Джуди Тейлор - Любила и люблю

– Ей следовало вышвырнуть тебя вон! – категорически заявила Бернис. – Ты не смеешь докучать моей дочери!

– Разве я докучал тебе, Конни? – пряча усмешку, обратился тот к Констанс.

Она вздрогнула и отрицательно покачала головой.

– Полагаю, мама, – вмешалась она, – я сама вправе решать, кого приглашать.

– Так ты сама пригласила его? – взвилась миссис Картер. – Как ты могла? После всего, что тебе пришлось пережить из-за этого типа?

Пока, Констанс судорожно придумывала, как перевести беседу в другое русло, снова заговорил Дориан:

– Полагаю, мы оба помним, сколько неприятностей доставил нам развод, но это было давно. Мы достаточно взрослые люди и не станем попрекать друг друга прошлым. Если честно, я не вижу причин, по которым мы не могли бы снова стать хорошими друзьями.

Констанс, мысленно аплодируя его дипломатическому такту, при последней фразе чуть не схватилась за голову. Понимая, что мать в порыве гнева может наболтать лишнего, она торопливо сказала:

– Ты, кажется, собирался уходить, Дориан? – Она понимала, что Бернис ни за что не покинет поле боя, считая, что таким образом признала бы свое поражение.

– Собирался уходить? – не понял он.

– Ну, да, конечно, – подтвердила она, умоляюще глядя на него.

Какое-то мгновение тот колебался, а потом кивнул в знак согласия.

– Ты права. – Он еще раз одарил бывшую тещу широкой подкупающей улыбкой и сказал: – Был рад снова увидеть вас, Бернис. Вы отлично выглядите. Увидимся!

– Надеюсь, что нет, – желчно парировала та. – Хотелось бы, чтобы моей дочери хватило здравого смысла в следующий раз выставить тебя за порог.

На лице Дориана заиграли желваки, но улыбка его осталась такой же широкой, как и раньше.

– Предоставим ей самой принимать решения! – дипломатично сказал он. – До свидания.

Закрывая за ним дверь, Констанс тихо попросила:

– Извини ее, пожалуйста!

– Не беспокойся, – сказал он. – Я привык к такому обращению. До встречи!

Дверь захлопнулась, и Констанс постояла минуту, пытаясь перевести дух. С одной стороны, мать появилась как никогда вовремя, положив конец пренеприятному разговору. Но теперь с ее стороны неизбежно последуют расспросы, нравоучения, угрозы…

Тем временем Бернис увидела на террасе стол с шампанским и клубникой.

– Это еще что такое? – резко спросила она.

– Мы ужинали, – непринужденно пояснила Констанс, но уйти от разговора не удалось.

– Так все-таки ты сама пригласила его? – возвысила голос Бернис, и глаза ее негодующе засверкали.

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы пригласить человека…

– Да разве это человек?

– Он мой бывший муж, и я его любила.

– Опомнись, Констанс! Он же приносит тебе одни несчастья!

Мать говорила и говорила, но Констанс не слушала ее; она пыталась понять, почему та испытывает такую стойкую ненависть к Дориану. Он давно уже не был нищим студентом и теперь относился к тому разряду мужчин, которых миссис Картер всегда мечтала видеть рядом с дочерью.

– … Ну ладно, хватит о Дориане. Завтра я иду на ужин и прошу тебя составить мне компанию, Констанс!

Что это – очередная попытка найти мне нового партнера? – со вздохом подумала молодая женщина. Узнав о том, что дочь отказала Гарри, Бернис постоянно знакомила ее с разными «подходящими» мужчинами.

– И кто устраивает прием? – с тоской спросила Констанс, подыскивая предлог, чтобы отказаться.

– Как кто? Бретт Форбс.

– Бретт?

После смерти Криса Форбс должен был занять его место. Он многие годы был правой рукой хозяина и мог продолжить дело. Констанс состояла в правлении компании, но всю распорядительную власть передала Бретту и его помощникам.

Она и не подозревала, что мать знакома с председателем совета директоров «Си-Би-Эй». Видимо, Бернис сочла, что этот милый пожилой вдовец вполне подходит на роль мужа ее дочери.

Констанс поддерживала с Бреттом дружеские отношения, не выходящие, однако, за рамки бизнеса. Вряд ли председатель совета директоров будет свататься к владелице компании, подумала она и согласилась сопровождать мать на прием.

Три бессонные ночи Констанс размышляла по поводу последнего разговора с Дорианом, и только в субботу, наконец, смогла избавиться от этих мыслей и переключиться на подготовку к приему.

День выдался жаркий, небо сияло синевой, но синоптики обещали дождь с грозой, и миссис Картер решила заказать такси.

Констанс впервые посещала дом Форбса и была приятно удивлена. Его особняк выглядел так, словно несколько отдельных коттеджей соединили в одно целое: белые оштукатуренные стены, трубы дымоходов, маленькие остекленные окна. Строение выходило фасадом на зеленую лужайку, а позади виднелся лес.

Хозяин встречал гостей на пороге.

– Рад, что вы нашли возможность прийти, Констанс, – сказал он, целуя ее в щеку. – Вы меня прямо-таки выручили. Терпеть не могу, когда кто-то из гостей остается без пары.

Поцелуй, которым он обменялся с Бернис, показался Констанс куда менее официальным. Что здесь происходит? – раздраженно подумала она.

Словно услышав ее немой вопрос, пожилая пара обернулась.

– Мы подумали, что тебе пора уже узнать обо всем, – сказал Бретт, и Бернис с загадочной улыбкой кивнула.

– Если бы ты знала, как мы счастливы, Констанс! – радостно сказала она.

– Рада за вас, – рассмеялась в ответ та.

В доме шумно переговаривались гости. С некоторыми из них Констанс была знакома. Она заметила Сэлли Джеймс и ее мужа Дэвида, менеджера по маркетингу, которые беседовали с каким-то высоким брюнетом, и направилась к ним. Приблизившись, она сразу же узнала эти широкие плечи и надменную посадку головы.

Дориан! Только сейчас до нее дошло, что, возможно, именно его имел в виду хозяин, упомянув о госте, оказавшемся без пары.

Он обернулся, и с губ Бернис слетел возглас изумления.

– Рад познакомить вас с выдающимся архитектором и нашим деловым партнером Дорианом Клиффордом, – представил его Бретт Форбс.

Дориан, потрясенный не меньше Констанс, ловко скрыл свое изумление за ослепительной улыбкой.

– Знакомьтесь, Дориан, – продолжил Бретт. – Мой близкий друг Бернис Картер и ее милая дочь Констанс, вдова Криса Эддона. Помните его?

Дориан кивнул в ответ.

– Вообще-то мы знакомы, – сказал он и мягко сжал ладонь Констанс своей большой теплой рукой.

– Вы встречались, когда работали над проектом галереи? – чуть нахмурившись, спросил Форбс.

– Много раньше, – небрежно сообщил Дориан. – Констанс тогда еще училась на первом курсе университета.

– Вот и чудно, – сказал Бретт. – А я и представления не имел, что вы знакомы. До чего тесен мир!