Временная жена для мажора - Тина Дорофеева

Подвисаю.

– Зачем еще?

– Видимо, отыгрывались за ваше отсутствие. Я не знаю. Пахе-то пока не повезло жениться и спрятаться за спиной жены, вот и терпел, стиснув зубы.

– Как у вас тут весело, – почесываю бровь, стараясь не заржать.

– Да обхохочешься, – хмыкает сестра.

А потом не выдерживает и с визгом повисает на мне.

– Подруга, а ты чего как не родная, сюда иди.

Но Лера не торопится, и меня напрягает ее беспомощное лицо, которое выглядит немного бледнее обычного.

– Золушка, все нормально?

Кивает и поднимает большой палец. Сглатывает.

– Я отлучусь. В дамскую комнату. – А я стою и хлопаю глазами.

Давно она так быстро не носилась.

– Я переоденусь, – бросаю, забивая на родню.

Жена важнее, а что-то мне подсказывает, что ей сейчас не очень хорошо.

Скидываю быстро свитер и натягиваю свежую футболку. Хватаю из шкафа Леркины вещи и подхожу к ванной.

Там какие-то всхлипы, от которых у меня тут же темнеет перед глазами.

– Лер, – стучусь, – ты что там, плачешь?

– Все хорошо, Макс. Я сейчас, дай мне минутку, – и снова какие-то всхлипы.

– Так, открывай дверь, – стучу чуть сильнее.

Жена мучительно стонет.

– Ну вот почему ты такой, – слышу шаркающие шаги, и на пороге появляется бледная жена.

Внутри все совершает переворот. Я не знаю, что делать и куда бежать.

– Врача. Я вызываю врача, – хочу метнуться за телефоном, но Лерка успевает перехватить меня за руку и втащить в ванную.

– Для начала перестань паниковать, Макс, – открывает воду и чуть ли не засовывает лицо под струю, – ох, хорошо как, боже.

Приваливаюсь спиной к двери. Прищуриваюсь. Жду, пока мне, мать его, объяснят, что тут происходит.

Лера прислоняет ладонь ко лбу и прикрывает глаза. Цвет лица становится получше, но меня все равно внутренне мотает от ее непонятного состояния.

– Золушка, – угрожающе прищуриваюсь, – что происходит?

– Не надо никакого врача, – Лерка прикусывает губу и поднимает взгляд на потолок, – я давно собиралась тебе сказать.

Врастаю в пол. Ненавижу, когда разговоры начинаются с такой фразы.

– О чем? – Сейчас рубильник, который отвечает за мое терпение, вырубается. – О чем, Лера.

В голосе появляются нетерпеливые ноты.

Жена еще секунду пожевывает губу.

– Я беременна, Макс. Три месяца. Это просто токсикоз, Макс.

Не припомню, чтобы меня когда-то били сковородкой по башке, но, судя по звону в ушах, ощущения похожи на удар.

– Беременна, – эхом повторяю за Лерой.

Она опирается на раковину и складывает руки на груди.

– И я буду рожать.

Вскидываю глаза. Таращусь на жену.

– А были варианты, мать его?

– Ну мало ли. Вдруг ты не готов, так вот, я тебя сразу перед фактом ставлю, что я буду рожать.

Подхожу к ней и вжимаю в раковину.

– Естественно, ты будешь рожать. Тут даже нет никаких других вариантов.

Сжимаю зубы до скрипа.

Лерка опускает глаза, а я мысленно торможу себя. Не рычать на любимую женщину. Беременную любимую женщину.

– Реально беременна? – выдыхаю, обхватывая животик.

Лерка краснеет и кивает. Поднимает на меня неуверенный взгляд.

– Давно надо было признаться, но я боялась, что ты начнешь настаивать, чтобы я рожала там.

– Ну да, было бы безопаснее, а не по самолетам скакать, Лер, – дергаю ее за подбородок.

Она недовольно надувает губы.

– Я буду рожать наших детей только тут. Это мое право как будущей матери.

– Ладно, ладно, не нервничай, – не собираюсь спорить.

Зачем? Если мы уже тут, и все прошло нормально. Слава богу.

– Но все равно тебя надо отшлепать, что не сказала мне, и я не знал перед перелетом.

– Макс, я поговорила с врачами. Все отлично.

– Подожди, – на периферии сознания что-то маячит, что-то смущает в ее словах, – детей? Ты уже готова ко второму, не родив первого.

Ухмыляюсь, но Лера не разделяет моего веселья.

– А у меня выбора нет, любимый.

Сглатываю.

– Не понял.

Лера поднимает руку и показывает два пальца.

– Что это значит?

– У нас будет двойня, Макс, – неуверенно шелестит Золушка, – теперь разрешаю бухнуться в обморок.

– Двойня? Че, реально?

Я пытаюсь держаться спокойно, но внутри происходит какой-то Армагеддон.

Хватаю Лерку и стискиваю в руках. Она недовольно пищит и отбивается.

– Это офигенно, Золушка. Блин, да это какой-то подарок с небес. Только что я стоял перед семьей Машки и думал, что пора бы продолжать род. А тут уже все готово.

Лера хихикает, зарывается в волосы и утыкается носом в мою щеку.

– Я тебя люблю, муж. Ты у меня самый лучший.

– Рад, что ты это понимаешь, – самодовольно хмыкаю, – надо будет проставиться перед Тимом. Все же благодаря ему ты у меня появилась.

А через пять месяцев Лера подарила мне двоих прелестных детей. Мишу и Миру. И порой мне кажется, что я не заслуживаю такого счастья. Но это чувство быстро проходит, стоит идти менять памперсы… заслуживаю, что уж.