Кэндис Адамс - Зов минувшего

— Нет. Ты очень, очень дорог мне. Но я не могу выйти за тебя замуж.

Расставание больно ранило их обоих, но они понимали, что им лучше расстаться.

После Ранди у нее не было серьезных романов. Бывает слишком больно, когда они кончаются. А она больше не хотела ни причинять боль другим, ни сама испытывать ее, и занялась своей карьерой.

Здесь она оказалась удачливее. Ее работа в компании «Бартель» была оценена. Через десять лет Джун стала их экспертом по гидрологии подземных вод. И хотя ее настоящая должность была очень престижной, она мечтала о новом повышении. Джун знала, что ее босс, Норберт Тейлор, был очень доволен ее работой, и надеялась, что новое назначение не заставит себя ждать.

В спальне, достав из шкафа поплиновый халат кремового цвета, ее мысли вернулись опять к мужчинам, а именно, к тому, кто так заинтриговал ее. Она с нетерпением ждала встречи с Марком.

3

Вечером в субботу Джун, нервно потирая руки, в очередной раз пришла в спальню и осмотрела себя в зеркало. Она была одета в розовую юбку со складками и такого же цвета блузку навыпуск. Потом пошла в гостиную. Часы над камином показывали ровно на одну минуту больше, чем тогда, когда она смотрела на них в последний раз. Было уже двадцать минут восьмого и Марк опаздывал. Ее раздражение усиливалось с каждой уходящей минутой. Вдруг зазвонил телефон.

— Привет, это Марианна. Когда у тебя свидание с Марком?

— Сегодня, я полагаю. — Что это значит?

— Свидание, возможно, не состоится. Он опаздывает на двадцать минут.

— Не беспокойся, он придет. Вероятно, он задерживается. Я кладу трубку, вдруг он пытается звонить тебе. Но обещай, что позвонишь мне завтра и расскажешь все подробности.

— Хорошо.

Раздражение усиливалось с каждой истекшей минутой.

Прошло десять минут, прежде чем телефон снова зазвонил.

— Привет, это Марк. Послушай, я буду немного позже.

— Но ты уже опоздал.

— Что? Ой, да, извини. Я постараюсь приехать к половине девятого. Если ты очень голодна, то иди одна пораньше и перекуси.

— Почему бы нам просто не отменить свидание? — ответила она раздраженно.

— Но я хочу видеть тебя, только не могу сделать это прямо сейчас.

— В чем дело? — спросила она резко.

— У меня сломалась машина. Но сейчас она в порядке — это была довольно грязная работа. Я приму душ и приеду.

— Понятно.

«Говорил ли он правду? Возможно, — решила она. — Если бы Марк передумал со мной встречаться, он бы не позвонил».

— Хорошо. Я буду ждать тебя.

— Я не задержусь, — ответил он с облегчением.

Марк приехал через сорок минут.

— Я очень сожалею, Джун. Мне надо было позвонить тебе раньше, но я снял часы перед тем, как залезть под машину, и потерял чувство времени. Ты ела что-нибудь?

— Нет.

— Я хотел пригласить тебя на чудный обед в Соломон Грюнди, но я был вынужден позвонить и отменить заказ. Как насчет пиццы?

Она улыбнулась, видя, как он удручен. Бедный парень… Она знала, что бывают дни, когда ничего не получается как хотелось бы.

— Великолепно. Я люблю пиццу.

Они вышли. Это было в первый раз, когда Джун стояла рядом с Марком. Она не обратила внимания на то, что он был всего лишь на три или четыре дюйма выше ее собственных пяти футов и семи дюймов. Марк выглядел привлекательно в бежевых шерстяных брюках и в пиджаке в клетку. Его спортивного стиля кепка была надвинута на лоб. Он нравился Джун больше всего без кепки, но она догадывалась, почему он ее носит.

Выйдя на улицу, он повел ее к желтому автомобилю, стоявшему около дома.

— Сегодня немного прохладно, поэтому я поставил верх.

Он открыл перед ней дверцу.

Джун села в машину и устроилась поудобнее, расправив широкую юбку, пока Марк обходил машину и садился за руль.

— Прекрасная машина. А что за модель? — спросила она.

— «Ягуар-157».

Он повернул ключ зажигания, но ничего не вышло. Он попытался снова.

— Опять.

Она взглянула на Марка. Он с неумолимым выражением лица свирепо включал и выключал зажигание, но двигатель не оживал.

— Стартер неисправен, — пояснил он коротко.

— Понимаю.

Джун не имела ни малейшего представления о чем говорил Марк, но поняла, что машина не двинется с места. Она неуверенно предложила, пока он колдовал что-то над двигателем:

— Марк, может, возьмем мою машину? Она здесь, в гараже…

Двигатель вернулся к жизни, и он сел назад, облегченно улыбаясь.

— Ты знаешь место, где хорошо готовят пиццу?

— Нет.

Он выехал на улицу.

— Как насчет Пицца-Виллидж?

— Пойдет.

Джун пожалела об этом выборе, как только они вошли в ресторан. Он был переполнен, и было очень шумно. Их посадили за маленький столик рядом с кухней. Официанты непрерывно сновали мимо них туда-сюда.

Джун ободряюще улыбнулась Марку, а затем окинула взглядом зал. Темные виноградные кисти свисали с решетчатого потолка. Когда она снова посмотрела на Марка, то ей показалось, что он что-то говорит.

Она наклонилась вперед.

— Что ты сказал? Я не слышу тебя.

Он заговорил снова, но его слова потонули в монотонном гуле. Она улыбнулась и кивнула, решив, что он обсуждает с ней заказ. Он странно посмотрел на нее и отказался продолжать разговор.

Прошло несколько минут, прежде чем подошел официант с меню, вернулся он нескоро, потом принял у Марка заказ. Джун разочарованно барабанила пальцами по кожаному сиденью стула. Она с таким нетерпением ждала этого вечера, но ничего не получилось так, как хотелось.

Сидя напротив, Марк нетерпеливо оглядывался вокруг. Он думал, что Джун умирает с голоду. Пришлось долго ждать заказанное. Оба чувствовали себя неловко. Ему следовало предложить пойти куда-нибудь еще, когда он увидел, что ресторан переполнен.

Когда, наконец, подали пиццу, они быстро съели ее и с облегчением ушли.

— Так, — сказал Марк, как только они вышли. — Я не сумел предложить приличный ресторан. Теперь твоя очередь. Ты знаешь какой-нибудь тихий бар?

— Нет. Они все переполнены в выходные дни. Пойдем лучше ко мне?

— Отлично.

Марк был доволен, что машина завелась почти сразу. Он не был уверен, что все плохое сегодня осталось позади.

Они были на полпути к ее дому, когда двигатель начал давать перебои.

— Черт!

Он едва успел свернуть на боковую улицу, как двигатель заглох. Открыв дверь и отталкиваясь ногой, он направил машину на ближайшую стоянку. Затем он сел на сиденье и крепко сжал руль. Они молча посидели немного в темноте. Потом он хмуро сказал:

— Сегодня, определенно, «прекрасный» день.