно дыша, она попыталась разъединить их.

— Не надо, — твердо сказала Блаэр, вырываясь из его объятий. В то же время она почувствовала, как ее захлестывает дикое, неосознанное возбуждение.

Она ощущала прикосновение его губ, его горячее дыхание обжигало ее.

— Не надо что? — шептал он. — Что не надо?

И тут Блаэр влепила ему пощечину.

— Митч, прекрати немедленно! — вскрикнула она, пытаясь освободиться.

Он сжал ее еще сильнее, так, что ей стало трудно дышать и прошептал на ухо:

— Или что? Что ты сделаешь, если я не отпущу тебя?

— Ты сейчас же отпустишь меня, — сказала Блаэр с угрозой. — Ты слишком хорошо воспитан, чтобы не сделать этого.

Отпусти или пожалеешь, что вообще встретил меня!

Его губы скользили по ее волосам.

— Как, пожалею?

Блаэр ощутила невероятную слабость, ее коленки задрожали.

— Действительно пожалеешь, — прошептала она задыхаясь.

Ветер бешено стучался в стену дома. Молния осветила комнату в тот момент, когда его губы нежно целовали ее шею. Волны тепла разливались по ее телу, унося из реальности, подчиняя плоти. Она молила только об одном — чтобы рассудок не покидал ее.

Блаэр закрыла глаза. Ее пальцы старались разжать тиски его рук, но теплота уже обволакивала ее тело.

Митч нежно поцеловал ее губы, сначала осторожно, потом с полной страстью. Блаэр пыталась сопротивляться. Ее руки упирались в плечи Митча. Ее охватила тревога. Что он делает? Нет, она знала, что он делает. Вопрос был в том, что делает она?

Она попробовала закричать, но Митч обхватил ее лицо руками и, прежде чем она смогла что-нибудь произнести, его губы прижались к ее губам в долгом поцелуе.

Блаэр не могла поддаться ему. Она и так подошла уже к той опасной черте, за которой сопротивление было невозможно. Желание ее становилось все сильнее. Она быстро отклонила голову.

— Ты… ты, — она задыхалась, — ты — скотина.

Митч смотрел ей в глаза. Его руки ослабли, и, наконец, он выпустил ее. Его дыхание стало спокойным.

— Просто, я не думал…

Она не хотела слушать:

— Мне плевать, о чем ты там думал! Я сказала тебе — убери руки!

— Ради Бога, Блаэр, это всего лишь поцелуй.

Раскат грома сотряс стены, молния была такой яркой, что на секунду осветила всю комнату. Дождь колотил так, что, казалось, вот-вот пробьет крышу.

Митч стоял, держа ее за руку. Его светло-голубые глаза, не отрываясь, смотрели на нее. Блаэр показалось, что в этот момент она находится где-то далеко отсюда. Она даже не слышала шума дождя.

— Пожалуйста, Митч, — сказала она умоляюще, — отпусти меня.

Он сделал к ней шаг и прошептал:

— А если я не могу? Что, если я не могу ничего с собой поделать?

Его лицо было рядом, настолько близко, что его дыхание обжигало ей губы.

Блаэр отпрянула назад. Она откинула с лица прядь волос и гордо вскинула голову:

— Не вымещай на мне свою злобу. Я не заслуживаю этого.

— Ты думаешь, что это злоба? Да?

— Что я еще могу думать? — ответила она хрипло. — Разве не гнев направляет сейчас все твои действия? Разве ты не меня винишь в своих несчастьях? Разве ты не пытаешься отомстить, и для этого овладеть мной? Разве не месть движет тобой? — Она смотрела на него в упор.

Митч молчал. Затем, развернувшись, сел за стол:

— Черт!

Блаэр быстро вышла из кухни.

Затворив дверь спальни, она быстро надела ночную рубашку. Она испытывала противоречивые чувства: кажется, она сейчас могла бы убить его, но ей так хотелось… любить его!

Блаэр подошла к двери, но не заперла ее. Это было бы слишком — запирать замки в собственном доме! Неужели ей нужна охрана возле постели? Блаэр знала лишь одно — дверь можно было легко открыть.

4

Она легла в постель и закуталась в одеяло до самого подбородка. Уютно устроившись, она лежала не двигаясь и прислушиваясь к тому, что происходит в доме. Сквозь мягкий стук дождя по крыше было слышно, как Митч ходил по кухне, а в раковине текла вода. Блаэр поняла, что он моет кофейник и чашки; от изумления у нее на мгновение перехватило дыхание, и она крепко зажмурилась. Все звуки доносились необычайно отчетливо.