Евгения Мамина - Козырная карта

До самого рассвета мы болтали, пели костровые песни и каждый сидящих в эту ночь, чувствовал себя не на чужбине, а на островке Родины. И так повеяло ностальгией, что, расходясь по домикам для ночевки, мы обнимались и целовались. Я как-то потеряла из виду тех двоих «новых русских». Они то уходили, то приходили, но к концу наших посиделок я обратила внимание на то, что они тоже знакомятся с девушками из нашей группы, записывают их адреса. «Кому-то нравятся и такие КВАДРАТЫ» — усмехнулась я, мысленно прощаясь с этим вечером и его ностальгическим настроем.

К обеду следующего дня мы все были в автобусе, который вез нас в Марсель, и где мы должны были пересесть на теплоход и продолжить свой отдых уже по морю. Некоторые туристы отделились от общей массы, т. к. не выносили качки. Море в этот день было неспокойным, но нам обещали показать дельфинов в море и рассказать много удивительных морских баек. Море освежало, притягивало, веселило. Было хорошо, вот так, стоять у бортика и наблюдать за сияющей на солнце волной, непрерывно пробегающей рядом с теплоходом. Когда кто-то закричал: «Смотрите, дельфины!» — все бросились к противоположному борту с камерами наготове, в надежде запечатлеть прекрасное зрелище: стайки дельфинов, рассекающих волны, играли в догонялки друг с другом, выпрыгивали из волн, гордо подставляя грудь теплым лучам солнца и соленым брызгам…

Дельфины двигались и вместе с ними перемещались зрители. В какой-то момент я осталась одна стоять у бортика, засмотревшись на воду. Оказалось, что я не была одна. Обернувшись, я натолкнулась на молодых людей из вчерашней кампании. Это были те два «новых русских», один в фирменной майке, а другой — с голым торсом, оба в шортах, как и большинство туристов. Мускулы их так и играли, перекатываясь на свежем воздухе, что захотелось несколько раз ударить в этот воздушный шар и проверить, насколько он прочен. Эти мысли привели меня в дикий восторг и истеричное состояние смеха (я представила себе этот процесс в действии). Я все же рассмеялась. Тот, который был в майке даже не заметил меня, зато второй похоже, захотел узнать, что меня так развеселило (Ребята скучали и искали, чем бы развлечься). Мне было неловко за свое поведение. К тому же я не могла рассказать о своем желании. Все же мы разговорились. Оказалось, что ребята тоже отдыхают здесь и это их последний день во Франции. Николай, так звали моего собеседника, в отличие от его более молчаливого друга — Владимира (так звали его товарища со стальным блеском в глазах и плотно сжатыми губами), был приятным собеседником. Я не ожидала, что нувориши тоже могут быть остроумными и простыми в общении без этих «ну, че? Типа…» Клеился он тоже капитально. Я была ошарашена, узнав о цели их приезда сюда. Оказывается, Николай был менеджером Владимира. И для успешного процесса в бизнесе ему была нужна жена. То есть, Николай был простым сводником.

— Понимаешь, друган мой, необычный парень. У него есть все: деньги, положение и настоящее высшее образование (он гоготнул, поймав взгляд своего друга, и уловив недоверчивый мой). Нет, правда. Он действительно 5 лет отбарабанил в ВУЗе. Не веришь, Приезжай в Москву, покажу диплом. Нет, правда, не купленный, а честно заработанный потом и кровью.

— Ага, ты еще похвались, что он красный, — с какой-то брезгливостью подсказал Владимир.

— Да, красный, и нечего стесняться, — без тени обиды на тон похвалил друга Николай.

— И какой профессией владеет Ваш друг? — подхватила я. — Наверное, он спортсмен.

— Так все думают. Что? Раз парень качается, имеет хорошие мускулы, накаченное тело, так он не может быть ни юристом, ни врачом, а лишь спортсменом?

— Или бизнесменом, — ответила я в рифму.

— Нет, в натуре, у него высшее экономическое образование. Все по честному. Не веришь? — Он продолжал доказывать свою честность, что приводило меня в веселое состояние. Чего спорить? Какая мне разница, кто они такие. Сойдем на берег и исчезнем из виду в заоблачной дымке дальних дорог, как написано в каком-то стихотворении.

— Я верю, верю, — успокоила я Николая. — Что ж он, имея образование и такую профессию, не стал экономистом?

— Ох, бизнес засасывает, — как бы горестно вздохнул Николай. — Да и опять же времени не хватает найти ему другую специальность. Даже жениться нет времени.

Неужели, девушки не бросаются к нему в объятия? Не верю! — с притворной серьезностью сказала я

— Да что там девушки? Толпы поклонниц ждут лишь одного его взгляда, готовые отдать руку и сердце… Но… — он сделал паузу, размахивая руками. Они у него все еще вакантны.

— Что так?

Дело в том, что наш Володя, — он понизил голос до шепота, — собрался в большую политику. Вот! — Николай поднял указательный палец, как бы подчеркивая важность открытой мне информации. Я тоже продолжала подыгрывать ему, скорчив гримасу этакой все понимающей глобальность открывшейся мне тайны, союзницы.

— А в большой политике нужны большие люди, — продолжал он свою сказку. — Вот наше правительство: все мужья с правильным прошлым. А их жены? Умны, красивы (даже и это не столь важно), находясь в тени супруга, создают ему репутацию в народе. Так вот, все те, кто мог бы претендовать на роль супруги там, в России, лишь хотят денег и славы. Нам же нужен другой тип женщины: спокойная, умная, уверенная в себе, домашняя хозяйка, обожающая семью, мужа, создающая все блага для процветания карьеры супруга. Вот мы и подумали, что заграницу в основном такие девушки и ездят.

Да, тирада была премиленькая. Но все же мне с трудом верилось в правдивость его слов. Мы еще немного поболтали, я рассказала о своем пребывании здесь, подчеркнув, что не всем женщинам, приезжающим заграницу отдохнуть, не нужны деньги. Мы все в них нуждаемся, независимо от того, где находимся: в России или в других странах. Я же оказалась здесь лишь благодаря своей работе.

Мне показалось или на самом деле мои слова расстроили Николая, повергая его иллюзорные мечты в прах, потому что он после моих слов тут же потерял ко мне всякий интерес, быстренько распрощавшись со мной. Правда, на прощание, он протянул визитку с телефоном в Москве и прибавил шутливо: «Если будете через месяц в Столице, звоните, возможно, примете участие в конкурсе на место идеальной супруги для моего друга». Я поблагодарила его так же шутливо, сказав, что я не дошла до ручки искать жениха в конкурсах, и, что поищу мужа где-нибудь в другом месте. Попрощавшись, мы расстались, чтобы больше никогда не встретиться. Но мне показалось, что в отличии от Николая, потерявшего интерес ко мне как к потенциальной жертве, у его безмолвного друга что-то поменялось во взгляде. Во всяком случае, кивнув напоследок мне головой, я не увидела холодности в глазах. И даже могу поспорить, он мне улыбнулся уголками губ. Возможно, при моих натянутых нервах, каждое движение, означающее симпатию, казалось мне чем-то более определенным. Возможно я приняла ухмылку за улыбку… Но, все же, мне было не так неприятно с ними расставаться, как знакомиться.