Моника Бейком - Через реку забвения

По лицу Терезы скользнула тень досады. По-видимому, ей действительно до чертиков хотелось узнать причины странного, по ее мнению, поведения Эми.

— Что ж, поднимемся ко мне. Попроси водителя подождать, — добавила она как бы между прочим. — Или отправишься домой на такси?

Несмотря на беспечный тон Терезы, Брюс прекрасно понял намек. Про водителя было упомянуто неспроста. Тем самым Тереза как будто говорила: милый, только не воображай ничего такого. Я пригласила тебя всего лишь на ужин, не более того. А потом ты должен будешь уехать.

В душу Брюса вкралась горечь. Только что Тереза сидела рядышком с ним, положив голову ему на плечо, говорила приятные слова, но стоило подъехать к ее дому, как все сразу переменилось. Она вновь стала прежней, тщательно блюдущей свою неприкосновенность Терезой.

Неужели она никогда не изменится?

— Кстати, неплохая мысль, — заметил он, стараясь говорить Терезе в тон. — Почему бы мне действительно не отправиться домой на такси?

Лимузин, в котором они сидели, был арендованный, поэтому с практической точки зрения идея отпустить его и взамен воспользоваться такси была весьма уместна.

Открыв дверцу, Брюс ступил на тротуар и помог выйти Терезе. Затем расплатился с водителем, и тот укатил прочь. По-видимому, ему не терпелось поскорее закончить рабочий день и присоединиться к своей семье.

Брюс его понимал. Пока, пригибая голову под порывами холодного ветра, он вел Терезу к подъезду, ему тоже на миг представилось, что они, подобно счастливой супружеской паре, возвращаются откуда-то в уютную теплую квартиру, где им предстоит приятно провести время за ужином, затем, возможно, посмотреть что-нибудь по телевизору и — о, сладостное блаженство предвкушения! — рука об руку отправиться в постель. А там начать милые эротические игры, до поры смиряя нарастающее возбуждение, потом отбросить сдержанность и дать волю страсти.

Брюс лишь на мгновение представил, как они с Терезой сплетаются телами на скомканных простынях, и его бросило в жар, несмотря на то что на улице было холодно.

— Что с тобой? — спросила Тереза.

— Ничего. А почему ты спрашиваешь?

— Ну… ты как-то вдруг напрягся. Мне показалось, что что-то случилось.

Как она чувствительна! — удивился Брюс. Кто бы мог подумать. Впрочем, наверное, это закономерно: Тереза постоянно ждет от мужчин неприятностей и потому всегда настороже. Даже находясь со мной. К сожалению.

— Все в порядке. Тебе просто показалось.

— Нет, — покачала она головой. — Ты вдруг крепче прижал к себе локтем мою руку и… Собственно, это и привлекло мое внимание. Я даже посмотрела по сторонам: не увидел ли ты знакомых или что-нибудь еще в этом роде тебя отвлекло.

— Э-э… дело не в этом, — принялся выкручиваться Брюс. — Просто ветер сегодня холодный, вот я и поежился, только и всего.

Кажется, его ответ полностью удовлетворил Терезу.

— Ах вот в чем дело! Тогда идем скорее в дом. Сейчас я напою тебя горячим чаем. И еще тебе необходимо подкрепиться. Скоро доставят ужин, и все будет в порядке.

Сомневаюсь, мрачно подумал Брюс. Пока ты держишь меня на расстоянии, я вряд ли могу считать себя в порядке.

Разумеется, вслух он произнес совсем другое:

— Да, поспешим.

3

Арендуемая Терезой квартира находилась на втором этаже. Дом был старый, добротный, с широкими лестницами, полированными перилами и цветами в горшках на подоконниках лестничных пролетов. Внизу, в застекленном уголке, дежурила консьержка — молодящаяся дама в фиолетового оттенка кудряшках. Когда Тереза и Брюс вошли в подъезд, она оторвалась от телевизора.

— Добрый вечер, мисс Уэйн, мистер Харрингтон. Как прошел концерт?

— Неплохо, миссис Фадж, благодарю. Ко мне еще не приходил посыльный из ресторана?

Миссис Фадж покачала головой.

— Нет.

— Значит, мы приехали вовремя, — взглянула Тереза на Брюса. Затем она вновь повернулась к консьержке. — Всего хорошего, миссис Фадж.

Та с улыбкой кивнула.

Они поднялись по крытой ковром лестнице к квартире Терезы. У двери ей пришлось потратить некоторое время на поиски электронного ключа.

— Куда же я его подевала… — бормотала Тереза, роясь в элегантной белой сумочке. — Что за день нынче выдался! То Синтия не могла найти в гримерной молочко для снятия макияжа, теперь у меня куда-то ключ запропастился… А! Вот он.

Она вынула ключ, представлявший собой небольшую карточку, и приложила к запирающему устройству. Замок щелкнул.

— Прошу! — сказала Тереза, распахивая дверь.

Брюс качнул головой.

— После тебя. Ведь ты хозяйка.

— Ладно, не будем спорить.

В просторной, с зеркалом во всю стену прихожей Брюс помог Терезе снять пальто, потом разделся сам. Ему нравилось здесь бывать. Хоть квартира и не принадлежала Терезе, она обставила ее очень элегантно, продемонстрировав незаурядный вкус. Гостиная была выдержана в пастельных тонах. Изящная мягкая мебель была обита кожей сливочного оттенка. На полу лежал пушистый кофейного цвета ковер. Шторы на окнах были светло-сиреневые, со сложным тканым рисунком. С ними очень гармонировал полупрозрачный белый тюль.

Какая обстановка была в спальне, Брюс не знал по той простой причине, что никогда туда не заглядывал.

— Подождешь в гостиной, пока я заварю чай, или пойдешь со мной на кухню? — спросила Тереза.

Не только на кухню, но хоть на край света, вертелось у него на языке.

— Лучше пойду с тобой, — сказал он. — После концерта как-то не хочется сидеть в одиночестве.

— Ясно, — улыбнулась Тереза. — Ну идем.

Включив на кухне свет, она первым делом опустила жалюзи, потом наполнила водой и включила электрический чайник.

— Присаживайся, — кивнув на стул, сказала Тереза.

— Благодарю.

Брюс сел за стол. Минуту спустя она тоже опустилась на стул, стоящий напротив. Некоторое время оба молчали, каждый думал о своем. Наконец Тереза нарушила молчание.

— Так что ты хотел рассказать мне про Эми? — произнесла она как ни в чем не бывало.

Вскинув брови, Брюс несколько мгновений рассматривал ее, потом рассмеялся.

— Я? По-моему, это ты всячески пытаешься выудить подробности той давней истории!

Тереза надула губы.

— Подумаешь! Очень нужно… Не хочешь, не рассказывай, упрашивать не стану.

— Ладно, не обижайся. Уж и поддеть тебя нельзя!

— Нельзя. Я устала, хочу немного отвлечься от сегодняшнего выступления, а ты не желаешь мне помочь.

— А, так моя личная жизнь для тебя всего лишь развлечение! — с притворным гневом вскричал Брюс.