Сильвия Торп - Поместье любовных грез

– О, слава богу! Я вам очень благодарна, сэр!

– Еще бы! – насмешливо заметил он. – И как это вас угораздило голыми руками разнимать собак?

– Мне некогда было раздумывать! – отозвалась Памела. – Я же не знала, что вы окажете такую любезность и вмешаетесь.

– Мисс Фрэйн! Мисс Фрэйн! – Стивен, стоявший на коленях перед своим лежащим ничком любимцем, яростно теребил ее за юбки. – У Рассета ужасная рана! – всхлипнул он.

Песик, похоже, находился в самом плачевном состоянии. Он лежал на боку, тяжело дыша, с полузакрытыми глазами, а шелковистая шерсть на шее намокла от крови. Пока Памела беспомощно смотрела на него, не зная, что предпринять, Хоксуорт произнес какие-то слова вполголоса крайне раздраженным тоном. Он говорил на чужом языке, но по интонации она решила, что, скорее всего, эти слова ругательные. Потом он обратился к Стивену, на сей раз более разборчиво и по-английски:

– Вставай, парень, и хватит слезы лить! Нюни распускают только младенцы и слабаки! А ну-ка, подержи вот это, пока я посмотрю, сильно ли его потрепали.

Он стянул перчатки и бросил их вместе с хлыстом в руки Стивену. Потом, опустившись на одно колено, стал осматривать рану Рассета ловкими и тонкими пальцами. Щенок заскулил, но не сделал никаких попыток укусить его.

– Скверная рана, – произнес Джейсон в конце концов. – Пусть Брин Морган взглянет на него. Он знает о животных и об их лечении больше, чем любой другой в этом графстве.

– Да! – с готовностью воскликнул Стивен. – Я так и поступлю! Благодарю вас, сэр!

Внезапно Памеле, до этого всецело поглощенной неожиданно разыгравшейся драмой, пришло в голову, что она допустила именно то, что категорически запрещала леди Таррингтон. Она позволила Джейсону Хоксуорту заговорить с ее подопечными – по крайней мере, с одним из них. Бросив взгляд через плечо, она увидела, что Мелисса уже забралась в кабриолет и сидит там, уставившись вдаль, будто до всего происходящего ей нет никакого дела.

– Нам лучше поехать, – сказала Памела. – Сэр Стивен, вы понесете Рассета или мне сделать это за вас?

– Нет, благодарю вас. Я сам. – Стивен отдал Джейсону перчатки и хлыст и осторожно взял на руки своего любимца. – Пожалуйста, скорее, мисс Фрэйн!

Он направился к кабриолету, Памела – за ним следом, и, к ее удивлению и испугу, Джейсон пошел вместе с ними. Он собственноручно поднял мальчика и собаку в экипаж, а потом повернулся, предлагая свою руку, чтобы подсадить также и ее. Она не могла отказаться, опасаясь показаться неучтивой, хотя очень явственно чувствовала на себе пристальный взгляд Мелиссы. А Хоксуорт, судя по насмешливому выражению его глаз, тоже это приметил. Памела взяла поводья.

– Благодарю вас, сэр, – произнесла она настолько равнодушно, несколько могла. – Я крайне обязана вам за вашу помощь.

– Для меня было удовольствием ее оказать, сударыня, – ответил он, с любезностью настолько же насмешливой, как и его взгляд. Он слегка поклонился Мелиссе: – Мисс Таррингтон!

Та метнула на него оскорбленный взгляд, мотом отвернулась, не снизойдя до ответа, и Памела увидeла, как странная, xмурая усмешка тронула углы губ Джейсона Хоксуорта. Он отступил назад, и кабриолет тронулся с места.

Первая половина обратного пути прошла в молчании, нарушаемом лишь поскуливанием Рассета, но, когда они начали подъем к Таррингтон-Чейс, Мелисса произнесла с явно торжествующими нотками в голосе:

– Стивен, бабушка будет очень недовольна, когда узнает, что ты разговаривал с этим человеком.

– А зачем ей узнавать? – заметил Стивен. – Я ей не расскажу.

– Тогда моим долгом будет это сделать! – объявила Мелисса. – Человек должен всегда стремиться к исполнению своего долга, правда, мисс Фрэйн?

Памела промолчала. Она не нашлась, что сказать в ответ на коварный вопрос. Однако, подумав, ответила с расстановкой:

– Безусловно, к этому следует стремиться, мисс Таррингтон. Но, по-моему, для начала нужно знать наверняка, в чем заключается этот долг.

– В данном конкретном случае у меня нет никаких сомнений, – заявила Мелисса.

– До чего же ты зловредная девчонка, Мелисса! – рассердился Стивен. – Знаешь ведь, что бабушка во всем обвинит мисс Фрэйн, а она здесь ни при чем. Не окажись там мистера Хоксуорта, Рассет бы погиб.

– Меня удивляет, что на тебя влияют подобные соображения, – усмехнулась Мелисса. – Ты что, забыл, что из-за этого человека ты был ранен прошлой весной?

– Это был несчастный случай, – ответил Стивен. – Пожалуйста, мисс Фрэйн, нельзя нам поехать быстрее?

Поскольку лошадь уже шла своим самым скорым шагом вверх по длинному, крутому склону холма, Памеле пришлось сказать, что нельзя, и Стивен погрузился в тревожное молчание, прижимая к себе раненого щенка и не обращая никакого внимания на пятна грязи и крови на одежде. Памела спрашивала себя – что кроется за упоминанием о несчастном случае, но сочла за лучшее не задавать никаких вопросов.

Они миновали крутой поворот и теперь находились посреди верхней части дороги, когда увидели Эдварда Истли, скачущего к ним бодрой рысью на гнедом жеребце. Подъехав ближе, он с улыбкой приподнял шляпу в приветствии, потом, увидев, в каком состоянии находился Стивен, резко натянул поводья.

– Что случилось? – спросил он.

Они наперебой стали ему рассказывать. Эдвард пытливо посмотрел на Памелу, распознал тревогу, которую она пыталась скрыть, и сказал Мелиссе:

– Значит, вы твердо решили наябедничать бабушке?

Бледные щеки Мелиссы залила краска стыда, потому что в таком изложении суть дела выглядела совсем не так, как она ее преподносила. Она начала было запинаясь высказывать прежние доводы относительно долга, но он оборвал ее без всяких церемоний:

– Звучит замечательно, но задумайтесь на один момент, является ли на самом деле вашим долгом рассказывать бабушке нечто такое, что непременно ее расстроит. Инцидент в котором никто не виноват, исчерпан, и будет куда милосерднее предать его забвению. – Он помолчал, а потом добавил тоном, который из строгого превратился в убеждающий: – Только очень мелочный человек поступил бы иначе, а вы ведь не мелочны, правда, Мелисса?

Памела подумала о том, что весьма маловероятно, что Мелисса уступит перед этим сочетанием кнута и пряника, но, очевидно, Эдвард лучше ее разбирался в характере девочки, потому что после непродолжительной паузы Мелисса медленно произнесла:

– Если вы считаете, что бабушке ничего не нужно рассказывать, Эдвард, тогда, без сомнения, так оно и будет. Безусловно, я ни в коей мере не желаю ее огорчать.

– Ах, пожалуйста, обязательно ли нам говорить обо всем этом именно сейчас? – вмешался Стивен. – Рассет до сих пор истекает кровью, я так боюсь, что он умрет!