Бесстыжее лето - Элли Лартер

Девчонки смеются, пьют — все разом. Аня пьет быстро, но не улыбается, только смотрит на меня мрачно. Играть ей явно не охота, но против нового коллектива не попрешь, нельзя с первой же совместной попойки прослыть занудой. Она это прекрасно понимает, а я прекрасно понимаю, что раскачать ее — всего лишь дело времени, и я могу быть терпеливым. Олег и Герман ржут, хлопают меня по спине, но к своим стопкам не тоже притрагиваются.

— Точно не было? — я ухмыляюсь.

— Точнее не бывает! — Олег поднимает свою стопку: — Продолжу твою мысль: целовались ли вы когда-нибудь с девушкой? — и тут же выдувает ее до дна. Мы с Германом следуем его примеру. Женская часть нашей компании как будто бы колеблется, но через мгновение, не дрогнув глазом, стопку поднимает и опрокидывает в себя Аня. У меня глаза на лоб лезут: да ну, да ладно, не верю. Наверняка просто дразнит меня.

Ее примеру неожиданно следуют Женя и Мирослава. Припомнив сегодняшие сожаления Жени о том, что Мирослава попала в команду Ани, я мысленно хмыкаю: уж не друг с другом ли они целовались? Впрочем, они меня не слишком интересуют, а вот козочка…

Тем временем, очередь переходит к Насте, и та задает куда более приличный вопрос:

— Сбегали ли вы когда-нибудь с неудачного свидания?

Все морщатся: тема так себе, но выпивают только Герман и Вероника.

— Какие все правильные! — фыркает Герман и тут же задает свой вопрос: — Лишились ли вы девственности до восемнадцати лет?

Пьет только половина, Аня в том числе. Я тоже лениво опрокидываю свою стопку. Мне нравятся жаркие вопросы, и мне нравится наблюдать за сидящей напротив меня упрямой козой. После трех стопок водки она выглядит совершенно трезвой и не улыбается даже кончиками губ, но щеки у нее все равно становятся алее. И это только начало: в конце концов, стопки просто микроскопические, как будто специально придуманные для долгой игры в «было — не было».

— Был ли у вас секс на первом свидании? — спрашивает Лена, и пьет снова только половина присутствующих. Я опрокидываю. Аня пропускает, а потом очередь доходит до нее, и она спрашивает:

— Использовали ли вы секс как способ самоутверждения?

На этом вопросе все задумываются. Парни послушно выпивают по стопке — я тоже. Аня смотрит на меня с презрением — я так и чувствую на себе ее обжигающий взгляд.

После первого круга мы начинаем второй, а потом третий. Я по крупицам собираю информацию о своей соблазнительной сопернице. Она оказывается вроде бы безбашенной (занималась сексом до восемнадцати, целовалась с девушками, встречалась с мужчиной намного старше себя, красила волосы в фиолетовый цвет, купалась голышом, на спор ходила на свидание в платье и с небритыми ногами), а вроде бы такой разумной (не изменяла, не трахалась на первом свидании, не делала пирсинг, не напивалась до беспамятства, никогда не курила). Секс в подсобке с практически незнакомым парнем как-то не вписывается во все это, а еще я пытаюсь понять: напьется ли она до беспамятства сегодня? Все ведь бывает в первый раз, правда?

Но даже после третьего круга, когда Герман начинает откровенно флиртовать с Вероникой, Олег и Женя отправляются на танцпол, а Катя — блевать над унитазом в сопровождении Лены, Аня кажется кристально чистой, и только легкая поволока в глазах выдает, что алкоголь все-таки на нее немного подействовал.

— Мне кажется, ты просто не умеешь пить, — говорит ей Мира.

— А здесь есть какая-то особая наука? — удивляется Аня.

— Конечно, — фыркает девушка, которую саму уже порядком развезло. — Ты должна позволить алкоголю расслабить твой мозг и твое тело…

— Ты в этом точно специалист, — Аня качает головой и неожиданно обращается ко мне:

— Закажешь для нее такси до дома? У меня новый телефон и я еще не установила туда ни одного приложения.

— Конечно, — я киваю. Мирославе и вправду пора домой, а мы с Аней — кто-то из нас станет потом для всей этой компании непосредственным шефом, — должны об этом позаботиться.

Вместе с Мирославой уезжает Женя. Потом Лена вызывает такси для Кати. Олег и Герман уводят танцевать оставшихся Настю и Веронику. Остаемся только мы с козочкой.

— Полночь, — зачем-то сообщает мне Аня.

— Боишься, что твое роскошное платье превратится в лохмотья?

— Я не Золушка, я — Снежная королева.

— И извращенка, — напоминаю я. — Ты что, правда не опьянела?

— А ты что, правда надеялся на это? Думал, так будет проще снова меня куда-нибудь затащить и трахнуть? — она фыркает и меняет перекрещенные ноги местами, а я успеваю заметить, что на ней черные трусики. — Между прочим, способность не пьянеть зависит от интеллектуального коэффициента. Чем умнее человек — тем проще ему сохранять трезвый ум. Ты об этом знал?

— Нет, — признаюсь я.

— А я знала. Потому что я умная.

— Не сомневаюсь, — я насмешливо фыркаю. — Может быть, тогда сыграем еще? — я пододвигаю недопитую бутылку водки, которую оставил бармен, устав доливать нашей компании.

— Давай, — соглашается она и сама подставляет стопку под тонкую прозрачную струю алкоголя. — Я первая спрашиваю. Приходилось ли тебе идти по головам, нагло и беспринципно, чтобы добиться своего?

Я качаю головой:

— Ты поднимаешь ставки таким серьезным вопросом.

— Ну не все же вопросы должны крутиться вокруг ебли, правда?

— Приходилось, — я поджимаю губы и выпиваю стопку. — А приходилось ли тебе совершать глупость, за которую уже на следующий день было стыдно, но все равно приятно и хотелось повторить?

— Приходилось, — она щурится, а потом одним махом пьет. — А тебе?

— Мне было не стыдно, — сообщаю я, прекрасно понимая, что сейчас мы уже говорим о конкретном эпизоде.

— Неужели? Это оттого, что ты наглый, беспринципный и идешь по головам?

— Возможно. Или просто потому, что там нечего было стыдиться. Двое взрослых, отвечающих за себя людей имеют полное право заниматься чем угодно, где угодно и как угодно.

— Придурок, — она закатывает глаза, и эта реакция значит только одно: ей нечего возразить.

— А ты упрямая коза, — хмыкаю я и пью уже так, без всяких вопросов. — К тебе или ко мне?

8 глава. Наплевав на принципы

Аня

Давайте сразу обозначим несколько вещей. Так сказать, разложим по полочкам.

Мне было абсолютно все равно, кто выиграет в этом дурацком споре. Впереди еще целых два месяца, прежде чем станет ясно, кто займет пост кастинг-директора «Luce della bellezza». Даже если прямо сейчас взяли бы шесть его моделей и только одну — мою, — расстраиваться было бы