Джуди Тейлор - Любила и люблю

Барабаня пальцами по столу, Дориан бросил взгляд на наручные часы. Восемь тридцать пять. Прошло ровно шесть часов двадцать минут с того момента, как он доставил Констанс домой. Он не стал договариваться о новой встрече, рассчитывая, как и прежде, просто нагрянуть к ней вечером с бутылкой шампанского и корзинкой клубники в руках.

Дориан представил себе, как она ест ягоду за ягодой, и его сердце бешено забилось от желания поймать ее рот своими губами. Но он понимал, что следовало вести себя осторожно и не проявлять поспешности – не так-то просто склеить то, что однажды было разбито.

Вчера вечером, выйдя из ресторана, они брели вдоль Сены, наблюдая, как сумерки сгущаются над красивыми каменными зданиями, превращая городскую набережную в царство влюбленных. Он поймал ее руку и почувствовал, что Констанс напряглась.

Открытие, что она была женой Криса Элдона из «Си-Би-Эй», погибшего без малого два года назад, потрясло Дориана. Он был в отъезде, когда случилось несчастье, и знал о нем понаслышке. Эддон, судя по рассказам, зашел в опасную зону строительства без каски. Один из рабочих на лесах оступился и случайно опрокинул лоток, полный кирпичей. Крису кричали, чтобы он бежал прочь, но он не сразу сориентировался. Спустя два дня он скончался в больнице от тяжелой травмы черепа.

– И чего же ты ждала, чтобы сказать мне об этом?

– Подходящего момента, – нервно пожала плечами Констанс.

Разумеется, это была отговорка.

– Тебе трудно о нем говорить? – спросил он.

Она кивнула, и на глазах у нее блеснули слезы.

Дориан ощутил что-то вроде ревности. Неужели она так сильно любила мужа… Тем не менее, теперь, когда соперника не было в живых, у него появлялся шанс снова завоевать Констанс.

– … Мистер Клиффорд, вы меня слушаете?

Дориан, вздрогнув, вернулся к действительности.

– Прошу прощения?

– Звонил Брюс, – сказал Брест. – У него что-то случилось, и он не может прийти. Это человек Тэлботов, и я, к сожалению, не могу им командовать.

– Проклятье! – взорвался Дориан. – Я потерял из-за него столько времени! – Он решительно отвлекся от мыслей о Констанс и вернулся к делам. – Меня интересует одно, – сказал он, обращаясь к Бресту, – а именно: почему появились эти трещины. Я хочу, чтобы вы ввели меня в курс дела. Мне нужно выяснить, не используете ли вы другие материалы вместо тех, которые предусмотрены проектом, и проверить толщину фундамента. Я почти уверен, что причина в проседании опор, ведь прошлое лето выдалось чертовски жарким. – Он стукнул кулаком по столу и закончил: – Я заложил в проекте запас прочности для экстремальных погодных условий, и трещин не должно быть и в помине.

Переговоры заняли все утро, но как только Дориан вышел из офиса «Си-Би-Эй», в его памяти вновь всплыл образ Констанс. Это прямо-таки какая-то насмешка судьбы, ведь она когда-то работала здесь, подумал он. К тому же теперь, после смерти мужа, вся эта контора принадлежит ей.

Дориан бывал здесь еще начинающим архитектором и даже встречался с Крисом Элдоном. Этот человек ему не особенно понравился: он казался замкнутым, лишенным эмоций и напоминал бесперебойно функционирующую машину. Без сомнения, Констанс обнаружила в нем какие-то другие стороны характера, иначе никогда не вышла бы за него. Она была тонкой, чуткой, страстной женщиной и не смогла бы жить с человеком, не имеющим с ней ничего общего.

Зато при мысли, что у них со Элдоном не было детей, Дориан испытывал эгоистическое удовлетворение. Ему хотелось самому иметь детей от Констанс, причем, как минимум, четверых.

Дориан вспоминал ее мягкое, сладко благоухающее тело и прямо-таки не мог дожидаться вечера. Боль утраты так и не покинула его, а потому сейчас он желал только одного – снова вернуть ее в свою жизнь, и на этот раз – навсегда.

Ровно в полшестого Дориан стоял у ее дверей. Целый день он ждал этого момента, беспрестанно поглядывая на часы, и вдруг сообразил, что Констанс может уйти куда-нибудь по делам. Минутой позже он уже несся в автомобиле в направлении Дэрби.

Она показалась ему еще прекрасней. Щеки у нес пылали, влажные каштановые волосы крутыми локонами падали на плечи. Она была в синем шелковом халате под цвет глаз. Но больше всего Дориана взволновало то, что больше на ней, судя по всему, ничего не было.

– Дориан! – изумленно воскликнула она.

– Я просто подумал, что мы могли бы полакомиться вот этим! – И он протянул ей цветы, вино и фрукты, мысленно скрестив пальцы.

– Я же ясно дала понять, что не желаю больше встречаться с тобой.

– Это так, но что делать, если нет на свете никого, с кем я мог бы выпить в этот вечер бокал шампанского? – И он продолжил умоляюще: – Ты представляешь себе, что это такое – все вечера напролет сидеть одному в гостиничном номере?

Лицо Констанс дрогнуло в подобии улыбки, и Дориан понял, что она готова уступить.

– Только не надо превращать это в традицию, – предостерегла она, впуская его в дом. – И я не уверена, что это хорошая мысль – пить шампанское натощак.

– Это легко исправить, – заверил он. – Поскольку я тоже с утра ничего не ел, давай пообедаем вместе. Я помогу тебе что-нибудь приготовить.

– Но я не одета, – воскликнула она. – Я буквально минуту назад вышла из душа.

– Ты прекрасно выглядишь, – сказал он, не замечая, как хрипло звучит его голос. – Так я уберу шампанское в холодильник?

– Да, конечно, а я пока оденусь.

– А может быть, не надо? – Констанс обернулась и настороженно посмотрела на него. – Ты сейчас такая… такая… как в день первой нашей встречи, – запинаясь, пояснил он. – Невинная и прелестная.

– Неужели эти десять лет меня совсем не состарили? – с нервным смешком спросила она.

– На мой взгляд – совершенно нет. Ты та самая Конни, которую я знал.

Констанс вздрогнула, круто развернулась и стрелой взлетела вверх по лестнице, а Дориан, опомнившись, выругал себя за неосмотрительность и поспешность.

Убрав шампанское в холодильник, он вернулся в холл и уселся в кресло лицом к лестнице. Через пять минут появилась Констанс – в просторных шелковых брюках светло-коричневого цвета и кремовой блузке с короткими рукавами, застегнутой до самого ворота. Дориан усмехнулся про себя, поняв, что это предостережение.

Еще через час они сидели на террасе и ели цыпленка табака, салат и хрустящие круассаны. Шампанское охлаждалось в ведерке со льдом, а ягоды клубники краснели в белой фарфоровой вазе.

– Царское пиршество, – заметил Дориан, покосившись на Констанс.

За то время, пока они стояли бок о бок за кухонной стойкой, готовя ужин, она немного успокоилась. Дориану хотелось добавить: «совсем как в добрые старые времена», но он не рискнул. Он собирался многое сказать ей и боялся спугнуть это мимолетное ощущение единения двух душ.