Маргарет Уэй - Добиться своего

Перед Сюзанной развернулась усадьба. На вершине холма расположился дом в колониальном стиле, из кирпича ярко-розового цвета, с белыми колоннами и широкой террасой, обнесенной коваными перилами. Рядом с домом дорога делала петлю вокруг эффектного фонтана из белого мрамора, который прапрадед Сюзанны привез из Италии. Сейчас заброшенный фонтан бездействовал, не было и розовых лилий, некогда гирляндами украшавших его огромную чашу.

Сюзанна остановила машину около невысокой каменной лестницы, удивившись, что дверь и верхнее веерообразное окно открыты. Может, там агент по продаже? Сюзанна торопливо поднялась по лестнице и, потянувшись к звонку, позвала агента:

— Кэтлин, это ты?

В ответ — полная тишина. Сюзанна прошла в холл, взглянула на лестницу в центре, а затем направилась в гостиную.

Куда подевалась Кэтлин, если это вообще она? Осматривает дом? Ей не стоит волноваться: Сюзанна приезжала раз в неделю, чтобы проследить за порядком, хотя каждое возвращение сюда причиняло ей сильную боль.

Огромная гостиная с двумя узорными мраморными каминами, над которыми висела пара одинаковых зеркал в золоченых деревянных рамах времен короля Георга, была пуста. Многое уже распродано — массивная антикварная мебель, гарнитур из столовой вместе с буфетами, все, что было в бело-золотой бальной комнате, большинство картин, восточных ширм и ковров, изделий из бронзы. В коттедже не уместилась бы и десятая часть имущества, не говоря уж о том, что все это великолепие просто не вписывалось туда.

— Сюзанна? — Голос за спиной напугал ее, заставив сердце забиться учащенно.

Она приложила дрожащую руку к груди и резко обернулась, распрямляя плечи, словно пыталась отразить грозящую ей опасность. Лицо ее сильно побледнело.

— Боже, Ник? Как ты здесь оказался?

И вдруг, внезапно, ей открылась истинная причина, которая привела его сюда.

Ник говорил тогда о мести так же твердо, как солдат приносит присягу.

— Я вернусь, мистер Шеффилд, — обещал он, когда Фрэнк Харрис заталкивал его в полицейскую машину. — Я вернусь, и это будет для вас очень трудный день.

Холодной, как лед, рукой Сюзанна провела по лбу.

— Конечно! Это ты все купил? Ты новый владелец?

— Я хлебнул сполна и теперь решил, что имею право выкупить дом.

Ник говорил с презрением, хотя сердце щемило от боли. Господи, как же она хороша! Прекрасные волосы, высокая грудь, хрупкая фигура. Даже едва заметные тени под глазами с длинными густыми ресницами не портят ее.

— Почему мы не знали? — мучительно выговорила Сюзанна.

— Я не желал, чтобы вы знали. — Жестокая насмешка сквозила в тоне Ника. — Это же очевидно.

— Как же мы не догадались! — Что-то похожее на гнев промелькнуло в ее фиалковых глазах. Глубоко в душе я всегда была уверена, что ты захочешь поквитаться с отцом.

— И с тобой, Сюзанна. Ты говорила, как сильно меня любишь. И собиралась быть моей вечно.

— Только судьба распорядилась иначе. — Сюзанна обхватила себя руками, словно защищаясь, таким образом, от презрения, исходившего от него.

— Можешь называть это судьбой, если хочешь, сказал Ник с холодной яростью. — Я бы назвал это вероломством, предательством и шантажом.

— Ты никогда не забудешь, — вздохнула она, чувствуя себя несчастной. И ужасно одинокой.

— А ты думала, я забуду?

— Ник, мой отец — больной человек.

Он отрицательно помотал головой.

— Не я стал причиной его удара, Сюзанна. Не из-за меня мир обрушился ему на голову. Если б я не купил «Беллемонт», это сделал бы кто-нибудь другой.

— Зачем тебе все это? — вспыхнула она. — Твоя жизнь в другом. У тебя компания, карьера. Ты, должно быть, женат?

— У меня не было ни малейшей потребности заводить семью, — бросил он грубо. — В отличие от тебя. Что же касается твоего вопроса о «Беллемонте», отвечу так: мне необходимо загородное убежище. Место, где я могу отдохнуть. Принять друзей и пригласить гостей из других стран.

— Убежище? — ошеломленно спросила Сюзанна. — Ты не собираешься снова сделать его действующей фермой?

— Собственно говоря, собираюсь. Если это, конечно, устраивает тебя и твоего отца, — ответил Ник, обдавая ее холодом.

— Ты так желчен…

Он подошел ближе.

— Как вы устраиваетесь в своем новом доме? Вчера вечером я проезжал мимо. Ведь там когда-то жили Сондерсы?

Казалось, ее мозг затянуло ватой.

— Значит, ты вернулся не сегодня утром.

— Нет, Сюзанна, — спокойно проговорил Ник. — Я приехал из Сиднея вчера и остался на ночь.

Он провел ночь в ее спальне, где занимался с ней любовью всего лишь раз в жизни. Тогда она сдалась, подчинившись его всеохватывающей страсти.

— Но где ты спал? — спросила она. Мебель из спален для гостей была продана, свою они увезли с собой.

— Какое это имеет значение, — усмехнулся Ник, не желая признаваться, что купил спальный мешок и переночевал на полу. — Во всяком случае, что ты здесь делаешь? В моих владениях. — Совсем не так хотел он спросить, просто не мог сдержаться.

— Приехала, чтобы убедиться, все ли в порядке.

Вспыхнула Сюзанна.

— Ты не обязана это делать.

— Разве ты не можешь перестать, Ник? — с мольбой спросила она, понимая, что ничто не затянет нанесенные ему в прошлом раны.

— Перестать что?

— Так ненавидеть.

Ее слова вызвали у него невеселую улыбку, обнажившую ряд белоснежных зубов.

— Причина в тебе, Сюзанна. Факт остается фактом: ты обвинила меня в воровстве.

— Я не делала этого!

Сюзанна безоговорочно доверяла отцу, который никогда прежде не лгал ей. К Нику она испытывала непреодолимую жалость.

— Само твое молчание уличало меня.

— Я горько сожалею об этом, Ник. — Слезы навернулись ей на глаза, слезы искреннего раскаяния. — Ты не можешь простить меня?

Черные глаза Ника вспыхнули.

— Моя мать умерла. Ты знала об этом?

— Мы слышали, — пролепетала Сюзанна. — Я хотела написать тебе, но подумала, что ты только возненавидишь меня еще больше.

— Боюсь, ты была права, — мрачно проговорил Ник. — Разбитое сердце стало причиной ее смерти.

Сюзанна отошла от камина к балкону, открыла двери и впустила в дом морской воздух.

— Я любила ее, Ник. Очень.

— А она любила тебя.

— Твоя мама не сказала мне, куда ты уехал.

— Она была уверена, что ты уже причинила мне достаточно горя. Кроме того, это могло быть лишь твоим мимолетным капризом. А потом нам стало известно, что ты вышла замуж за несчастного Мартина.

Сюзанне казалось, что комната поплыла вокруг нее.

— Отец был очень рад…