Временная жена для мажора - Тина Дорофеева

меня с такой виной, что мне даже не хочется прямо сейчас огреть его стулом по башке за его выходку.

– Там это, – его взгляд стреляет в сторону Макса, – завтрак. Вас только не хватает.

Снова возвращает глаза на меня и закусывает губу.

– Лер…

– Ой, заткнись!

Закатываю глаза.

Я передумала. Огреть его все еще хочется, но я дам ему время, пока мы тут. Молодожен все же, и нельзя ему на публике с фонарями под глазами появляться.

– Так вы спускаетесь?

– Щас будем, Тим.

Тим с облегчением выдыхает и скрывается за дверью. Снова остаемся одни.

Опускаю взгляд на наряд и только тут понимаю, что все это время я ходила перед еле знакомым парнем в шортах, которые еле прикрывают пятую точку, и чуть ли не в прозрачной майке.

Щеки вспыхивают, и до меня доносится смешок Макса.

– Ой, да ладно, зачетная ты, что краснеешь.

Топаю ногой.

– А ты мог бы не заострять.

Макс окидывает меня красноречивым взглядом, от которого мне хочется растечься лужицей, но я могу только сильнее стиснуть бедра.

– Мог бы, но я не хочу, жена, – подходит вплотную и цепляет меня за лямку майки, – привыкай.

– В каком смысле «привыкай»? Ты сказал, никакой постели! – взвизгиваю я.

Макс прочищает ухо и кривит губы.

Еще раз прокручиваю весь разговор в голове. Там точно не было ничего неприличного.

– Да я уж переживу месяцок в голодовке, не проблема. Но…

И вот это «но» заставляет напрячься.

А этот гад просто замолкает, оставляя в воздухе не досказанную фразу.

Глава 5

Сжимаю кулаки, чтобы не впиться когтями в горло этому мажору.

– Но? Продолжай!

– Но есть два «но»…

Показывает два пальца Макс, испытывая меня.

Рычу от злости.

– Говори уже!

– Ты уже согласилась, – предупреждающе прищуривается.

– Да пошел ты к черту! Я могу сейчас передумать.

– Ну нет, Золушка. Так просто ты теперь не соскочишь.

– Говори, – рычу сквозь стиснутые зубы.

Хватаюсь за кольцо, которое начинает стискивать палец, хотя до этой секунды я его не замечала даже.

– Раз, – Макс хватает меня за кисть руки и прижимает к себе, – кольцо ты не снимаешь.

Обхватывает меня за шею и притискивает к себе вплотную.

– А два, – снова пауза, от которой хочется побиться головой о стену, – мы этот месяц живем на моей территории.

– Что? – округляю глаза.

– Мои должны поверить, что все по-настоящему, Золушка.

– То есть мы будем жить у твоих родителей?

Страшная перспектива. Макс в ответ только ржет и распахивает дверь.

– На выход, Золушка, все будем решать по мере необходимости.

– А что с кольцом?

Поднимаю правую руку и перебираю пальцами. Макс возвращается ко мне, хватает за запястье и дарит короткий поцелуй в тыльную сторону.

Удивленно моргаю, а этот гад только подмигивает и тащит на выход.

– Репетирую, милая. Нам нужно привыкать друг к другу.

– Боже, во что я вляпалась? – закатываю глаза к потолку и хнычу.

– Будет весело, обещаю, Золушка.

– Ты имя мое забыл, Макс?

Он ухмыляется.

– Помню, но так романтичнее, согласись?

Не соглашусь, но и сказать об этом не успеваю. Мы выходим на просторную открытую террасу, где уже все собрались за столами.

– Лера, давай к нам, тут есть места. – В этот раз мое невезение не испаряется.

Мне машет мама с их стола. Отлично. Обведя глазами все столы, убеждаюсь, что два места остались только там.

– Держи косички пистолетом, – ржет Макс над ухом, слегка дергая за волосы.

Выдираю из его клешни кончик косы и марширую мимо.

Надеюсь, никакой катастрофы не будет, пока мы будем завтракать.

– Доброе утро мамуль, папуль, – целую родителей по очереди в щеку.

Нахожу Тима взглядом. Он о чем-то говорит с Ариной и хохочет, но давится смехом, когда напарывается на мой взгляд.

Провожу большим пальцем по своему горлу, ясно давай понять, что он не прощен.

Тим сглатывает.

– Доброе утро, – голос Макса за спиной возвращает меня к нашему столику, – я Макс.

Тянет руку к папе. Папа у нас не самый контактный, но он крепко пожимает протянутую руку в ответ и улыбается.

– Борис.

– Не против, если я тут с вами сяду, а то, смотрю, я все места проспал.

Ну и как он себе это представляет? Женишок, блин. Внутренний голос противно шепчет, что вообще-то муженек. Хоть и липовый.

– Конечно, Максим, присаживайтесь. Я Рая. – Мама расцветает при взгляде на Макса.

А мне хочется топнуть ножкой и возмутиться, что я вообще-то тоже тут не просто, как статуя, стою.

– Приятно познакомиться, теперь становится понятно, в кого такая красавица Лера.

Обожающий взгляд в мою сторону, от которого я глупо хлопаю глазами. И кажется мне, что я сейчас напоминаю филина. Размер глаз такой же.

– Ой, Максим, засмущали, – краснеет мама.

Макс отодвигает стул и кивает мне. Не сразу соображаю, что он принимается за мной ухаживать, пока он не дергает меня за стол и не усаживает напротив бабули.

Отличная компания. Племяш молодец, заслал нас в самый дальний край от себя. Обезопасил.

– Дочь, – прикусываю язык от папиного баса над ухом, – а ты чего кольцо-то липовое не снимаешь?

Кивает на руку, в которой я сжимаю вилку. Перевожу на кольцо недоуменный взгляд. Глупо хихикаю.

– Ну почему же ли…– пинаю Макса пол столом, чтоб заткнулся.

Он прикусывает язык и пронзает меня взбешенным взглядом.

– Да тут такое дело, – соображай, Лера, соображай быстрее, – натянуть-то его натянули, а снять никак не получается.

Для наглядности делаю небольшое усилие и показываю, что кольцо намертво село на палец.

– Видимо, это знак, – смеется мама, – вон какой кандидат. Красивый, высокий, культурный.

Ну все, мама растаяла от одного комплимента Максимки. Скриплю зубами, стискивая вилку до скрежета.

– Ну а почему нет? – продолжает закапывать нас обоих этот гад. – Я бы не отказался от такой красавицы в женах.

– Так бери, вот она.

– Да, пап.

Толкаю его в плечо. Становится обидно, что от меня хотят избавиться вот так.

– Шучу, шучу, дочь, – поднимает руки папа.

– А я не шучу. – Да блин!

Психую. Так бы и врезала ему по башке за его подставы. Ну кто так тонко дела делает? Как слон в салоне хрусталя.

– Не психуй, – Макс наклоняется ко мне, когда все отвлекаются от нас, – а как ты собралась уматывать из дома на месяц?

Хлопаю глазами. Черт, а я об этом как-то и не подумала.

Хотя как я могла подумать, если мы с ним до конца не договорили?

Немного подвисаю.

– Милая, твой телефон сейчас взорвется от звонка.

Перевожу взгляд на лежащий рядом телефон. Саша.

Настроение с грохотом улетает на минус двадцатый этаж. Макс тоже видит звонящего и переводит на меня вопросительный взгляд.

– Я отлучусь, – промачиваю губы салфеткой и выбираюсь из-за стола, – на минутку.

Пульс зашкаливает, в ушах шум, за которым не слышны разговоры за столом.

Я не буду от него прятаться, я все ему выскажу сейчас.

Ухожу в глубь аллеи справа от дома и скрываюсь в тени деревьев.

Несколько вдохов и выдохов, чтобы не так оглушал стук сердца. О чем я буду говорить ему?

Еще один звонок, который принимаю быстрым взмахом пальца.

– Да, привет.

Напускаю в голос равнодушия, хотя в груди разгорается пожар ненависти. От вранья его и предательства.

– Леруня моя, привет, любимая, – сразу начинает сюсюкать